Апокалипсис
Шрифт:
— Хорошо.
Я не пошел сразу в здание, а решил проверить в каком состоянии находится подстреленный нами зомби. Тело зараженного стекло со скелета, как воск на солнце. Череп прикрывала только тонкая пленка. Удивительные метаморфозы происходили с человеком после заражения. Его вид вызвал у меня отвращение, и я поспешил удалиться, чтобы окончательно не потерять аппетит.
Возле здания мне встретился Артем. Он тер глаза спросонья.
— Ты откуда, такой бодрый? — Спросил меня товарищ.
— Со смены. Мы с отцом ворота ночью охраняли. Я первым увидел зомби.
— Молодец! А я что-то зашарил от службы. Продрых всю ночь. Даже стыдно как-то.
— Давай к нам. Сделаем смену четыре через восемь. Стрелять умеешь?
— Да вот три патрона
— Ладно, берем тебя на службу, побудешь духом пока у нас. — Я сказал это с добродушной ноткой. — Звонил ты еще своему рыжему товарищу?
— Он сам мне звонил, ночью. Говорит, что из дома выйти и вернуться живым — ноль шансов. По городу разгуливают только зомби. Он слышал выстрелы. Пару раз проезжали машины на большой скорости, а так там тишина. Могильная. Как быстро. — Артем горестно выдохнул.
Мы с ним дождались завтрака. Ячневая крупа уже не вызывала такой нелюбви. Я съел свою порцию и попросил наложить отцу. Тетка подозрительно посмотрела на меня.
— Можете идти поохранять, а он пока поест. — Предложил я ей в ответ на ее критический взгляд.
Мне удалось ее убедить. Она все же до конца не поверила мне. Когда я нес тарелку с кашей отцу, я обернулся и увидел в окне ее подозрительную физиономию. Если сейчас люди так жмутся из-за еды, дальше начнут просто убивать друг друга.
— Пап, это Артем. Переживает, что остался не у дел. Хочет тоже охранять. Давай возьмем его, будем меняться через восемь часов.
Отец критично осмотрел парня.
— Служил? Стрелять умеешь? — Спросил он как заправский ветеран всех войн.
Мой товарищ чуть не присел на ноги от внезапного командирского тона.
— Три патрона давали, когда на стрельбы в школе возили. — Промямлил Артем.
— Ладно, принят. Приходи минут за пятнадцать до смены, я тебе все покажу.
— Хорошо. — Не очень уверенно согласился товарищ.
— Вот это у тебя отец. — Произнес он, когда мы отошли на некоторое расстояние. — Генерал!
— Я сам удивился, чуть по струнке не стал.
Через час Артем заступил на пост. Отец лег поспать, а я стал слоняться по территории лагеря. Было хорошо, что нигде забор лагеря не подходил вплотную к лесу. Кругом имелось чистое пространство, позволявшее нам вовремя среагировать на опасность. Здание лагеря находилось посередине огороженной территории. Между центральными воротами и самим зданием находился высохший бассейн. С обратной стороны находилось небольшое футбольное поле и асфальтированный круг вокруг него, с нанесенными белой краской, разметками. Асфальт был настолько старым, что кое-где из под него лезли ростки молодых деревьев. Сам лагерь был законсервирован года два назад. Здание нуждалось в ремонте, но никто не хотел этим заниматься. Для меня было чудом, что за два года не были разграблены столы и кровати.
Я шел вдоль забора. Мужики стоявшие на постах здоровались со мной, перекидывались парой фраз. Постепенно я дошел до того места, где ночью подстрелили зараженного. Издалека я увидел что-то необычное в его облике. Подойдя ближе я понял, что дело в грибе, который вырос у трупа через пустую глазницу. Похожий на поганку, с тонкой ножкой и бледно-серого цвета шляпкой. От разжижившейся плоти, которую я наблюдал час назад, ничего не осталось. Передо мной лежал скелет в одежде и с торчащим из глазницы грибом. Меня передернуло от отвращения. Как я мог есть грибы когда-то? Гадость! Наверняка сейчас из под шляпки по воздуху развевались миллионы спор. Человек мог и не иметь близкого контакта с зомби, чтобы подхватить эту гадость. Хорошо, что ветер дул в обратную от лагеря сторону, унося споры.
Артем издалека меня увидел и стал махать рукой, чтобы я подошел. Меня заинтересовало, и я прибавил шаг.
— Где-то там стреляют. Уже час, как слышу.
Я прислушался. В самом деле, периодически, на грани слышимости доносились очереди выстрелов.
— Наверно, военные больных отстреливают.
— Это же хорошо. До нас меньше дойдет. — Предположил Артем.
— Хорошо конечно. —
Согласился я. — Знаешь что я сейчас видел?— Что?
— Из зомби, которого мы ночью подстрелили вырос гриб, через глазницу. А от самого трупа уже ничего, кроме скелета не осталось. Я считаю, что гриб надо уничтожить, чтобы споры от него не разлетались. Придется выйти наружу.
— Я бы не пошел, немного очково как-то. Может, хрен с ним, пусть растет?
— Да нет, это же опасно. Я бы вообще сжег и труп и гриб для стопроцентной дезинфекции. Я, короче пошел, а ты следи за обстановкой вокруг. Если увидишь опасность — стреляй, я пойму и побегу назад.
— Тебя самого за зомби не примут?
— Я буду орать.
Я нашел штакетину и вооружившись ею, пошел уничтожать смертоносный гриб. От ворот до трупа было метров пятьдесят. Несмотря на мирный пейзаж вокруг, чувство опасности не покидало меня. Я быстрым шагом дошел до трупа, сбил шляпку штакетником и размочалил ее ударами. То же самое проделал с ножкой. Осмотрел труп. Мне показалось, что его одежда немного вздыбилась. Подцепив краем палки рубашку трупа я увидел под ней россыпь бледно-серых поганок. Это зрелище вызвало у меня такой припадок отвращения, что когда я начал лупить труп штакетником не сразу услышал первый выстрел. Только второй выстрел привел меня в чувство. Я огляделся, ничего не увидел, но все равно бросился со всех ног. Шагов через двадцать я обернулся и увидел бегущего за мной зараженного человека. От страха мне показалось, что ноги налились свинцом. Я пытался бежать быстрее, но не мог. Мой вес внезапно стал раза в три больше обычного. Мертвый взгляд зомби парализовывал мои мышцы. Я слышал, как открыли огонь несколько автоматов. Но куда им без тренировки попасть в движущуюся мишень. Жертва гриба Кордицепс настигала свою жертву. Его уверенные движения тощего тела ритмично размахивающего руками, с гримасой мертвого спокойствия на лице, не оставляли мне никаких шансов добежать до ворот.
Пуля зацепила моего преследователя, и он крутнулся сбитый мощной инерцией. Заминка была секундной и он снова, как терминатор Судного дня, безразличный к огнестрельному оружию, продолжил преследование. Я вдруг понял, что не смогу убежать от него. Я остановился и взял в руки штакетину на манер бейсбольной биты. То что совсем недавно было человеком, неслось меня убивать с вселенским безразличием на высохшем лице. Я сделал шаг в сторону от несущегося «болида» и со всего замаха ударил его в область головы. Штакетина разлетелась пополам. Зомби подкинув ноги вверх, упал на землю и прокувыркался по ней несколько метров. Затем вскочил и снова бросился на меня. К счастью для меня, его небогоугодные дела пресекла чья-то меткая пуля. Она ударила ему в голову. Зомби упал, попытался подняться. Еще с десяток пуль прошили неподвижную мишень.
Я бежал к воротам на ватных ногах. Мне хотелось думать, что ни впереди, ни сзади на моих штанах не имеется никаких подозрительных пятен. Артем захлопнул за мной ворота. Я, наконец, снял респиратор и смог нормально отдышаться.
— Ты как? — Спросил Артем.
— Оно того не стоило.
На шум прибежал отец. По старой привычке он замахнулся, чтобы дать мне подзатыльник, но передумал.
— Давайте, мужики без самостоятельности. Если хочешь выйти за забор, даже по очень важному делу, предупреди людей. Идет?
Я махнул головой в ответ. Несколько человек, что стояли рядом с нами одобрительно загалдели.
Оставшийся день прошел без происшествий. Некоторая польза от моего поступка все-таки была. Людям стало совершенно ясно, что попасть в бегущего зомбяка совсем не просто. Сошлись во мнении, что нужно рубящее тяжелое лезвие. Пока же, забрались на склад, где валялся всякий хлам, в том числе разбитые кровати. В дело пошло все, дужки, ножки, особенно боковые металлические уголки. При должном инструменте их можно было бы распилить и превратить в прекрасные мечи. Мы с Артемом отхватили такую железку. Зажали ее между расходящимися ветками дерева и изрядно помучившись, сломали пополам. С ней я чувствовал себя намного спокойнее.