Чтение онлайн

Узкая талия и широкие бедра превозносились как идеал красоты в Европе и Америке на протяжении нескольких столетий. Кринолины и тугие корсеты делали визуальный перепад от талии к бедрам подчеркнуто выраженным. Интересно, что косметическая хирургия уже на заре своего развития в Англии специализировалась на удалении пары нижних ребер. А мода на корсеты сменилась широкими поясами, подчеркивающими талию. Фасоны женской одежды варьируют от культуры к культуре, от эпохи к эпохе, однако всегда, когда предлагается одежда с целью сделать женщину более привлекательной, модельеры подчеркивают тонкую талию.

Рис. 10.6. Дита фон Тиз, фотомодель

и актриса

Напротив, там, где культура стремится максимально уйти от формы женского тела (монашеские одеяния или традиционная одежда арабских женщин), фигуры полностью скрывается под просторной одеждой, и линии тела не просматриваются (фото 10.1,10.2). Часто в таких случаях скрываются и другие привлекательные для мужчин особенности женской внешности. Волосы заплетаются в косы и убираются под накидку (в большинстве традиционных европейских культур, в мусульманских культурах) или вовсе сбриваются наголо (многие африканские культуры, фото 10.3).

В период рабовладения, к примеру, одна американская латифундистка приказывала своим рабыням, некоторые из которых были метисками и имели прекрасные волнистые волосы, брить голову наголо, чтобы они выглядели менее привлекательными.

Для мужчин тоже есть идеальное отношение: примерно 0,85-0,95. И в этом случае предпочитаемые женщинами пропорции мужской фигуры вовсе не дань моде, а скорее, дань эволюции. Мужчина с такими пропорциями тела своим видом сигнализирует о хорошем здоровье и репродуктивных качествах.

Отношение талии к бедрам и у женщин, и у мужчин сопряжено с уровнем секреции половых гормонов. Когда девочка взрослеет, в ее организме повышается уровень эстрадиола и прогестерона и, соответственно, увеличивается жироотложение на бедрах и ягодицах. А по мере приближение менопаузы уровень эстрогенов падает, повышается количество тестостеронов. Вследствие этого происходит перераспределение жироотложений на теле: жировая прослойка на бедрах уменьшается, а на животе — увеличивается. Понятно, что такая женщина становится менее привлекательной для мужчин, точно так же, как и мужчина с широкими бедрами — для женщин. У мужчин повышенное жироотложение на бедрах и ягодицах — признак эндокринологического неблагополучия. Такие особенности фигуры наблюдается у мужчин, страдающих раком простаты и проходивших курс лечении эстрогенами.

Из вышесказанного понятно, что большая часть женских уловок, которые призваны вводить мужчин в заблуждение, представляя женщину более красивой, чем на самом деле, противодействуют именно этой хитрости природы. От кринолинов и корсетов до современной техники липосакции — все подобные приемы имитируют привлекательную фигуру, характерную для молодого возраста. Точно так же, как приемы декоративной косметики имитируют яркие пухлые губы и гладкое лицо, характерные для высокого содержания эстрогенов.

Накопленные к настоящему времени данные по традиционным доиндустриальным обществам говорят, однако, что отношение талии к бедрам, столь влекущее мужчин, вовсе не универсально. У охотников-собирателей (хадза Танзании), ручных земледельцев (папуасы Новой Гвинеи) и скотоводов (датога, масаи Танзании) отношение талии к бедрам в среднем достоверно выше, чем в индустриальном обществе. При исследовании предпочтений по отношению талии к бедрам (WHR) в аборигенных обществах оказалось, что наиболее привлекательными для мужчин являются женщины с более высоким индексом (0,8-0,84) по сравнению с европейскими стандартами. Одно из предложенных объяснений состоит в том, что в традиционных обществах мужчины считают более привлекательными женщин с большей массой тела. Дело в том, что высокий индекс отношения талии к бедрам ассоциируется с гормональным профилем, характеризующимся высоким уровнем андрогенов и кортизола (гормон стресса) и достаточно низким уровнем эстрогенов. Хотя подобный гормональный статус существенно снижает алодовитость и здоровье женщины, он обеспечивает успешность в конкурентной борьбе за ресурсы и быстрое реагирование в экстремальных условиях.

До сих пор мы говорили об отношении талии к бедрам. А как обстоит дело со второй частью «магической» пропорции: отношением

бюста к талии? Насколько оно стабильно в эпохальном и кросскультурном аспекте? Б. Сильверстен с коллегами проанализировали изменения в стандартах женской фигуры в американской культуре произошедшие с 1901 по 1981 гг. Для этого были взяты фотографии моделей из «Ladies Ноте Journal» и журнала «Vogue». Отношение бюста к талии сильно варьировало в течение XX века. В начале XX века в моде были полные женщины с пышным бюстом. В 20-е годы в моду вошла «девочка-подросток», и самыми красивыми считались худые женщины с плоской грудью. В 40-е годы стандарты красоты вновь претерпели изменения, и вплоть до конца 50-х годов популярными были пышногрудые красавицы, типа Мэрилин Монро. В 60-е годы опять стал популярен тонкий женский силуэт. Идеалом того периода служила худенькая, как тростинка, британская супермодель Твигги. По данным Б. Сильверстейна с соавторами подобный стандарт физической привлекательности сохранялся до начала 1980-х годов.

Сохранилась ли в наши дни в современных индустриальных обществах мода на женщин с маленькой грудью? И почему, в таком случае, кукла «Барби» столь популярна во многих странах мира. Напомним, что появилась она в Америке как раз в период расцвета всеобщей увлеченностью идеалом женщины-подростка?

Исследования антропологов и этологов, проведенные в наши дни, возможно, проливают свет на эти вопросы. По мнению польского антрополога Г. Ясеньска с соавторами, кукла Барби как символ женской красоты может иметь под собой определенную биологическую основу. Пышная грудь и тонкая талия являются достаточно надежным внешним индикатором фертильности женщины. И есть все основания думать, что в процессе эволюции человека у мужчин сформировались устойчивые подсознательные предпочтения женщин с фигурой, напоминающей по форме песочные часы.

Чтобы доказать версию о большей фертильности женщин с фигурой Барби, антропологи брали образцы слюны у 119 польских женщин в возрасте от 24 до 37 лет на протяжении менструального цикла и измеряли содержание в ней двух гормонов: эстрадиола и прогестерона. Эти гормоны, как известно, служат надежными индикаторами репродуктивных способностей женщины. Далее провели измерение параметров тела испытуемых и выявили отчетливую корреляцию между содержанием гомонов и формой тела. Женщины с узкой талией и большой грудью имели уровень эстрадиола на 26-37% выше, чем остальные испытуемые. А содержание прогестерона оказалось существенно выше у всех женщин с узкой талией, вне зависимости от размеров бюста.

Вполне вероятно, что предпочтение женщин с маленькой грудью возникает как своеобразная адаптация в периоды стабильного экономического роста, потому что в это время происходит резкий рост размеров популяции. Мода на менее плодовитых женщин способствует снижению темпов роста популяции. Что же происходит в ситуациях, угрожающих существованию группы? На этот вопрос ответить несложно: в периоды голода, войн и депрессий спонтанно возрождается мода на пышногрудых женщин. Тем самым в человеческом обществе включаются базовые биологические механизмы выживания вида, аналогичные таковым у многих других видов млекопитающих. Как только фигура женщины отклоняется от этого магического соотношения в сторону более мужского типа, то есть талия становится менее заметной (или за счет расширения талии, или за счет похудения бедер), ее начинают считать менее привлекательной.

Мужчины и женщины разительно различаются по самооценке собственной внешности. Различия в восприятии, вероятно, связаны с особенностями функционирования мужского и женского мозга (ниже мы еще остановимся на этом факте более подробно). В современной западной культуре женщины, как правило, видят себя более полными, чем они есть на самом деле. Когда женщина рассматривает себя в зеркало, ей кажется, что она примерно на 20% толще, чем в действительности. Мужчины же относятся к себе с гораздо большей любовью. Мужской мозг бессознательно корректирует собственное изображение в зеркале, делая его много привлекательнее, чем в реальной жизни. Помимо этого, мужское самовосприятие существенно зависит от настроения, от отношения окружающих и социального успеха. Чем выше социальный успех, тем привлекательнее кажется мужчина сам себе.