Анька-неудачница
Шрифт:
— По той же самой причине, очевидно они ожидали увидеть неотесанную грубиянку из дальней деревни, с которой они не собирались мириться ни при каких деньгах. Ну что же, это его выбор. Теперь он уже не наш уровень.
Прогадала та семейка и их сынок…
— Но ты разрешишь мне иметь право голоса? Я бы хотела принимать участие в выборе.
— Конечно, если будет возможность, я спрошу твоё мнение.
Ух ты, ничего себе, то есть выбирать, по идее, будет он? Как-то не особо хотелось оказываться заложницей при таких обстоятельствах. Синьор Джакомо внимательно меня рассматривал:
— Как же ты красива,
— Я не могу пожаловаться на воспитание, уже говорила вашему управляющему Альберто, что около деревни, где мы жили, останавливались торговцы. Там была очень мудрая женщина, которая меня многому научила. Я умею говорить на нескольких языках, знаю прекрасно и математику, и много другое.
— Ты знаешь разные языки? Какие же?
Не могу же я сказать ему, что я знаю все языки… Надо выбрать какие-то, которые могут быть тут популярными…
— Испанский, русский, французский, английский…
Отец пораженно смотрел на меня:
— Не может быть, никогда не поверю, что женщина знает столько языков. Te gusta la comida? — спросил он меня по-испански.
— S'i, est'a deliciosa, — ответила я.
Мужчина изумленно покачал головой:
— До сих пор не могу это поверить: а что ты ещё умеешь?
Я довольно улыбнулась, кого он ожидал увидеть?
— Проще, наверное, спросить, чего не умею.
Он немного завис, продумывая какие-то варианты:
— Да, с учётом таких возможностей, надеюсь ты сможешь стать кем-то большим, нежели просто хорошей женой.
— Я сама на это надеюсь, папа.
— Завтра закажу тебе в гардероб у лучших мастеров Флоренции, где-то в течение ближайшего месяца, они займутся его изготовлением, постепенно сошьют. Завтра тебе принесут образцы тканей и придут мастера, ты должна будешь выбрать то, что тебе нравится.
Вот это великолепно, самое замечательное, это выбирать одежду, наряды и примерять это! Отец продолжал:
— Ты будешь совершать ежедневные выходы в церковь, как приличная девушка, в моём сопровождении, также в сопровождении служанок. Во время этих выходов ты должна вести себя достойно, но я вижу по твоим манерам, что ты не нуждаешься в таком совете.
Я улыбнулась.
— А сейчас позволь задать тебе немного щекотливые вопросы…
Удивленно вскинув брови, но ждала:
— Спрашивайте, я готова ответить.
— Пойми, я должен всё это знать. У тебя уже были отношения с мужчинами?
Чёрт… Что ему сказать, если рассказать о бывших, по меньшей мере, это будет смотреться здесь странно. Меня никто не поймёт.
— Нет, мужчин у меня не было, я жила в глуши, откуда там могут возникнуть достойные меня молодые люди. Но, несмотря на то, что я росла в бедности, у меня была всегда определённая планка, и мужчины ниже этой планки не соответствовали мне.
— И какая же это планка?
— Чтобы мог общаться со мной на равных, чтобы мы могли говорить на одном языке, понимать друг друга и мечтать об одном и том же, интересоваться похожими вещами. А ещё, я хотела бы, чтобы он всегда меня поддерживал, всегда и во всём. Ну, и разумеется, любил.
— Какая ты еще идеалистка, — улыбнулся синьор Джакомо.
— Я надеюсь на это.
— Еще один момент, который мне нужно знать. Так
отношений с мужчинами у тебя не было, но испытывала ли ты приятные эмоции, или возбуждение при мысли об этом воображаемом человеке?Чего он добивается? Наверное хочет узнать фригидна ли я? Мой папочка пытается просчитать все в будущем…
— Да, испытывала, — прямо ответила я и посмотрела ему в глаза.
Его взгляд оживился:
— Молодец, ты так смело об этом говоришь. Большинство девушек просто потупили бы глаза и промолчали. В этом ты моя дочь, это очень хорошо. Я должен примерно оценивать твои желания и возможности. Темперамент, это очень важно, зачастую это залог счастливого брака. И я не хотел бы разочаровать твоего будущего мужа.
— Не думаю, что с этим будут проблемы…
— Но я, как человек дела, всегда всё проверяю на практике. Чтобы потом не было излишних недомолвок и вопросов. Сейчас иди к себе в комнату, приходи в себя с дороги, а вечером к тебе придёт наш семейный лекарь. Я хочу, чтобы он удостоверился в твоей девственности. Тогда мы уже сможем что-то планировать.
Когда я поднималась в комнату в сопровождении Катерины, не могла сдержать дрожь. Мандраж нарастал. Говорить отцу можно что угодно, но врача провести не удастся. Сегодня всё станет ясно, и тогда разборки начнутся колоссальные. Как ему объяснить, что у дочери за плечами приличный такой опыт? Ох, по местным меркам меня ещё выгонят из дома, придётся возвращаться назад.
Катерина поглядывала на меня, заметив, что я волнуюсь, и пыталась подбодрить:
— Да вы не переживайте, синьорина, у нас хороший врач. Он вас быстро осмотрит и не потревожит, вы не смущайтесь, даже ничего не почувствуете.
Знала бы ты, о чем я переживаю на самом деле…
— Да я просто волнуюсь, столько новых впечатлений.
— Конечно, давайте я помогу вам раздеться и отдыхайте. А еще, хочу сказать по секрету…
Катерина заговорщицки подмигнула:
— Я слышала, что ваш отец собирается сегодня вечером заглянуть в палаццо Мерди.
— И что в этом такого интересного?
— Как! Там собирается вся местная знать, он явно хочет вас показать. Я сама слышала, что многие молодые люди уже спрашивали о вас. Сержио Аррана, например.
— А это кто?
— Вообще то он не занимается торговлей, он — воин, но принадлежит к знатному роду. Вы для него — выгодная партия. А Алессандро, который отказал вашему отцу, он, говорят, вообще стоял разинув рот, когда вас увидел.
Хотя я и не знала этого Алессандро, но мне приятно польстило, что он хорошо обломался.
— Что он собой представляет?
— Да настоящий повеса. И, даже говорят, что видели его с девицами легкого поведения, — Катерина сделала страшные глаза.
Она открыла передо мной дверь в комнату.
Я вздохнула с восхищением. Было заметно, что меня ждали. Комната, которая когда-то была неотъемлемой частью этого огромного дома, сейчас была с заботой и любовью обставлена. В центре располагалась кровать, застеленная явно дорогим постельным бельем. Вся мебель и занавеси гармонично сочетались друг с другом. В углу находился туалетный столик с большим зеркалом. Около изящного столика стояли какие-то маленькие женские принадлежности в баночках. Наверное, местная косметика.