Анисья
Шрифт:
Марта Петровна с болью посмотрев в сторону сестры, и ничего не ответив, направилась к выходу. Я смотрела то на Елисея, то на Светлану, пытаясь понять, что делать дальше. Вскоре, осознав, что произошло, ринулась вслед за старушкой. Мало ли, вдруг ей от волнения на улице плохо станет?
— Марта Петровна, как Вы? — обратилась я к ней, выйдя во двор.
— Как ты понимаешь, Анисья, ночевать я тут не останусь, — слабым голосом произнесла старушка.
— Уже заводить машину, поедем? — предложил Елисей, подойдя к нам.
— Да, спасибо, — кивнула Марта Петровна, — только надо попрощаться со Светочкой.
Я
— Мне так жаль, что все так вышло, — обратилась я к женщине.
— Анисья, — она вздохнула, — у меня голова кругом. Вроде бы все налаживалось. Я понимаю, что тетя не захочет остаться, но я боюсь, чтобы с ней ничего по дороге не случилось. У нее как со здоровьем вообще?
— Мы проследим за ней, — я и сама переживала по этому поводу.
Марта Петровна и Светлана обнялись. Светлана написала свой номер телефона и попросила тетю не пропадать. Елисей подошел к нам, и я уже думала, что мы сейчас сядем в машину и уедем (а признаться честно, мне этого очень хотелось), однако слова парня меня шокировали:
— Машина не заводится. Что-то с двигателем, надо разбираться.
— И что теперь делать? — я растерянно смотрела на Елисея.
— Позвоню Андрею сейчас, может он нас сможет забрать. А завтра тогда вернуться с инструментами, либо эвакуатор вызывать.
— Вы можете остаться, — напомнила Светлана, но без прежней уверенности.
— Нет, Светочка, прости, но с твоей матерью в одном доме я находиться не хочу. Я лучше на улице ночевать останусь, — твердо произнесла Марта Петровна.
Елисей связался с дедушкой, тот сообщил, что приедет за нами в ближайшее время. На часах уже было шесть вечера, Светлана попросила Дениску принести нам бутербродов. Марта Петровна категорически отказалась ужинать в столовой, а мы с Елисеем не стали возвращаться в дом одни. Устроившись во дворе, мы перекусили, послушали рассказы Маруськи о том, как она сегодня плела венки из одуванчиков и ловила бабочек. Светлана показывала на телефоне фотографии и видео из семейного архива. Сообщила о том, что если бы ее муж сегодня был не на сутках, то отвез бы нас куда нужно.
— Не переживайте, Андрей сам предлагал нам свою помощь если вдруг что, — успокаивал ее Елисей.
— Андрей? — переспросила женщина.
— Да, мой дедушка не любит, когда его зовут дедушкой или по отчеству.
Вскоре со стороны улицы послышался автомобильный гудок. Приехал Андрей. Елисей показал предполагаемое место поломки, после чего Андрей предложил завтра утром приехать и разобраться с этим.
— Заодно может немного пропустим встречу с Колосковыми, — подмигнул мужнина внуку.
— Никогда бы не подумал, что можно обрадоваться поломке машины, — усмехнулся Елюша.
— Осталось узнать, если мы оставим машину до утра, не случится с ней вдруг что?
— Мы можем открыть ворота, и вы загоните ее во двор, — предложила Светлана, — а завтра отремонтируете и заберете.
— Отлично, — обрадовался Андрей.
Через полчаса мы уже ехали вчетвером в сторону дачного поселка.
Андрей, узнав, что Марта Петровна живет в городе, предложил остаться у них на даче. А завтра уже он сам ее отвезет куда нужно. Марта Петровна растерялась от его предложения, но все-таки согласилась. К дому мы добрались уже ближе к полуночи.Евгения Владимировна ждала нас в гостиной. Предложила перекусить, но ни у кого из нас не возникло желания что-то есть. Все мы хотели только одного — спать. Женщина сообщила, что постелила Марте Петровне в третьей гостевой.
Уже находясь в своей временной комнате, я вдруг осознала, каким длинным и сложным был этот день. И даже хорошо, что он подошел к концу. Очень жаль, что сестры так и не нашли общий язык. Да, у Галины Петровны скопилось множество обид, правда я так и не поняла, почему она во всем винит свою сестру. Должно быть Марте Петровне сейчас невыносимо больно от всего услышанного. Хорошо хоть они со Светланой увиделись, думаю, что они продолжат общение и дальше. А Галина Петровна… Что же, даже не знаю, поймет ли она, что была неправа или нет. Кажется, моя статья будет достаточно грустной.
Глава 34
Утром я долго не могла разлепить глаза, то и дело проваливалась в сон. Снились мне зеленые луга и большие белые облака, напоминающие сахарную вату. А еще мне снился Елисей. Парень держал меня за руку и улыбался. И я улыбалась, и на душе моей было так тепло, словно солнце, освещающее полянку, проникало своими лучами внутрь меня.
— Анисья, я так рад, что ты согласилась прийти сюда. Спасибо, — вдруг произнес парень.
— Я не могла не прийти, — продолжая улыбаться, ответила я.
— Анисья, Нися, я, — он вдруг замолчал, затем вновь продолжи, — да что там говорить…
— Что? Ты о чем?
— Анисья, — повторил Елисей и притянув меня к себе, поцеловал.
Его губы, такие теплые и мягкие, осторожно касались моих губ. Я чувствовала волнение, мои ноги подкашивались, и в какой-то момент мне даже показалось, не держи меня Елюша, я бы точно упала. Не знаю, сколько длился наш поцелуй, но мне и не важно было это знать. Я полностью растворилась в этом моменте. Для меня не существовала ничего кроме поцелуя с этим парнем.
— Анисья, — чуть погода проговорил Елисей, словно с трудом отрываясь от моих губ, — получается, я украл твой первый поцелуй?
— Давай считать, что я тебе его подарила, — не сдержав улыбку, ответила я.
— Давай, — он улыбнулся и мне стало так хорошо от его чудесной улыбки.
Я бы смотрела и смотрела на парня, до того прекрасным был этот миг, но почему-то проснулась. Как же хотелось обратно, в мир сновидений. Однако уснуть вновь не получилось. Так и лежала я на кровати, закрыв глаза, до тех пор, пока в комнату не постучались.
— Войдите.
— Анисья, доброе утро, — улыбающийся Елисей был так похож на Елисея из моего сна, что мне стало даже как-то неловко.
— Привет, ты чего в такую рань?
— Почему рань? — удивился парень, — уже вон сколько, восемь утра.
— Вот именно.
— Во сколько ты обычно встаешь?
— На выходных? Не раньше десяти, — я пожала плечами. Ну, а что? С детства люблю поспать подольше.
— Вот оно что, — хмыкнул Елисей.
— А ты?
— Я? Ну, на самом деле по-разному, когда в пять утра, когда в семь.