Чтение онлайн

Утром Левескье выходит с блокнотом в руках и я говорю ему, "Никто тебя не бил!"

"Что ж рад слышать это" мычит он - однажды я сказал ему "Наверное ты мой брат который умер в 1926 году, он был прекрасным художником и рисовальщиком в девять лет, а ты когда родился?" но теперь я понимаю что это совсем другой человек - и если это так то Карма промахнулась. Левескье очень серьезный, у него большие голубые глаза, он всегда рад помочь и очень скромный, но он может внезапно у тебя на глазах начать безумствовать, пуститься на улице в сумасшедший пляс, пугающий меня. И еще иногда он смеется "Мммм хи хи ха ха" и маячит у тебя за спиной...

Я листаю его блокнот, сижу на крылечке глядя на город, такой вот тихий денек, мы сидим и

набрасываем всякие рисунки (я делаю зарисовку спящего Рафаэля, Левескье говорит "О, вылитый Рафаэль!") - Потом мы с Лазарусом рисуем смешные привиденческие картинки. Хотелось бы мне опять их увидеть, особенно причудливые очертания лазарусовских духов которые он рисует сияя растерянной улыбкой... Затем, Боже мой, затем мы покупаем свиные отбивные, скупаем пол-лавки, и мы с Рафаэлем разговариваем про Джеймса Дина перед киноафишей. "Что за некрофилия!" восклицает он имея ввиду то как девушки восторгаются умершим актером, но не тем кем он был на самом деле, на самом же деле - Мы жарим отбивные на кухне и уже темнеет. Мы прогуливаемся недалеко, на ту же странную поросшую травой каменистую площадку на вершине горы, и когда мы возвращаемся назад Рафаэль вышагивает в лунной ночи как укурившийся опиумом китаец, натянув рукава на руки и повесив голову, так вот он и топает, темный и причудливый, сутулящийся и печальноокий, он поднимает глаза и оглядывает окрестности, он выглядит затерявшимся как маленький Ричард Бартельмесс со старых лондонских картин изображающих курильщиков опиума под светом уличных фонарей, он переходит из света фонаря во тьму и опять в свет - засунув руки в рукава угрюмый и сицилийский, Левескье говорит мне "О я хотел бы написать картину с ним бредущим вот так вот."

"Сделай вначале карандашный набросок", говоря я, потому что весь прошедший день я делал неудачные попытки рисовать его чернилами

Мы входим в дом и я иду спать, залезая в свой спальник, окна открыты настежь к прохладным звездам - И засыпаю со своим крестом на шее.

Утром "я, Саймон и Рафаэль" идем пешком знойным утром через большие цементные заводы, и чугунолитейные заводы и мастерские, мне охота пройтись и показать им всякую всячину - Сперва они начинают ныть но потом заинтересовываются большими электромагнитами которые поднимают груды прессованного металлолома и сваливают их в бункера, блямм, "одним поворотом переключателя ток вырывается наружу, высвобождается сила и эта масса падает", объясняю я им. "И масса эквивалентна энергии - а масса плюс энергия эквивалентны пустоте"

"Ага, но глянь на эту хренову шту-ко-ви-ну", говорит Саймон, открыв рот.

"Она прекрасна!" кричит Рафаэль тыча в меня кулаком.

Мы двигаемся дальше - Мы хотим пойти поискать Коди на железнодорожной станции - Мы проходим мимо раздевалки железнодорожников, и я даже захожу проверить нет ли мне какой почты оставшейся с тех пор два года назад когда я работал здесь тормозным кондуктором, и потом сваливаем чтобы встретиться с Коди на Побережье - в кафеюшнике - Остаток пути мы проезжаем на автобусе - Рафаэль занимает заднее сиденье и начинает громко говорить, как настоящий маньяк, он хочет, раз уже ему приспичило поговорить, то уж так чтоб его слышал весь автобус - А в это время Саймон размышляет над только что купленным бананом, он хочет знать такие ли у нас большие как этот.

"Еще больше", говорит Рафаэль.

"Больше?" кричит Саймон.

"Именно"

Саймон принимает к сведению эту информацию как серьезный материал для дальнейших изысканий, мне видно как он шевелит губами подсчитывая

И точно вот он Коди, на дороге, разгоняющий свой маленький седан на крутой подъем делая 40 миль в час чтобы внезапно развернуться, втиснуть машину на обочину и выпрыгнуть из нее - открыв дверь он высовывает свое большое красное лицо проорав несколько фраз для нас чуваков, и одновременно предупреждая этим встречных водителей

И мы мчимся на квартиру прекрасной девушки, прекрасную

квартиру, у нее короткая стрижка, она в постели, под одеялами, болеет, у нее большие печальные глаза, она просит сделать погромче Синатру на вертушке, у нее там крутится целый его альбом - Да, можно взять ее машину - Рафаэль хочет перевезти свои вещи от Сони на новую квартиру, туда где была органная музыка и плакал Левескье, окей, машина Коди слишком мала для этого - И затем мы помчимся на скачки

"Нет, на скачки машину не дам!" - кричит она

"Ладно - " "Мы вернемся назад" - Какое-то время мы толпимся вокруг нее в восхищении, присаживаемся ненадолго, и возникают даже какие-то непонятные долгие паузы во время которых она поворачивается и начинает разглядывать нас, и в конце концов говорит:

"Что это вы чуваки тут" - "как бы"- вдыхая - "Ого", говорит она "Расслабьтесь" - "Серьезно говорю, да?" - "Типа, да?"

Ага, мы соглашаемся, нам всем вместе тут ничего не светит так что мы отправляемся на скачки, но рафаэлевский переезд занимает столько времени что в конце концов Коди начинает понимать что нам опять не успеть на первый заезд - "Я опять пропущу двойную дневную!" отчаянно вопит он - широко открывая рот так что видны зубы - он это вполне серьезно

Рафаэль разыскивает всяческие свои носки и шмотки и Соня говорит, "Послушайте, я не хочу чтобы все тетки в доме знали про мою жизнь - я тут живу, поймите - "

"Конечно", говорю я, и добавляю про себя: очень серьезная девчушка и очень серьезно влюблена - У нее уже появился новый приятель и это именно она и хочет сказать - мы с Саймоном берем большие коробки с пластинками и книжками и тащим их вниз к машине где Коди сидит и злится

"Эй Коди", говорю я, "подымайся с нами посмотришь на красотку - " Он не хочет - и в конце концов я говорю "Нам нужна твоя помощь чтобы оттащить все это барахло" тогда он идет, но когда все улаживается и мы сидим в машине готовые ехать и Рафаэль говорит: "Ха! Ну и дела!" Коди фыркает:

"Хм, помощь"

Нам надо ехать на новую квартиру и там я впервые замечаю прекрасное пианино. Хозяин, Эрман, еще даже не вставал. Левескье тоже живет здесь. И Рафаэль может на худой конец оставить свои вещи здесь без проблем. Мы уже опоздали и на второй забег так что в конце концов я уговариваю Коди вообще никуда не ехать, подождать до следующих скачек, а завтра из чистого интереса узнать результаты (позже выяснилось что он проиграл бы), и просто порадоваться сегодняшнему деньку и тому что ничего такого особенного нам делать не надо.

Так что он вытаскивает свою шахматную доску и садится играть с Рафаэлем чтобы уделать его в отместку - Его гнев уже несколько поубавился с тех пор как он долбанул Рафаэля локтем разворачивая машину, и Рафаэль заорал "Эй, зачем ты ударил меня? Ты что себе думаешь - "

"Он ударил тебя потому что огорчен тем что ты заманил его перевозить твои вещи и он опоздал на скачки. Он карает тебя!" добавляю я, пожимая плечами - И теперь Коди, услышав на какой манер мы об этом говорим, вроде бы удовлетворился этим и сейчас они свирепо играют в шахматы, Коди вопит "Вот тебе!" а я ставлю пластинки на полную громкость. Хоннегер, потом Рафаэль ставит Баха. Мы собираемся просто повалять дурака и я уже успел смотаться за двумя упаковками пива.

В это время хозяин, Эрман, спящий в соседней комнате, выходит, рассматривает нас какое-то время, и идет опять спать - Его не колышет вся эта музыка на полную катушку - Это пластинки Рафаэля, Реквиемы, Вагнер, я вскакиваю и ставлю Телониуса Монка

"Это же просто смешно!" вопит Рафаэль разглядывая свою безнадежно проигрышную шахматную позицию - А потом: "Померэй что тянешь эту последнюю игру, достали эти твои бесконечные шахи один за другим, не тяни, что - " и Коди смахивает фигурки и убирает доску так быстро, что мне вдруг в голову приходит что он мелвилловский Верный Друг играющий в невероятно тайные и важные шахматные игры.