Анагел мой
Шрифт:
Риур подскочил, услышав тонюсенький посвист сбоку. Ора напряглась и, сложив губы трубочкой, произвела такой же звук. Посмотрела на Риура и показала глазами на его копьё:
– Надо сейчас кинуть.
– Куда?! – изумился он.
Она подняла голову и оскалила зубы, вглядываясь в маленькое ущелье впереди. Да, теперь слышно… Дробный топот множества копыт. Риур видел, как заволновались охотники, привстав и изготовив оружие к броску. Да он и сам вдруг почувствовал возбуждение охоты…
Небольшое стадо оленей, тёмно-серых, с беловатой широкой полосой на спине и такого же цвета куцым хвостом, вылетели в маленькое ущелье совершенно неожиданно, поднимая пыль. Неслись слаженно, чутко, впереди –
Риур выпрямился, наблюдая за самым рослым самцом из стада, который умело прикрывался за спиной вожака. Не попаду отсюда, мелькнула мысль… И Риур кинулся с камня вперёд, молча, занося на бегу копьё. Олени, которые налетели на копья, метнулись обратно, но толстого самца это не спасло: керамический наконечник пробил ему шею почти под самой челюстью, сбив в прыжке. Олень навернулся на бегу, сбив при этом маленькую самку, так не вовремя оказавшуюся на пути, вскочил в горячке, но тут же рухнул, засучив копытами. Риур даже присел, когда возле его щеки ахнуло свистом копьё кого-то из охотников, достав ту самочку, которая свалилась поодаль. Пилот рывком выдернул своё оружие из оленя, и развернулся к не успевшим удрать другим зверям из стада. Ткнул в горячке в темно-серый бок, пролетевший рядом, не удержал копьё и споткнулся, ударившись лицом о мелкие камни. Вскочил, как распрямлённая пружина. И понял, что попал в ловушку…
Стадо, испуганное нападением и запахом крови, кинувшееся обратно, увидела бегущих навстречу загонщиков, от которых убегала ранее. И, моментально развернувшись, понеслось обратно. Не успею, мелькнула мысль…
Впереди вновь летел вожак, каким-то чудом сумевший избежать копий, лишь получивший глубокую царапину на боку. А теперь вот нёсся прямо на Риура, низко нагнув голову, хрипя от злости и боли.
– Чужак! – хлестнул по ушам чей-то вопль, где-то сбоку, не разобрать кто… – Бежать!
Не успею… Лишь автоматически дёрнул из чехла нож и изогнулся в стойке. Спасибо, Ора, хорошую ты рукоять сделала.
Вожак так и не понял, что произошло. Только что, придав самому себе разгон, он поддел стоящего перед ним человека. Вернее – воздух поддел, потому что каким-то чудом охотник вдруг увернулся. И одним точным уверенным движением распахал шею оленя, от самого уха и до груди. Вожак пролетел по инерции еще немного, круто развернулся, нагнув рога и ища обидчика кровавыми от возбуждения глазами. Увидел, побежал, но споткнулся, неловко зацепившись за камень. И свалился почти у самых ног Риура, хрипя и заливая камешки кровью…
– Ну ты и дурак… – протянул пилот. – Извини меня. Ты сам виноват.
Риур огляделся. Остатки стада, те, что совсем обезумели от страха, сумели как сорганизоваться и уйти от охотников через склон. Но всё же засаду можно было назвать удачной: не менее десяти оленей лежали в маленьком ущелье, кто-то ещё бил копытами, пытаясь встать, кто-то уже затих… Пахло пылью и кровью. И возбуждением. Риур только сейчас почувствовал все вдруг нахлынувшие запахи. И посмотрел на свои руки, залитые кровью, исцарапанные, и сказал, ни к кому не обращаясь:
– Видел бы меня сейчас Семейный Совет… Или, хотя бы, Нильда.
Он улыбнулся, вспомнив жену, с которой он прервал отношения много лет тому назад, уступив более сильному сопернику. Но дружеские отношения остались…
– Хэй, Ри-Ур!
Он обернулся
и кивнул:– Хэй, Мана. Риур хорошо помог? – кивнул на две туши.
Мана засопел, но согласился:
– Хорошо помог. Мана убил четырёх оленей! Мана сильный! – вдруг гаркнул зычно, подняв руку с зажатым копьём.
Соплеменники радостно отозвались. И кинулись стаскивать туши в одну кучу.
– Риур знает, что Мана сильный, – склонил голову пилот. – Риур не хочет быть вместо Мана. Риур просто хочет жить с племенем Мана-Саи.
Бородач думал недолго, поглядывая на него с недоверием. И хыкнул, хлопнув себя по животу ладонью:
– Мана разрешает Ри-Уру жить в племени Мана-Саи! Пей кровь у него. Этого мне ты подарил.
– Чего?! – оторопел пилот.
– Этот – мне! – отрезал вождь, показывая на вожака стаи. – Он главный и я главный, его кровь моя! Ты сделал мне подарок! Этот – твой, – кивнул на толстого самца. – Он тоже большой в стаде. Его кровь твоя.
И, посчитав, что разговор закончен, вытащил нож. Приподнял играючи тяжёлую голову вожака за рога, развернул и полоснул ему шею. Опять хлынула густыми толчками кровь, а бородач вдруг опустился на колени и припал ртом к густой струйке.
– Ты чего делаешь? – совсем ошалелым от удивления голосом поинтересовался Риур.
Мана не ответил, продолжая сытно причмокивать, булькая и хрипя. Риур оглянулся: почти все охотники делали то же самое. Даже Хэ, с кем-то деливший одну из туш. Лишь Ва стояла возле толстого самца, никого не подпуская и глядя на Риура прищуренными глазами.
– Н-нет… – Пилот вздрогнул, поняв, чего ждёт девушка. – Вы что, издеваетесь?
Ва не поняла и поманила к себе рукой:
– Иди! Ри-Ур!
Затравленно оглянувшись, Риур усмехнулся. Хотел пожить среди них, хотел быть своим? Валяй. Ладно, закончил он спор сам с собой. Если станет плохо – сделаю полную реабилитацию.
– Иди, – опять позвала нетерпеливо Ва. – Кровь холодная будет!
Риур вздохнул и подошёл. А дальше как во сне: он нагнулся, взрезал одним движением горло самцу, делая, как Мана, глубоко вздохнул и опустился на колени. Посмотрел на Ва и припал губами к ещё тёплой ране. Набрал в рот солёной крови, зажмурился и сглотнул. Замер, прислушиваясь к ощущениям, чувствуя, как тяжёлый густой комок скатился в желудок, и сделал ещё один глоток. Этот пошёл лучше… Риур набрался храбрости, выпил ещё немного и встал, вытирая окровавленный рот:
– Ва хочет кровь?
Девушка довольно кивнула и тоже приложилась к ране. Пила долго, сопя и жмурясь. И Риур сел на камень, только сейчас ощутив, как начинает отпускать возбуждение… Подошёл Хэ, положил у ног пилота его копьё, и сел рядом, довольный и с перепачканной кровью физиономией:
– Ри-Ур сильный! Хэ видел, как Ри-Ур убил главного оленя! Хэ видел, как Ри-Ур убил этого оленя! Ри-Ур пил силу оленя, теперь Ри-Ур будет быстрый, как его олень!
Пилот его почти не слушал. Кровь оленя, сначала так приятно уместившаяся в желудке, вдруг стала горячей и кислой, выдавливая выпитое обратно. Риур боролся с тошнотой, подавив её с усилием, и натужно улыбнулся Мана, который, наконец-то, поднялся с колен, довольно и громко сопя. Вождь важно кивнул ему и вдруг зычно выкрикнул:
– Мы идём!
Все вскочили и засуетились, собирая оружие. Начали стягивать животным ноги шнурками, после чего просовывали толстую жердь между связанными ногами. Риур даже про тошноту забыл, наблюдая с интересом за происходящим: а он-то всё гадал, как будет племя тащить туши в пещеры. А тут вон что… Он вспомнил Хэ, который транспортировал медведя по реке и усмехнулся. Чему ты удивляешься, спросил он сам себя.
Хэ потянул его за плечо:
– Бросим мясо здесь. Не унести. Если придём за ним – не найдём. Медведь возьмёт.