Анафема
Шрифт:
– Не бойся, эти господа просто проверяют документы, – мягко сказал Энтинус, положив руку на голову подопечной.
– Куда ты меня притащил?! – вырвалось у волшебницы.
Крик девочки эхом пронёсся по пещере, заставив незнакомцев поморщиться. Привычным движением чародей закатал рукав, демонстрируя проверяющим наруч из гладкого чёрного металла с голубой прямоугольной пластиной по центру.
– Я могу телепатически переводить тебе их слова.
– Опять мои мысли читать будешь?! – нахмурившись, Астра скрестила руки на груди. – Ладно, так и быть, разрешаю, а то у меня от этих ребят мурашки по коже.
Бородач с самострелом поднёс фонарь к наручу и долго рассматривал его через монокль со множеством сменяющих друг друга линз.
– За заказом, значит-с? – наконец прохрипел он. В переводе его голос был ещё скрипучее. – А мирянку с собой на кой притащил?
– Она – моя ученица, – ответил Энтинус, одёргивая рукав.
– А-а-а, продвигаешь? Понятно. В таком разе, прошу-с, – скорее крякнул, чем усмехнулся мужчина, жестом приглашая гостей пройти с ним.
– Они меня тоже теперь понимают? – спросила девочка, стараясь держаться поближе к наставнику.
– Бойкот отменяется? Чудно, тогда слушай: это представители одной из рас, населяющих звёзды, подгорный народ. Славятся упёртостью и ювелирными изделиями.
– На вопрос ответь, энциклопедия с ногами.
– Перевод – интеллектуальный, пока напрямую к ним не обратишься – не поймут, – хитро подмигнув ученице, ответил маг.
Услышав это, Астра вздохнула с облегчением.
– А переводчик… артефакт какой-то? Ни за что не поверю, что ты так натурально пародируешь.
– Совершенно верно. Я могу говорить на любом языке и делиться этой способностью с другими, благодаря специальному волшебному устройству.
– Угум, дай угадаю: название артефакта – Эфия?
От удивления учитель открыл рот.
– Девочка поразительно умна, хоть и мирянка, – прозвучало из-под одежды Энтинуса.
– Чего ты вылез? Ещё не время тебя показывать, – чародей сконфуженно прикрыл лицо рукой.
– Ого! Говорящий артефакт! – волшебница подпрыгнула, чуть не врезавшись в низкий потолок. – Кстати, а чего меня мирянкой зовут?
Наставник хотел было ответить, однако «Эфия» его опередил:
– Юная леди, в данном контексте это слово означает: девушка, никогда не путешествовавшая по другим мирам или вовсе не знающая о существовании оных.
– Невероятно, какой галантный артефакт, не то, что его владелец! Ты, наверное, безумно сложный!
– Ещё бы, я на его создание уйму сил потратил, – с гордостью произнёс Энтинус.
– И я должна тебе поверить?
– Не извольте сомневаться, мисс. Ваш учитель говорит правду.
Разговор прервал один из рудокопов, трижды ударив увесистым кулаком в металлическую дверь.
– Грог, Брог – вы? – ответили с той стороны.
– Да, брат, открывай!
Шестерни по обе стороны двери пришли в движение, поднялся дикий шум. Толстая многотонная дверь медленно отъехала вправо.
– Проклятье, просил же смазать! – внахлёст грохота крикнул Брог.
Когда всё стихло, в лицо девочке дохнул горячий, пропитанный сажей воздух. Она закашлялась.
– Ну-с, добро пожаловать, – объявил Грог.
За дверью была небольшая огороженная перилами терраса. Выйдя на неё, Астра обомлела: внизу, опутанный паутиной подвесных железных дорог, покоился город, не уступающий размерами Лофосу. Дома из камня и металла без устали коптили
трубами потолок, горели огни, под величественными сводами эхом отдавалась песнь огня и стали. Великолепие чуждой культуры так потрясло маленькую дворянку, что она на несколько минут позабыла обо всём на свете. Сопровождающие путешественников горняки, косо посмотрев на гостью, начали спускаться по лестнице.– Ну как, нравится? – придерживая подопечную за капюшон, спросил Энтинус.
– Ага… ошалеть… Это и есть другой мир?
– Нет, всё ещё твой, считай, что к соседям зашла.
***
Спускаясь вниз, волшебница жалась к стене. Перилам, за которыми зияла бездонная пропасть, она не доверяла. Дрожа, как студень, девочка пыталась вгрызться ногтями в металл. Слегка поклонившись, чародей протянул подопечной руку:
– Не побрезгуйте принять помощь, мисс.
– Только в этот раз, понял?! – крепко сжав кисть учителя, процедила Росса.
Стараясь угнаться за шустрыми горняками, наставник набирал темп. Скользя на узких отполированных до блеска ступенях, Астра почти висела на руке Энтинуса.
– Можно не так быстро…?! Я высоты боюсь!
– Спокойно, я не дам тебе упасть, обещаю.
– Значит… говоришь, это не люди?
– Верно, на твой язык название их расы переводится «Карлики», но это очень грубо, не советую.
– А как тогда? «Уважаемый представитель подгорного народа»? Длинновато выходит.
– Пытаться выговорить их вариант – язык в узел завяжется. Чтобы Эфия мог корректно переводить твои слова, используй нейтральное «Гном».
Несколько минут были слышны только звуки города и шагов. Мимо пролетел состав из гружёных вагонеток, заставив волшебницу в очередной раз поскользнуться. Маг не нашёл ничего лучше, чем подхватить девочку на руки.
– Не впивайся в меня, как напуганная кошка.
– Предупреждать надо!
Внизу в городе, как в большом муравейнике, бегали сотни тысяч гномов, ездили огромные, изрыгающие дым повозки. Все куда-то спешили. Росса поёжилась. Эта раса не просто «соседи», они – соперники человечества, причём куда более развитые и опасные. Похлопав чародея по плечу, волшебница ткнула себя пальцем в висок.
[Устанавливаю телепатическую сеть], – ответил на просьбу девочки Эфия.
[Нужно поговорить… по секрету.]
[Слушаю], – глядя в серьёзные глаза подопечной, сказал Энтинус.
[В общем… пока мы в столице жили, дядя часто брал меня с собой на работу. Там я краем уха слышала, будто гильдия магов строит оружие, чтобы по северному лесу ударить. Вот бы узнать…]
[Эфия, проверь], – приказал чародей.
[Боюсь, опасения мисс Астры обоснованы. Орбитальные спутники фиксируют в Лофосе мощное энергетическое возмущение.]
[Что нам делать?] – спросила девочка.
[Нам? Ничего.]
[Н-но… Здесь ведь не химеры, а другая раса! Если гильдия ударит, будет война!]
[Значит, будет.]
[Так нельзя! Мы должны…]
[Должны что?] – перебил ученицу Энтинус. – [Побежишь к своему дедушке, Обозревающему Небеса, с криками: «Не стреляй!», да? Надеешься, что тебя послушают? Знаешь, мне почему-то кажется, маги знают, куда бить, одни химеры их бы не остановили. Истории свойственна цикличность. Люди начнут войну и их умоют собственной кровью.]