Чтение онлайн

После сказанных слов фигуры в алом методично перешли к ужасной резне. Боль быстро превратилась в массовую агонию. Теперь кричали все. Одни от возбуждения, другие от неудержимых страданий. Кровавая вакханалия продолжалась достаточно долго, превращаясь в безумие. Не принимающие в ней участие наблюдательницы заметили, что из агонии и отчаяния в храме ещё отчётливее формируется давящая со всех сторон энергия. Ощущения, сформированные эмоциями, болью, страхом и смертью соединялись, создавая необходимый для проведения ритуала фон.

Высокая женщина сладко улыбнулась, наблюдая

за жестоким представлением. Для неё крики жертв являлись приветственным хором, а их ужас сладким напитком. Потраченные на изыскания десятилетия не прошли даром. Всё, что от неё теперь требовалось, так это ждать, заслуженно наслаждаясь своим триумфом.

Крики замолкали постепенно, а вместе с ними исчезал издевательский истеричный смехпогрязших в пороке женщин. Когда из тела последней истерзанной жертвы ушла жизнь, одна из десяти беременных женщин с громким вскриком упала на колени, обхватывая обеими руками набухший живот.

Чрево, в котором должна была зародиться новая жизнь, сжималось. Плод, чьё существование являлось частью ритуала, не выдержал концентрации накопленной энергии, отчего его остатки стекали вниз, вместе с внутренностями той, кто желал стать сосудом. Тем не менее, в стонах и криках женщины слышалась не столько боль, сколько разочарование. Но более странным оказалось то, что несмотря на происходящее с телом женщина никак ни умирала, продолжая испытывать чудовищные мучения. Все присутствующие знали — вскоре раны исчезнут. Мать не позволит дочери умереть, даже если тело дочери не подходит для Её планов.

— Первая неудача, — холодно сказала одна из десяти лидеров, добровольно согласившихся предоставить свои тела для ритуала. — Крепитесь, сёстры, ибо момент настал…

За первой женщиной на колени упала вторая, за ней третья и четвёртая. Участь не миновала даже ту, кто больше прочих жаждал особой избранности. Высокая фигура тоже проходила через отторжение. Её безупречное тело, наполненное силой, не смогло перенести все необходимые изменения организма.

— Прости меня, Мать, — жалобно скулила она, со слезами на глазах наблюдая за тем, как полученный огромными трудами плод с хлюпаньем выпадает наружу в виде изуродованного комка плоти, подающего небольшие признаки жизни.

Тела девяти из десяти не смогли подойти для ритуала. Почти все они умерли, превратившись в тошнотворные вонючие отложения. Но нашлись и исключения в виде двух изуродованных тел.

Только одна из женщин осталась на ногах. Откинув капюшон, она показала своим сёстрам болезненное торжествующее лицо. Осторожно поглаживая сильно уменьшенный живот, она выглядела победительницей.

— Нам нужно уходить, — вдруг сказала одна из тех, кто недавно с удовольствием истязал тела мужчин.

— Действительно. Количество негативной энергии возрастает.

— Город обречён… Помогите Старшим.

Оказывая помощь десяти лидерам, сёстры ввели их в сон, после чего поспешили к расположенному в храме порталу, желая скорее отправиться в безопасное место.

Под их капюшонами скрывались торжествующие лица, выражающие радость и нетерпение.

Никто не посмотрел на остатки кровавого безумия.

Для них всё прошло наилучшим образом. Остальное не имело значения.

В ту ночь самые тёмные силы вырвались из храма Двух Богинь, пожирая спящих жителей города, разрушая строения и вспучивая землю.

Прибывшие из столицы через несколько дней нашли мёртвый город. Разрушенные дома и не единого тела.

Единственное, что осталось целым — это храм Двух Богинь.

Именно там, под статуей богини, лежал кем-то заботливо укутанный ребёнок. Нашедшие младенца никак не могли знать, что совсем недавно младенец был изувечен, но что-то излечило его, позволив прожить свою жизнь.

Его забрала с собой женщина с огненными волосами. Окинув храм взглядом, она решила, что боги сделали ей дар.

Покидая храм ни она, ни её спутницы не смогли заметить миниатюрную фигуру. Нечто крошечное висело вниз головой высоко на потолке, держась ногами за ненадёжный выступ. В одной руке странное существо держало длинный свёрток, а другой второго оставленного проводившими ритуал младенца. В его теле не наблюдалось жизни, да и не для того он был нужен.

Фигура насмешливо улыбалась, провожая округлыми алыми глазами спасённого ей. Маленькие клыки попутно вгрызались в изуродованную плоть, наполняя вечно пустой желудок позабытым вкусом мяса.

Даже когда люди на время ушли, существо не посмело спуститься вниз. Оно знало, что до заката солнца нельзя привлекать внимание. Только тогда, когда в мир придёт ночь, храм вновь станет безопасным.

Ведь именно в с приходом ночи миром правит истинная Мать…

Жизнь часто делает неожиданные повороты, забирая у людей самое драгоценное, что ввергает их в пучину отчаяния и даже борьбу с судьбой.

Звучит неплохо, только вот работает не для всех.

Я за всю свою жизнь никого не потерял. Естественно, вокруг умирали какие-то люди, знакомые, родственники, даже отец с матерью. Что я чувствовал? Ничего.

Причина проста. Я не смог найти общий язык сживущими рядом, закрывшись в себе и показывая обществу маску трудолюбивого успешного человека, думающего о будущем.

Так всем казалось. А я о будущем никогда не думал. Было очевидно, что его нет.

Вся жизнь: утро, работа, вечер, сон, утро, работа, вечер сон… прекрасное расписание на каждый день, позволяющее хорошо устроиться, надев маску трудяги.

Что скрывалось за ней? Кем я был на самом деле?

Подлым, циничным и бессердечным человеком. Что поделать, от себя правду не утаишь. Какой есть, такой есть.

К такому себе я давно привык.

Жизнь имеет мерзкое свойство бежать вперёд, особенно если человек занят каким-то делом. Долгое время занимаясь работой и небольшими увлечениями, я однажды заметил, что прошло тридцать лет жизни. Огромный срок показался несущественно малым по той простой причине, что время словно исчезло. Впереди, если повезёт, ждало ещё тридцать лет жизни, а вот дальше…

Именно вопрос, что дальше, волновал меня с каждым новым днём.

Этот вопрос порождал другие: