Амазонки. Королева морей
Шрифт:
– А как делать надо?
– вдруг поинтересовался один из "молотов".
– Сделать бокс с аппаратурой для обнаружения взрывчатки и сканирования, куда загоняются по одной машины. Потом машину осматривает пара охранников и человек с собакой. Контролируют ситуацию внутри пара бойцов с пулемётами из взрывоустойчивого укрытия. Это так, навскидку. Приехали, кстати.
Попетляв по парку, машина подкатила к лестнице, ведущей к дому. Мы с Сашкой стали подниматься по этой плоской лестнице. Я пару раз оглянулась, оценивая перспективу, даже приседала. Сопровождающие нас с Сашкой охранники, судя по взглядам, решили, что я с приветом, причём, с большим. Сашка, однако, меня
– Оцениваешь перспективы обороны?
– Да, - ответила я.
– Всё организовано очень правильно, нет "мёртвых" зон, крупнокалиберные пулемёты сметут любую пехоту. Но...
– Но что?
– Но пару орудий крупного калибра разнесут всю оборону вдребезги пополам, - пожала я плечами.
– Помнится, в Чечне, один из полевых командиров оборудовал на одной из горок полноценную полевую оборону. Окопы, блиндажи, дзоты, доты. Даже отбил пару атак мотопехоты. Так подтянули туда "Ураганы" и несколько "Буратин". Сначала "Ураганы" разнесли всю оборону, а потом "Буратины" сожгли всё к такой матери. Потом "Грачи" с "Крокодилами" добавили. Пехоте осталось лишь зачистить это место и добить уцелевших.
– Здорово!
– сказала Сашка.
– Только что такое "Ураган" и "Буратино" с "Крокодилами"?
– "Ураган" - это не природное явление, а ракетная система залпового огня калибром 220 мм, выпускает за раз шестнадцать ракет, - объяснила я.
– "Буратино" - это не деревянный мальчик, а огнемётная система, выжигает всё нафиг. Даже одного "Урагана" или "Буратино" вполне хватило бы для подавления обороны "чехов", но начальство было зло из-за высоких потерь. Поэтому и вдарило со всей дури. "Грачи" - это штурмовики Су-25, "Крокодилы" - штурмовые вертолёты Ми-24. Когда несколько звеньев этих птичек обрабатывают район - мало никому не кажется.
– А почему сразу нельзя было послать этих "Грачей" и "Крокодилов"?
– раздался за спиной бас.
Я повернулась. Перед нами стоял невысокий квадратный мужчина лет под пятьдесят в костюме с цветным галстуком. По виду - типичный американский генерал, ну, как минимум - полковник. И на пальце руки - перстень Вест-Пойта. Рядом возвышалась длинная дама, видимо, его жена, блондиночка, его дочь, и два близнеца лет по десять. Мистер Карпентер повторил вопрос.
– Так у них были и зенитки, и ПЗРК, - ответила я.
– Одного "грача" потеряли. "Чичи" там хорошо засели.
– "Чичи" - это чеченцы?
– уточнила милая блондиночка в лёгком цветастом платьице.
– Они боролись за свою свободу!
– Борцы за свободу не захватывают роддомов, как бандит Басаев, домов престарелых, как бандит Радуев, - ответила я.
– Чем известны здесь чеченцы?
– Разбой, грабежи, работорговля, - перечислила девушка.
– Ещё наверняка наркоторговля, - добавила я, девушка кивнула.
– Это то, чем они занимались и за воротами. Грабежи и убийства, работорговля, наркоторговля. Вы считаете, что именно в этом заключается свобода?
– Там чеченцам мешали русские!
– сказала девушка.
– Если бы русские не мешали...
– В девяносто шестом году был заключён мирный договор, - ответила я, - русские ушли из Чечни. Всё, русские не мешали. Чем закончилось? В девяносто девятом армия чеченов и иностранных наёмников вторглась в Дагестан, автономную республику в составе России. Дагестанцы почему-то не обрадовались освобождению от русских, а собрали ополчение и отбивались от чеченцев до подхода российской армии.
– Девушка хотела что-то сказать, но я не дала.
– Давайте посмотрим на другие анклавы. Американские территории, что видим? Мирный труд: сельское хозяйство,
– ПРА удачно скрывает свои делишки!
– возразила девушка.
– Нет "удачно" или "неудачно", - отрезала я.
– Вообще скрыть невозможно. Всегда остаются следы. Кто-то говорит чересчур много, кто-то чересчур много тратит, кто-то терзается угрызениями совести. Люди перемещаются, товар перемещается, деньги перемещаются - это всё оставляет следы. В случае с ПРА перемещений наркотиков и рабов нет, в отличие от чеченов. Ваш отец опровергнет меня, если я неправа.
– Не буду опровергать, - добродушно сказал мистер Карпентер.
– Меня другое интересует: как вам удалось вычислить местонахождение похищенной девочки?
– Когда похититель позвонил, мы записали звонок, - объяснила я.
– А потом стали его прослушивать. Сашка, - кивнула я на подругу, та поклонилась, - очистила от разных звуков, оставив один фон. Такое шуршание: ш-ш-ш... ш-ш-ш... Я чуть голову не сломала, пытаясь вспомнить, что это может быть и где я могла это слышать. И вдруг меня осенило: это же морской прибой! Похититель звонил с берега моря! А что он мог делать на берегу моря? Правильно, сошёл с корабля, чтоб никто не мешал. А где корабль мог находиться с похищенной девочкой? В какой-нибудь бухточке севернее города. Вот так мы и вычислили корабль, - закруглилась я.
– А почему севернее?
– поинтересовался мистер Карпентер.
Я вздохнула:
– С юга Базы, летают самолёты, там аэродром Американской Базы, крупный аэродром Порто-Франко, заметить одинокий корабль, стоящий неделями очень просто. Кто-то обязательно стукнет в Патруль, тем по службе положено проверять подобные сигналы. Да и бухточек мало подходящих. На север же малая активность Патруля, относительно мало ездят. Корабль можно хорошо прикрыть от мимоезжих дюнами. Добычу можно укрыть на близлежащих фермах, чего нет с юга. Одни плюсы.
Мы к этому времени вошли в дом и подошли к столу а ля-фуршет. Я взяла бутылку с вином. Ого! Ch^ateau Duhart-Milon! Одно из лучших вин Франции! Подскочивший официант открыл бутылку и разлил по бокалам. Мистер Карпентер предпочёл виски.
– Прошу прощения, - сказал мистер.
– Моя жена Сесилия, моя дочь Тиффани, мои сыновья Марк и Дэвид.
– Старший прапорщик Муравьёва Евгения, - я щёлкнула каблуками и склонила голову.
– Архипова Александра, - представилась Сашка.
– Инженер, механик.
Внезапно вмешалась Сесилия.
– Евгения, - обратилась она ко мне по-английски. Видать, русский она понимала, но шпрехала она на нём плохо.
– Можно вас спросить? Почему вы голову бреете? Не если это тайна...
– Это не тайна, - ответила я.
– Просто вспоминать не люблю. Это в Первую Чеченскую было. Наш отряд тогда разбросали по одному, по двое про разным ротам спецназа. Зачем? А Бог весть. Как-то выдвинулись в поиск и нарвались на засаду. Мне повезло, пуля только по голове чиркнула, - я показа где, - а десять парней всех! Меня же только контузило, потом полгода заикалась. Пришлось целый день среди трупов пролежать. Ночью я выбралась и пошла мстить. Как раз к тому главарю, который эту засаду устроил и узнать имя предателя. Я пришла, побеседовала с главарём и ушла. А утром поднялась дикая паника: все мужчины в доме атамана были убиты. В живых остались только женщины и малолетние дети. С той ночи я и стала седой.