Амари и Братство ночи
Шрифт:
Срочно нужно придумать какую-нибудь отговорку, иначе я никогда не попаду на собеседование.
– У меня ужасная простуда. – Я шмыгаю носом и фальшиво кашляю. – Не хочу вас заразить.
Дядька шарахается от меня, хмурясь еще сильнее.
– Пожалуй, мне и правда лучше поехать на другом лифте, – бормочет он и так быстро выскакивает в холл, будто речь не о простуде, а о чуме какой-нибудь.
Поверить не могу, что у меня наконец получилось. Двери лифта закрываются. Я еще раз изучаю инструкцию. «Нажмите на кнопку “Подвал” 26 раз».
Стоит мне выполнить это указание, как свет гаснет, а все пространство внутри начинает сканировать ярко-красный
– Обнаружено рекомендательное письмо, – слышу я механический голос. – Пожалуйста, проходите.
Что-то громко щелкает, и лифт открывается с противоположной стороны, выпуская меня в извилистый коридор с металлическими стенами.
Ничего себе. Как такое вообще возможно?
Я выглядываю из лифта в надежде увидеть конец коридора, но он скрывается где-то за поворотом. Кажется, пути назад нет.
Встряхнувшись, чтобы взять себя в руки, я иду вперед и оказываюсь в маленькой приемной. Шесть стульев, столик с журналами в углу и стойка, за которой сидит пухлая светловолосая женщина. При виде меня она расплывается в улыбке:
– Чем я могу вам помочь?
– Мой брат рекомендовал меня для…
Для чего, кстати?
– Ну конечно, – вежливо отвечает женщина. – К сожалению, нашего специалиста по кадрам сейчас нет на месте…
Откуда-то издалека доносится грохот.
– А впрочем, кажется, он уже вернулся. Идите через левую дверь до самого конца. Вам нужен последний кабинет с правой стороны.
Следуя ее указаниям, я подхожу к приоткрытой двери и заглядываю внутрь. Посреди кабинета лежат обломки того, что раньше было столом. Над ними стоит очень странный тип. Он выше меня ростом, но такой же худой, в растрепанных волосах белеют седые пряди. Но дело даже не столько в его внешности, сколько в одежде.
На нем ярко-оранжевые брюки цвета дорожных конусов и рубашка того же оттенка. Я раньше видела оранжевые рубашки, но эта к тому же покрыта оранжевыми и коричневыми перьями.
– Входите, входите. – Не поднимая глаз, он взмахом руки приглашает меня в кабинет. – Тут нужно немного прибраться. Я велел переносителю отправить меня за стол, а не на стол. – Почесав подбородок, он добавляет: – Хотя в тот момент я как раз жевал отличный стейк, поэтому мог оговориться.
Я осторожно переступаю через порог. Он что, правда сказал «переноситель»?
– Меня зовут Амари…
– А меня – мистер Барнабус Уэр, но, боюсь, нам нет смысла знакомиться. – Он до сих пор так и не взглянул на меня. – Летняя смена уже началась, мы распределили всех детей по комнатам.
Уже началась? Я чувствую укол разочарования.
– Значит, я опоздала? Но мне только что прислали рекомендательное письмо…
– Таковы правила. Тот, кто вас рекомендовал, должен был заполнить соответствующую форму и указать, что у вас длинный учебный год. Не расстраивайтесь, следующим летом…
Он поднимает наконец голову и смотрит на меня с изумлением.
– Прошу прощения, но это костюм от Дюбуа?
Я кошусь на уродливые пурпурно-зеленые полосы на брюках.
– Кто такой Дюбуа?
Барнабус Уэр ахает, явно возмущенный моим невежеством.
– О, всего лишь один из лучших дизайнеров одежды и украшений в мире! – Он перешагивает через руины стола и ловит край моего рукава, чтобы потрогать ткань. – Восхитительно. Да. Иначе и не скажешь. Вы не могли бы снять пиджак? Я бы хотел его примерить.
– Э… Ладно.
Вот уж не думала, что кому-то может приглянуться этот кошмарный костюм. Я бы
предпочла сжечь его и сплясать на углях. С другой стороны, этот тип прекрасно себя чувствует в рубашке из оранжевых перьев, так что я послушно снимаю пиджак.И он правда пытается его надеть. Эй, да вы почти на полметра выше меня! Он на вас не налезет.
Но пиджак садится так, словно его сшили специально для Барнабуса Уэра. Я удивленно открываю рот:
– Как?
– Видите, это не подделка. Их сейчас много, так что сразу и не отличишь, но только настоящий Дюбуа подходит для всех размеров. Иначе и не поймешь, единственный выход – примерить. Мы с женой его обожаем. – Мистер Уэр жестом призывает меня оценить его собственный наряд. – Это ансамбль из тропической коллекции, называется «Сущность песочного попугая». Теперь вы, возможно, спросите меня, почему это я на работе в костюме для отдыха. Что ж, видите ли, мы уже уехали в отпуск, но тут я получил срочное сообщение от начальника. Кто-то добавил в наш список еще одного ребенка, а в офисе никого! Хотя предполагается, что коллеги возьмут на себя часть моих обязанностей, пока я в отпуске. Ты так не считаешь?
– Э… Думаю, да. Но как мой пиджак…
Мистер Уэр прерывает меня взмахом руки:
– Вот именно! Это довольно логично. Но не тогда, когда речь идет о Тесде Гринграсс! Стоит кому-то снова увезти одну из ее чертовых кошек, как мир останавливается. Не понимаю, что ее соседи имеют против тигров. И какой смысл сдавать их специальным службам, если еще до конца месяца она заведет нового. Понятия не имею, где она их берет…
– МИСТЕР УЭР! – Я вынуждена прервать его монолог, иначе у меня расплавится мозг.
– Да?
– Мой пиджак. Как он на вас налез?
– Благодаря чарам единого размера, запатентованным Дюбуа, конечно.
– Чары? – Я приподнимаю бровь. – Это что-то вроде магии?
– Да. – Мистер Уэр скрещивает руки на груди. – И позвольте спросить, как к вам попал этот костюм?
– Он лежал в чемодане, который мне оставил брат.
– Ага. Теперь я понимаю. Видимо, ваш брат единственный из всей семьи работал у нас?
– Вероятно. Но я не знаю, где это «у вас».
Мистер Уэр снова потирает подбородок.
– Обычно я строго следую правилам, но как отказать ребенку с таким отменным вкусом в одежде? Пусть это и не его заслуга. – Он вздыхает. – Ладно, садитесь.
Я послушно опускаюсь на стул, хотя довольно странно сидеть напротив человека, которого от тебя отделяет груда бумаг и обломки стола.
– Моя задача – предложить вам место в одном из наших уникальных летних лагерей. Однако я не могу посвятить вас в подробности, пока не узнаю, согласны вы туда поехать или нет. Подумайте как следует. Если решите отказаться, мы тут же расстанемся, и ваша жизнь потечет своим чередом. Именно поэтому собеседования назначают тут, а не в самом Управлении. Если же вы согласитесь, у вас не будет иного выбора, кроме как поехать в лагерь. Понимаете?
Я нервно сглатываю.
– То есть все собеседование заключается в том, чтобы ответить на один вопрос? Поеду я или нет?
– Да, – кивает мистер Уэр. – Вы предпочли бы нечто более сложное? Могу сочинить пару уравнений по алгебре.
Я быстро мотаю головой.
Мистер Уэр прячет смешок за вопросом:
– В таком случае что вы выбираете?
Мне ужасно хочется согласиться, но мысли о Квинтоне не дают мне покоя.
– Мой брат говорил, это может быть опасно.
Мистер Уэр не торопится с ответом. Однако, помолчав, он все же признает: