Чтение онлайн

В следующую секунду он вдруг замер, в упор уставившись на мои пальцы. Точнее, на найденное мной кольцо на одном из них. У меня мелькнула мысль, что теперь этот маньяк меня ещё и ограбит, а потом… Даже и думать не хотелось, мысли угасали, таяли.

Но вдруг он меня отпустил, даже шарахнулся, а в его глазах я увидела… испуг. И злобу.

— Ты — одна из них, — скорее утвердительно, чем вопросительно прошипел парень в состоянии, близком к истерике, вскакивая, — но я тебя не знаю! Это твоё кольцо?

Откуда оно у тебя?

Я молча пыталась прийти в себя. Всю колотило и пронизывало словно электрическими разрядами.

— Отвечай! — заорал он, но

теперь замер на месте, не пытаясь приблизиться.

Мой взгляд вдруг наткнулся на почти такой же перстень по форме у него на правой руке, но я не смогла разглядеть рисунок.

— Не собираюсь! — крикнула, дрожа всем телом, — отстань от меня. Иначе…

Я ещё не придумала, чем могу припугнуть его, но он вдруг резво попятился. А потом с ненавистью бросил:

— Ну тогда мы ещё встретимся! Не здесь, там! — и исчез, откуда появился.

Я вскочила, но ноги подогнулись, снова рухнула на скамейку. Рассудком понимала, что произошло что-то необычное, и ещё чётче осознавала, что надо убегать поскорее отсюда, но не могла, не слушались ноги, кружилась голова. Встать получилось только через некоторое время, когда немного успокоилась, после чего бросилась бежать.

Я выбрала самое многолюдное кафе на побережье. Нервное напряжение всё ещё не отпустило и, вспомнив о наилучшем способе успокоить нервы, я достала «Виржинию слимс». В нетерпеливом предвкушении чиркнула зажигалкой и с удовольствием затянулась. Но потом удовольствие разом погасло, как дуновение огонька на ветру.

И, через пару минут настойчивых затяжек, я поняла, что курение доставляет мне скорее неприятные ощущения… Даже захотелось отбросить прочь сигарету, что я, пожав плечами, и сделала в конце концов. Неужели организм, наконец, сам решился расстаться с вредной привычкой?

Волнение сменилось небольшим возбуждением, когда я вспомнила и уставилась на кольцо, погрузившись в раздумья. Не так оно просто, как кажется, что это за штучка, заставившая маньяка (насчёт этого у меня не было никаких сомнений) в парке испугаться? Может, он был лично знаком с хозяином кольца? Вряд ли, иначе заявил бы об этом. Вероятно, кольцо не одно такое, возможно какое-то их количество принадлежит ограниченному кругу людей, и тогда понятно его удивление.

А вдруг, в этом случае оно для меня небезопасно, если ещё кто-то увидит? Первым порывом было снять, но потом рука замерла на полпути: проклятое любопытство заставило меня передумать. Стало даже интересно, захотелось узнать, — чего так испугался тот парень, ведь, ни много-ни мало, а кольцо это спасло мне, возможно, жизнь.

Я задумчиво скользила взглядом по рисунку на его поверхности, когда, что-то побудило меня поднять голову. И в этот миг встретилась глазами… с Димой. Он занимал столик неподалёку от моего и был не один. Сердце заныло, я увидела свою соперницу: милая мордашка, живые, сверкающие глаза, длинные смоляные волосы, точёная фигурка… И по возрасту — явно лет на пять меня младше, совсем ребёнок.

Она что-то весело щебетала моему бывшему возлюбленному, а тот смотрел в мою сторону, не отрываясь, глаза в глаза. Потом тряхнул головой, словно сбрасывая наваждение, и безразлично отвернулся к спутнице.

Сказать, что стало больно — значит не сказать почти ничего, в этот момент мне даже физически вдруг поплохело. А потом всё перед глазами поплыло… Только успела увидеть, как Дима медленно поворачивается в мою сторону и его лицо удивлённо вытягивается, а потом… … очутилась в незнакомом месте. Я стояла на улице, но не на сочинском побережье, потому что моря рядом не

было. Запылённая, серая улочка, а прямо передо мной кособочится небольшая полуразвалившаяся, но всё ещё сохраняющая вид, хатка.

Я огляделась. Голова всё ещё кружилась, но стало понятно, что нахожусь в какой-то маленькой, возможно заброшенной (таким нежилым, пустынным — будто нелепые безжизненные декорации — здесь всё выглядит) деревеньке. Некоторые дома поодаль ещё более удручали, чем тот, у которого я стояла. Не осознавая, что делаю, как во сне, шагнула к двери и потянулась к ручке… Господи! Да ведь на ней кровь!!!

Я отшатнулась, ноги подкосились, но устояли, хотя сердце бешено колотилось.

Кровь, похоже, совсем свежая, ещё не застыла…

Что же это такое? Где я?

Из груди сам собой вырвался хриплый вскрик, когда дверь, вдруг скрипнув, начала медленно приоткрываться. Я попятилась.

— Ма-ма-а-а… — донёсся из глубины дома слабый стон. Голос был детский.

И тут нервы не выдержали, и я закричала, изо всех сил.

Всё вокруг помутнело…

Я находилась за столиком кафе, сидела, вцепившись в стул, и дико кричала, а вокруг толпились люди, испуганно гомоня, но, боясь до меня дотронуться. Осознав себя и захлебнувшись криком, мгновенно замолчала, переводя дух. Что со мной произошло? Слёзы бежали горячими ручейками по щекам.

— Мэнди, что с тобой? — я увидела рядом бледного перепуганного Димку.

Спутница растерянно вцепилась в рукав его рубашки. Только он всегда называл меня на американский манер, «Мэнди»… Это окончательно вернуло к реальности.

— Извините, — пробормотала я, вертя головой и обращаясь сразу ко всем, — всю ночь не спала, вот задремала, кошмар приснился… Извините.

Люди, пожимая плечами, но всё ещё с опаской поглядывая на меня, стали расходиться. Да-а, теперь до конца отпуска меня все будут узнавать, как местную достопримечательность, и коситься — добрая половина отдыхающих собралась здесь.

И угораздило же впасть в галлюцинацию! Видимо, всё-таки, я простыла…

— Мэнди, как ты? — Димка участливо коснулся руки, — Марина, это моя знакомая, Аманда. Аманда, это Марина…

«Знакомая»! Даже врезать ему захотелось от обиды: разговаривает, как ни в чём не бывало, будто мы не вчера только расстались. Вырвала руку, вскочила, буркнув: «очень приятно» и убежала.

Остаток отпуска я не видела Димку потому, что провела эти дни, не выходя из дома. Пошли вдруг дожди и на улицу не хотелось даже нос высовывать. Илонка жутко ругалась, — она ещё не накупалась в море. Грозилась, что в последний день отпуска, несмотря на погоду, всё равно пойдёт на пляж! Семён смеялся и предупреждал, что отпуск, в таком случае, может плавно перетечь в постельный режим. За эти пророчества Илона начинала его мутузить, и завязывалась потасовка, в которую они рано или поздно вовлекали и меня. Подозреваю, что просто пытались отвлечь от мыслей. Не так давно были вечера, когда мы сидели вчетвером… Но Димка больше не приходил, не показывался.

Перед сном до глубокой ночи мы играли в карты. Потом они уходили в свою комнату, а я долго ещё лежала, уставившись в потолок, наедине со своей грустью…

Димка пришёл поздно вечером накануне отъезда. Я не стала выходить из комнаты (друзья сказали ему, что сплю), но с удовлетворением подслушала под дверью, как он обеспокоено интересовался моим здоровьем. Подожди, голубчик, уедем все вместе отсюда, забудешь ты свою Марину и захочешь вернуться ко мне, а я… конечно, тебя приму. На сей мысли хихикнула и отошла от двери.