Чтение онлайн

Кто же ты такой, Алекс?

Покормив Мальвину, я села в кресло рядом с Алексом и любовалась им. Плавно поднимающаяся и опускающаяся покрытая капельками пота грудная клетка гипнотизировала. Татуировка на руке казалась все такой же непостижимой, неземной. Слегка приоткрытые губы так и просились, чтобы их поцеловали.

А еще запах…

Тот самый, который я ощутила еще в клубе. Думала, что это какой-то элитный одеколон, но нет. Это был его естественный запах.

От него мурашки бежали по коже…

Не может этого быть. Он не может спать здесь, прямо у меня дома. Сон кончится, как только он проснется.

Хотелось поговорить с ним.

Хотелось услышать ответы.

Но если он не вспомнит, что тогда? Смогу ли я рассказать ему о той ночи, о беременности…

Поверит ли он?

Часы показывали четыре ночи, и меня медленно, но верно сковывал сон. Прямо в кресле.

Как же хотелось лечь рядом с ним, положить голову на его грудь и так уснуть.

Странные мысли. Совсем ведь его не знаю. Вдруг он и впрямь мафиози, а то и что похуже. Даже если нет – характер у него может быть какой угодно.

Разум спорил с чувствами, а глаза, плюнув на все стороны конфликта, медленно закрывались. Мысли становились тягучими, путанными. В какой-то момент даже показалось, что все произошедшее – сон. Я подниму веки – и оборотня тут не будет, окажется, что я снова уснула с работающим телевизором, впустую прибавляя киловатты в счете за электроэнергию.

Коснувшиеся глаз солнечные лучи заставили проснуться.

Телевизор и правда работал.

– Мы нашли свидетеля происшествия, послушаем его, - сказала ведущая, и на экране возник мой сосед из другого подъезда.

– Было где-то одиннадцать вечера, я вышел на балкон покурить. Оттуда хорошо видна стройка. Услышал грохот. Думал, подростки с пиротехникой балуются. А потом из окна выпал мужчина.

– Вы можете его описать? – спрашивал находившийся за кадром репортер.

– Где там? Темно было, хоть глаз выколи. Но он упал с десятого этажа, сразу же вскочил и пошел за угол. Только прихрамывал. Точно не человек. Оборотень. Человек после такого точно не встанет. Все кости переломает – так точно. А к окну, откуда он выпал, кто-то подошел, выстрелил. Дальше не видел. Вернулся в квартиру, запер дверь на все замки. Испугался. Сами понимаете, у меня трое детей.

– Мы напоминаем, что стрельба на улице Рижской произошла в районе одиннадцати вечера. Осмотревшая место полиция нашла труп молодой женщины и мужчину без сознания. Если вам знакомы эти лица…

На экране появились две фотографии. Брюнетка приблизительно моего возраста и коротко стриженый блондин лет сорока.

– Или вы видели, что произошло, просим позвонить на горячую линию, телефон которой вы видите на экране, или в полицию. К другим новостям. Депутаты горсовета приняли закон…

Я моргнула, потянулась, отходя от не самого удобного сна.

– Ушел твой отец, - сказала, посмотрев на свой живот. – Может, к лучшему, как думаешь? Нам с тобой только бандитских разборок в жизни не хватает…

Только сейчас услышала шум воды, доносящийся из ванной. Потом дверь с привычным скрипом открылась.

– Спасибо вам, - донесся приятный, бархатный голос Алекса. – Вы врач? Раны хорошо обработали.

Я вскочила, выглянула из комнаты. Оборотень стоял на пороге ванной, завязав вокруг пояса полотенце. Капельки воды плавно стекали по его широкой, мускулистой груди, блестели

На это можно было любоваться вечно!

– Извините за неудобства, - сказал он. – Вряд ли многие на вашем месте поступили бы так же. Я пойду, не буду вам мешать…

– Вы что-то вспомнили? – выпрыгнуло у меня из груди.

– Не вспомнил. Сплошная пустота.

– Так куда же вы пойдете?

– Не знаю даже. Похожу по округе, может, что знакомым покажется. Потом схожу в тот недостроенный дом. Вдруг учую что.

– А потом? Вам же надо где-то жить.

– Что-нибудь придумаю.

– А может, останетесь пока вспомните?

Он усмехнулся.

– Я бы с радостью, но сами поймите, я понятия не имею, кто и почему в меня стрелял. Не хочу наражать вас на опасность. А еще, может, у меня есть семья. Жена, дети. Сейчас они нервничают.

– А знаете что? – внезапно в мою голову пришла мысль. – Вам ведь врач нужен. А у меня есть один знакомый, который спрашивать лишнего не станет и в полицию не позвонит.

Про то, что мой бывший одноклассник Пашка – стоматолог, я умолчала. В медвузах ведь все изучают, специальность выбирают только в середине обучения. Должен он иметь хоть какие-то понятия о том, что делать при амнезии. Да, мы с ним виделись целых два года назад на встрече выпускников, но парень он хороший. Надеюсь, не пошлет куда подальше.

– Сегодня воскресенье, а завтра мы можем к нему сходить.

– Черт, да вы даже имени моего не знаете, и хотите, чтобы я у вас остался! А вдруг я террорист или маньяк…

– Можно называть вас Алекс?

Он кивнул.

– Мне нравится. И если можно, перейдем на ты.

***

Алекс

Отойти подальше, найти в двориках неприметную машину, которой редко пользовались, уехать в другой район, а то и город. Там украсть бумажник у кого-то побогаче, если не будет налички - снять с карты немного денег на мелкие расходы по типу еды и ночевки. Поселиться в дешевом отеле, где за пару лишних купюр ни документов не спросят, ни вопросов задавать не будут. А дальше надеяться вспомнить…

Такие были планы.

Твою мать, откуда я знаю, как по следам определить машину, которой почти не пользуются и в розыск подадут не сразу? Почему точно знаю, что смогу её незаметно открыть и завести без ключей? Знаю, как незаметно вытащить у кого-то бумажник? Как снять деньги с карты, не зная пин-кода?

Я – профессиональный вор?

Воровать я не хотел.

Машину нашли бы быстро на какой-нибудь неприметной стоянке и вернули владельцу. Деньги я бы взял лишь у того, у кого их точно много, да и то лишь небольшую часть.

Мне претила мысль о воровстве, без необходимости я бы точно этого не делал.

Шпион?

Иностранный разведчик?

Точно знаю английский и французский, могу связать пару слов на итальянском и португальском. Но ни один из этих языков не был мне родным. Я точно отсюда. Как минимум вырос здесь.

В голову ударила сумасшедшая, неприятная идея.

Я – наемный убийца.

Оружием я точно умел пользоваться. В сознании всплывали обрывочные знания о ядах, взрывчатке…

Не справился или узнал слишком много – и меня решили убрать подальше, желательно на тот свет.