Чтение онлайн

— Итак, молодой человек, каково будет ваше положительное решение? — Улыбнулась Пелагея Степановна.

— Конечно же, я согласен, — сказал Иван Аркадьевич Ильин и, улыбнувшись, взглянул Мелиссе прямо в глаза.

— Вот и отлично. Вот и хорошо. Но все равно, отпустить я Мелиссу с вами смогу только после проведения церемонии бракосочетания. Увы.

— И когда ее можно будет провести?

— Да я бы хоть сейчас, но ближайшая церковь, приписанная лагерю, перегружена работой. У людей со сломанной судьбой много вопросов. В общем так. Через восемь дней будет возможность обвенчаться. У девушки нет за душой ни копейки.

Сможете за это время найти ткань для хоть сколь-либо приличного платья, ну и стол, какой-никакой накрыть?

— А сколько нужно?

…

Завершив довольно быстро уточнять технические вопросы предстоящего мероприятия, Иван Аркадьевич попрощался с "внезапной невестой" и "ускакал" в расположение своей части.

К счастью, согласование деталей прошло очень гладко. Особенно из-за того, что капрал, собирался заняться "богоугодным" делом, то есть, подал рапорт на конкурс инструкторов по стрельбе. И не только собирался, но и имел для этого все данные — боевую награду, полученную за битву под Адрианополем и знак "Отличный стрелок" первой степени, говорящий о том, что он прекрасный специалист по стрельбе из винтовки.

Острый дефицит качественных учебных частей из-за некомплекта персонала чрезвычайно тормозил модернизацию армии. Поэтому людей, решивших связать свою судьбу и карьеру с этим направлением, старались дополнительно стимулировать. Что незамедлительно сказалось и на "деле Ильина", которого поддержали на уровне штаба его полка, в том числе и материально — офицеры банально в складчину помогли довольно бедному капралу и стол накрыть, и ткань на платье найти, и золотые кольца приобрести для венчания.

— Добрый вечер, дон Франсиско, — Альберт Ротшильд зашел в гостиную, в которой, возле камина наслаждался ароматным глинтвейном Франсиско Серрано-и-Домингес — канцлер Испанского королевства, сосредоточивший в своих руках практически всю полноту государственной власти и пребывающий на пике своего могущества уже более трех лет.

— О! Дон Альберто! Мне говорили, что вы совершенно себя не жалеете, погрузившись в пучину дел. И я своими глазами вижу, что не лгут люди. Вы выглядите ужасно уставшим! Пожалуйста, поберегите себя. Мне без вас не справиться с этим гигантским ворохом дел.

— На все воля Всевышнего, дон Франсиско.

— Что же вы стоите, Дон Альберто? Проходите, пожалуйста, присаживайтесь к камину. И доставьте мне удовольствие, присоединяйтесь, — хозяин нежно погладил рукой кружку с глинтвейном, — ещё римляне поняли, что ничто лучше не помогает пережить ненастье, чем этот напиток.

— Спасибо, дон Франсиско, но я, с вашего разрешения, лучше согреюсь чаем.

— Отчего так?

— Врачи, будь они неладны, решительно запрещают мне пить вина.

— Как пожелаете, — кивнул Серрано-и-Домингес и позвал слугу, чтобы тот принес все необходимое. — Итак, как я понимаю, вы вновь успешно посетили Россию. Что нового преподнес нам добрый северный медведь в этот раз?

— Я бы не стал называть его добрым. Чем больше я с ним общаюсь, тем больше понимаю, что он безумно хладнокровный и расчетливый человек. Это ужасает. С другой стороны, когда доходит до ведения совместных дел, можно сказать, что лучшего компаньона не найти.

— Лестная характеристика для нашего времени, — улыбнулся Франсиско. —

Он приглашал вас для того, чтобы обсудить какое-то конкретное дело?

— Да. Весной следующего года Александр планирует поучаствовать в разделе парижского пирога.

— И каким боком мы к этому причастны?

— Он предложил нам долю. Испания ведь желает взять реванш за Южноамериканский позор? — Дон Франсиско мгновенно стал серьезным и внимательным.

— Что конкретно он предлагает?

— Сейчас совершенно точно известно, что наступать он будет…

— Альберто, что он конкретно хочет от нас?

— Объявить Франции войну и выступить своими силами после того, как его корпус прорвет оборону и начнется маневренная фаза войны.

— Какой ему толк от того, что Испания сможет оккупировать небольшой участок Франции?

— Он хочет разделить этих лягушатников после войны на зоны оккупации и лет сколько-то контролировать, выкачивая ресурсы в пользу привлеченных государств.

— Получается, что он делает нам подарок. Как-то это не вяжется с тем образом, что вы нарисовали. Или?

— Или. Он хочет, чтобы мы поддержали его в ряде авантюр. Кроме того, отдавать все итальянцам, пруссакам и англичанам он не хочет. Слишком жирно будет. — Дон Франсиско вопросительно поднял бровь.

— Каких именно авантюр?

— Он хочет полностью демонтировать и вывезти из Франции Версаль и Лувр…

— О!

— Кроме того, он хочет создать Израиль.

— Израиль? Где?

— На Корсике.

— Где?! — Удивление Серрано-и-Домингеса было беспредельным. — Почему именно так? Да и вообще, зачем?

— Он в свое время обещал это сделать, договариваясь с руководством еврейских диаспор Австрийской Империи.

— Какая ему с этого выгода?

— Он сможет туда справлять всех недовольных евреев из собственной Империи. В конце концов, это будет во много раз лучше погромов, из-за которых руководства государств, допускающих это, каждый раз ссорятся с крупнейшими мировыми банками.

— Как-то все звучит абсурдно. Израиль посреди Европы.

— Это его просьба. Впрочем, он готов обсуждать этот вопрос.

— А что делать с жителями?

— Крупные банкиры должны будут оплатить их переезд на выбор: в Италию, Францию или Испанию. Само собой, выкупив у них все недвижимое имущество за хорошую цену или предоставив равноценное и даже лучшее на новом месте. Я на обратном пути кое с кем побеседовал. Такая схема, несмотря на большие затраты, вполне удовлетворит австрийскую, итальянскую и швейцарскую диаспоры. Выкуривать обозлённых горцев из родных ущелий выйдет дороже.

— Все равно, я не понимаю…

— Вы думаете это альтруизм?

— Да, альтруизм, причем, совершенно не оправданный.

— Я тоже не раз думал о том, зачем Александр вообще ввязывается в эту авантюру и не находил объяснения. Но оно должно быть. Нет. Этот хитрый лис точно что-то задумал, но пока, я не вижу, в чем это может ущемить Испанию и евреев.

— Корсика территория Франции. Может это попытка унизить Париж?

— Может быть, только этого мало. Впрочем, мы все равно не поймем, что и как он планирует сделать до тех пор, пока он не начнет действовать. Помните, как произошло с Австрией? Кто думал и гадал, что через Венгрию его войска пройдут с песнями и развернутыми знаменами, радостно встречаемые местными жителями? Это тот еще выдумщик.