Чтение онлайн

–  Вы считаете, что французы на полном серьезе решили устроить нам в Индии полноценное восстание?

–  Одного не понимаю, почему французские офицеры не сменили форму на что-то нейтральное? Ведь имена то поменяли.

–  Господа, нам достоверно неизвестно кто на самом деле эти люди. Может это русские?

–  А в чем смысл подобной операции для Александра? Он закрепился в Афганистане и Персии, сделав их буфером между нашими владениями. Зачем ему лезть дальше? Тем более что разгром Франции ему будет на руку. Сейчас кроме Наполеона III вообще никому не выгодна победа лягушатников. Он умудрился поругаться практически со всей Европой. Думаю, господа, нам нужно смотреть, кому выгодно восстание в Индии.

–

 И что это даст Франции?

–  Это практически выведет нас из игры, так как нам придется осуществлять серьезные военные поставки, завозить войска и вообще - мирные коммуникации станут важнейшим залогом успеха подавления туземцев. Ввяжись мы хотя бы косвенно в эту войну, французы смогут заблокировать нам морские перевозки и пустить на дно большое количество кораблей. По большому счету, потерпев поражение в войне с Пруссией и Италией, Франция совершенно реально может добиться потери нами Индии. Если раджи под руководством французских офицеров начнут с нами войну, а Париж перережет морское сообщение, то шансы у них есть очень неплохие. Очень похоже на то, что Франция готовиться пойти ко дну, захватив с собой нас. Мы конечно, не утонем, но корабль Великобритании уже не сможет довольно долгое время диктовать Европе свои условия игры.

–  Тогда это объясняет наличие формы на офицерах.

–  Каким образом?

–  Наполеон III нам дает понять, чтобы мы не лезли в эту войну. Он с нами играет.

–  Как-то не похоже на него.

–  На него - действительно не похоже, а вот на Ротшильдов - вполне. После неудачи государственного переворота в Российской Империи они так окопались во Франции, что практически сделали ее своим государством.

–  Именно по этому, Лайонеля сегодня с нами нет?

–  Безусловно. Я специально вас собрал, когда он отбыл во Францию по делам. Боюсь, что эта семья решила играть свою игру, спасая свое положение и влияние. Вспомните, кто больше всех выступал за эту совершенно дикую авантюру в России? И кто с нее выиграл? Мы с вами, господа, только понесли потери. И мне кажется, что кто-то нас снова загоняет в ловушку. Вы не находите, что мы совершили уже слишком много ошибок?

–  Ваше Императорское Величество, - Дукмасов, аккуратно постучался в кабинет.

–  Да, Георгий, что-то случилось?

–  Там пришла делегация японского Императора, просят аудиенции.

–  Как любопытно. Они сказали, что им нужно?

–  Нет. Говорят, что они уполномочены вести переговоры, только с вами.

–  Эко они важные. Запиши в общий список посетителей. Когда их очередь подойдет?

–  В пятницу, там как раз вечером 'окно' имеется.

–  Хорошо. Вот в него и помещай этих 'уполномоченных, а заодно передай, чтобы Виктор Вильгельмович, Алексей Петрович, Николай Алексеевич и Павел Дмитриевич завтра вечером зашли ко мне. Все вместе. И пусть захватят с собой материалы по Дальнему Востоку.
– Георгий кивнул головой, начал выходить, но тут Александр его остановил.
– Кстати, в делегации японцев есть переводчик? Вы как общаетесь?

–  Делегацию возглавляет некий Хиробуми Ито. Довольно молодой для такой должности человек, однако, он свободно говорит на английском языке, так как учился несколько лет в Великобритании.

Вечером следующего дня.

–  Да Георгий, можешь забрать эту папку.
– Наступила легкая пауза.
– Что-то еще?

–  В приемной вас ожидают Виктор Вильгельмович, Алексей Петрович…

–  Давно?
– Перебил его Император.

–  Более часа уже.

–  А чего же не звали?

–  Так… Вы же с документами работали. Неудобно прерывать.

–  Хорошо, но на будущее

все равно предупреждай, - Александр кивнул, - зови. И чая распорядись принести. Думаю, нам сидеть здесь придется довольно долго.

–  Товарищи, давайте начнем по порядку. Вас, наверное, уже проинформировали о том, что делегация от Императора Японии просит аудиенции. Поэтому я хочу узнать, как наши дела обстоят в тихоокеанском регионе. Начнем с военной силы. Чем мы располагаем там по факту?

–  На данный момент мы развернули на Дальнем Востоке полноценный четырехтысячный кадровый полк при ста сорока семи пулеметах и восемнадцати полевых пушках. Помимо этого сформировано девять стрелковых и две пулеметные роты, шесть полевых и восемь береговых батарей. Кроме того из числа исключительно казаков мы создали десять кавалерийских эскадронов, усиленных пулеметными тачанками. Таким образом, в подчинении российской администрации в указанном регионе без малого одиннадцать тысяч солдат и офицеров, при пятидесяти четырех полевых и сорока восьми береговых пушках, а также трехстах восемнадцати пулеметах. Это не считая нескольких строительных, медицинских, хозяйственных и связных частей.

–  Впечатляющая сила. Я так понимаю, ее развернули за счет местных ресурсов?

–  Да. Даже вооружение пришлось изыскивать из местных источников. На данный момент из необходимого по штату оружия только револьверы и пулеметы в должном объеме. Но запасов нет никаких, особенно по боеприпасам. Винтовки там преимущественно 'шарпсы, выполненные по специальному заказу. Пушки - двенадцати и двадцатифунтовые 'армстронги'. Первые числятся полевыми, вторые - береговыми.

–  'Армстронги'? Как вы их получили в таком количестве?

–  О! Там все очень любопытно, - улыбнулся фон Валь.
– W.G. Armstrong Company в прошлом году свернула производство большинства нарезных орудий, заряжаемых с казны. В Лондоне посчитали их слишком опасными из-за частых разрывов казенника, но я решил проверить, так как вы их в 1861 вполне успешно применяли. Оказывается, разрывы случались только у орудий впечатляющих калибров, все остальные же вполне надежны, но британские военные решили попросту не рисковать. Поэтому я связался с Морганом, и он поспешно заключил контракт на выкуп всего потребного оборудования для нужд армии КША практически по цене металлолома. Заводик поставили в Новом Орлеане. Англичане, правда, продали далеко не все в нормальном состоянии, но оборудование для производства двенадцати и двадцатифунтовых пушек было вполне рабочим. Конечно, стальная граната весом двенадцать и двадцать английских фунтов с зарядом дымного пороха не бог весть что, но для стрельбы по лоханкам контрабандистов и разгона всяких мелких банд вполне подходит.

–  А армия КША получает вообще эти орудия, или это только прикрытие?

–  Конечно. И не только их. По лицензии Шарпса мы наладили в том же Новом Орлеане производство его винтовок и карабинов калибром.44 и.36 британского дюйма. Благо, что с боеприпасом под них особых проблем нет - там бумажная, либо льняная гильза. В общем, правительство КША нам очень благодарно за эти два завода, которые позволили им неплохо вооружить армию.
– Снова улыбнулся фон.
– Весьма признательное прикрытие получилось.

–  А снаряды для пушек тоже из Нового Орлеана возите?

–  Поначалу, да, возили. А вот уже полгода как в Калифорнии работает маленький заводик. Там работы практически нет - после начала полномасштабного восстания индейцев, все западное побережье полностью отрезано от своих метрополий. Так что наша верфь и завод боеприпасов очень сильно помогают местному, немногочисленному населению выживать. Правда, убогим получился заводик. Запасы мы кое-какие делаем, но очень незначительные - практически все снаряды уходят на учебные и боевые стрельбы. Особенно у корабельных команд.