Чтение онлайн

— У тебя есть только понты, которые твой талант как раз и убили, Дамиан.

— Это в прошлом. Обещаю.

Он лишь вертит головой, пока я собираюсь с духом:

— Прошу прощения, Игорь Викторович, что подвел всю сборную и Вас лично. Это отстой.

Выждав пару секунд, тренер мажет рукой по лицу:

— Пристал же, как клещ!

— Разрешите мне играть, — говорю с нажимом.

— Играть он хочет… Мячи за всеми собирать будешь! Вручную! Месяц!

— Месяц?

— Три месяца! — обрубает сходу. — А еще раскладывать стойки, корзины и полотенца

— Понял. Принял. Три месяца, — чеканю коротко, пока тот не передумал.

— Сольешься же, принцесса, — прищуривается Гарик.

— Заодно и проверим, — перевожу взгляд на безразмерное пространство. — И спасибо Вам. Я не подведу.

— Про вручную я пошутил, спину побереги, — он кивает в сторону специальных корзинок для сбора, и я незамедлительно приступаю к делу.

Даже сквозь игровой гам слышу перешептывания из серии «Это че, Бушар корт убирает?», «Не Бушар, а Козлов!».

Охуительно, че.

Усмехаюсь.

Может, такими темпами спустя некоторое время смогу сказать, что сам в сборную Альдемара попал…

Смена в кофейне заканчивается позже запланированного, и я возвращаюсь в Альдемар практически бегом, рискуя опоздать в собственную же комнату на встречу с девочками.

На ходу закидываю в рюкзак бумажный пакет с набором оставшейся выпечки. Голодные студенты рады булке любой свежести.

Интересно, что Рената удумала на этот раз?

Гадать, как пройдут экзамены?

— Елки-палки! — спохватываюсь, что так и не скинула Малиновскому обещанный файл.

Конечно, можно будет сделать это ночью, но есть риск, что он снова сочтет меня необязательной.

Ругаю себя, за то, что стушевалась и не отдала ему распечатку с планом работы прямо утром, по горячим следам.

Спеша по коридору, решаю, что занести работу прямо сейчас будет не такой уж и плохой идеей.

Свет в районе аудиторий уже сменился на приглушенный, но учителя довольно часто задерживаются дольше положенного, проверяя студенческие работы, а у Малиновского вообще полно вечерних факультативов.

Кидаю Дашке сообщение, что опаздываю, и беру курс на аудиторию по международному праву.

Полупустая Академия эхом отражает каждый мой шаг, и в полном одиночестве я отворяю двери лекционной, за которой не оказывается ни души.

Однако, в подсобке все еще горит свет, намекая на присутствие Романа Александровича. Наверное, уже домой собирается.

Чувствую себя неловко, но я и так слишком долго испытывала его терпение своим отсутствием, поэтому набираюсь смелости и шагаю вниз по рядам.

Дверь оказывается приоткрытой, но я замираю по ту сторону, так и не решаясь постучать, потому что в проеме вижу то, чего, наверное, не должна была видеть. Ни при каких обстоятельствах.

Малиновский и… Логинова?

Маша — моя наставница, сдержанная, умная, которая всегда немного выше происходящего, сейчас сидит на рабочем столе нашего преподавателя.

Роман Александрович стоит вплотную, устроившись

Слышу их веселые голоса, но из-за нахлынувшей волны адреналина очень плохо разбираю, о чем разговор.

Маша мягко смеётся, склонив голову набок, без привычной холодной маски. Игривая и ласковая.

Роман Александрович тоже расслаблен. Вожделенно прищурив глаза, он наблюдает, как она щебечет, ловя каждое ее действие.

А потом он зарывается рукой в ее волосы и притягивает к себе… И она поддается.

Они… целуются???

Боже!

Меня ледяной водой окатывает. Делаю шаг назад, и с начинаю беззвучно пятится, чуть не споткнувшись о ступеньку.

У них что, отношения?

Маша выглядит очень даже согласной, обвивая руками.

Молниеносно покидаю аудиторию и бегу на чердак, прокручивая в голове все, что знаю о неразговорчивой Маше.

Их размолвка с Илоной, ее расставание с Яном и его ненависть к Малиновскому, ее оговорки «Рома» вместо Роман Александрович.

Все было так очевидно…

Молодец, Полина, взбреднулось тебе план семестровой работы отнести и стать вместо этого невольным свидетелем слишком интимной сцены.

Как вообще могла вспыхнуть искра между такими сдержанными людьми?

Он ведь учитель! Это же… неправильно?

И как мне теперь им обоим в глаза смотреть?

— Куда, Пчела? — слышу спасительный голос Дамиана.

Сердце все еще колотится, а в крови плещется смесь стыда и непонимания.

— Дами, — хватаюсь за него, как за спасательный круг. — Как ты меня нашел?

— У меня на тебя чуйка. Все хорошо? — он обеспокоенно заглядывает мне в глаза.

— Там, — тычу в сторону учебного корпуса, — Там Малиновский и…

— Логинова, — продолжает он.

— Ты знал? — выдыхаю.

— Надо было давно тебе рассказать, просто не хотелось компрометировать подругу в твоих глазах, — обнимает меня за талию и ведет в сторону женского общежития. — Спалились?

— Они… прямо в аудитории, — закрываю лицо руками.

— Это они зря, конечно. Им повезло, что их засекла ты — мой наивный цветочек, а не Евдокия, например. — Я узнал в прошлом году от Захарова. В остальном они хорошо скрывались.

— Ян поэтому так огрызается с Малиновским?

— Ага. Захаров историю с клубом затеял, чтобы подставить Илонку, и цели своей добился — ее выгнали отсюда. Только он не рассчитал, что препода все-таки оставят в штате, — поясняет он и чмокает меня в макушку. — Альдемар живет своей жизнью, Поль, уверен, мы еще не такое узнаем…

Перевариваю сказанное, соединяя между собой уродливые линии чужих планов.

— Я в ужасе, Дами… — выдыхаю, когда мы останавливаемся в коридорчике у лестницы на наш чердак.

— Я больше никогда не дам нас обиду. А на остальных — забей. Каждый дрочит, как хочет…

— Кошмар, конечно, но лучше и не скажешь, — прижимаюсь к нему. — Обними меня, пожалуйста.

— Хочешь, уедем в квартиру? — он поглаживает меня по спине.

— Хочу очень. Но я обещала девочкам провести вечер с ними.