Чтение онлайн

Последней каплей была беседа с Нисой, когда он решил проверить её и по результатам решить её судьбу. Он сказал ей, что оценка целителей по её практике оказалась отрицательной. И он решил отчислить её. Семья Нисы была не богатой. И они уже считали её отрезанным ломтем. О чём он ей и сообщил. И предложил на выбор: малопрестижная работа с низкой зарплатой или рождение положенного потомка от магички для семьи, которая хочет навсегда изолировать его от матери, без возможности видеться. Ребёнка хотят представить как наследника в семье, где жена аристократка с даром никак не может забеременеть. За ребёнка она получит единоразовую награду, которая позволит ей открыть своё небольшое дело. Ниса схватилась за второе предложение, не подумав даже минуты. И Корвин уверился в своём решении. Оба варианта у него действительно были. Но, если бы девушка выбрала честный труд, он скорее всего оставил бы её и дал возможность получить престижное образование.

Эту

же девицу, он глянул на её дело, Тату Кале, он не хотел оставлять ни при каких раскладах. У девчонки мозги не на месте. Смещены все моральные маркеры. Её отец тихий и забитый человек всю жизнь проработал, что бы кое-как содержать семью. Его жена действительно умерла родами. Она была спонтанной магичкой из совершенно нищей семьи. Которая продажей дочери хотела решить свои финансовые вопросы. Он отдал за неё практически все свои накопления. Женился и надеялся на рождение мага в семье. Но магичка была слабенькой, её прошлая жизнь не дала ей крепкого здоровья. Девочка убила свою мать, но родилась одарённой, хоть и с небольшим даром. Его супруга, останься она живой, получила бы место и титул. Пускай и низший, но рождение одарённой наследницы давало девочке право называться потомственной магичкой. Титул ей дали. Но матери, которая могла рассчитывать на заработок магией, не стало. Вот и вынужден был отец кормить новую аристократку с заработка уборщика. Когда девушка подросла, отец уже сильно сдал и королевская служба решила помочь новой потомственной получить образование. Дар мог со временем развиться. Такое в академии случается довольно часто.

Но магия предполагает ответственность и нормальную психику. Развивать её дар будет преступлением. Корвин подписал договор, который теперь должна была подписать его адептка. Она получала направление на курсы бытовой магии и даже с оплатой от государства. При условии, что будет содержать своего отца. Выбора он ей не давал. При отказе, ей запечатают магию. А отца поместят в приют для стариков. Резерв у неё маленький. Скорее всего запечатывание дара она переживёт спокойно. В скорбный дом попадали те, у кого потенциал был выше среднего. Одна мысль о том, что находились родители совершающие такое с потенциально сильными магичками, своими дочерьми, в надежде что всё обойдётся… Корвина начинала бить злая дрожь от мыслей об этом.

— У меня есть титул и я потомственная магичка, — оскорбилась Тата Кале, когда услышала предложение ректора, — а значит должна родить наследника. По закону. Я слышала, вы обещали такую возможность Нисе. Я тоже хочу получить деньги за ребёнка. А потом можете этот дар запечатывать, если при помощи него я смогу, как мой отец, тоже быть только уборщицей. Не нужна мне эта бытовая магия. И старик этот бесполезный ни к чему. А с деньгами и без магии я себе найду мужа.

Мы с девочками за голову схватились, когда Корвин рассказал нам всю эту историю. К его сожалению, закон действительно был. Королевская семья не хотела терять возможностей появления ещё одного мага. Дети в магических семьях и правда появлялись не часто. Для того, что бы количество магов оставалось хотя бы неизменным, то в семье должно было вырасти не менее двух наследников. А маги ещё и погибали в стычках с орками. Хорошо ещё в последние пару десятилетий стало рождаться больше спонтанных магов. Природа обновляла кровь. Так я для себя решила. Ведь маги, особенно слишком высокомерные потомственные, старались подбирать пары в своём кругу. А близкородственные браки это вредно, целители говорят. Вот только деток, которые остаются без матерей, жалко. Даже если они будут расти в хороших условиях, а не в приюте, как Эш.

А на следующий день Яночка рассказала, что вернулась её учительница Зива и попросила об увольнении. Во время каникул, она всегда ездила в город, где живёт её сын, в надежде хотя бы увидеть его издалека. Она искала пути поговорить с отцом мальчика и познакомилась с его секретарём на службе. Её бывший возлюбленный служил в министерстве финансов. Этот секретарь оказался бывшим военным. Во время стычки с орками у него выгорел дар. Его устроили в министерство, в награду за то, что он уничтожил орочьего шамана и тем самым выиграл бой. Он оказался очень славным мужчиной. Чуть старше отца её ребёнка. Но и внешне очень хорош собой. И характер имел замечательный. То, что он не может магичить не отбирает у него возможности иметь одарённых детей. Он буквально прикипел к Зиве и его очень тронула её история. Он сразу предложил ей стать его женой.

— Я слышала как она говорила с папой, — заговорщицки нашёптывала мне малышка, — она сказала, что теперь я всё равно занимаюсь с первокурсницами и её услуги уже не так уж и нужны. Тогда папа спросил не торопится ли она, ведь вряд ли она полюбила его вот так с первого взгляда? Тогда Зива сказала, что уже попробовала что такое любовь и это не сделало её счастливой. А этот мужчина заботливый и добрый. Он подавал заявку на ребёнка от магички,

потому что сомневался, что кому-то нужен выгоревший маг. Может быть у них ещё получится ребёночек. Да своего сына она сможет видеть. Его приглашают в дом её бывшего на обеды. Теперь он сможет бывать там с семьёй.

Я думала о том, что может быть не очень честно со стороны Зивы таким образом решать свои проблемы. Но, если она действительно так понравилась тому несчастному парню и он хоть в половину так хорош, как считает она, то может быть он отогреет её и у них выйдет нормальная семья. И вот в таких семьях нужно растить детей магичек, которым они не нужны. Типа Нисы или Таты. И может быть сказать об этом Корвину, раз уж он всё равно подавал заявку на возможность получить дитя от магички. Конечно, теперь у него появится возможность родить ребёнка с Зивой. На этой путанной идее я столкнулась с Корвином в коридоре и выпалила ему свои прожекты.

— Ты всё прекрасно распределила, — со снисходительной и лукавой улыбкой заявил он, — я понимаю, что тебе неприятно думать о таких матерях и хочется облагодетельствовать весь мир. Ты только в своей юной наивности забыла, что дети не получаются почкованием. Что бы обеспечить себе ребёнка, пусть даже по заявке, этому мужчине нужно будет тесно общаться с той же Татой или Нисой, пока не наступит беременность. Как там уж дальше…

А дальше я выпала из разговора, потому что действительно не подумала о такой маленькой проблемке. Привыкла строить планы. И учла в них только готового ребёнка. А Корвин мягко намекнул на сам процесс и я стояла перед ним красная, как варёный рак и думала, что как любая первокурсница, к семейной жизни подготовлена только в теории. До практических занятий я ещё даже мысленно не дошла. И правильно он называет меня ребёнком, раз уж умудрилась вынести за скобки этого уравнения такую мелочь, как зачатие. Корвин увлёк меня в свой кабинет так, что я даже не заметила, сгорая от стыда за свою наивность. Развернул к себе и нетерпеливо приподнял ладонью подбородок. И в следующий момент меня целовали с такой жаждой, как будто хотели выпить. Я подумала, что с такими яркими желаниями, какие будит во мне этот поцелуй, я не останусь только невестой до окончания Академии. А ведь мы об этом ещё даже не говорили. И я напряглась в руках распалённого мужчины. Он тут же отпустил меня.

— Прости, не удержался, — сказал он с улыбкой, — ты такая милая, когда рассуждаешь о своих планах. И твоя детская наивность меня самого превращает в нетерпеливого подростка. Ни о чём взрослом не хочется думать, когда вижу твоё нежное личико, розовые губки. Ты как зефирка с вишенкой, просто съесть хочется. Наверное, это звучит пошло от взрослого мужчины. Но говорю же, вижу тебя и чувствую себя таким же студентом. Одно желание, целоваться.

— Целоваться мне тоже нравится, — вывернулась я из его объятий и погрозила ему пальчиком, — только на помолвке я тебе отказала, а ты больше предложений не делал.

— Вот это мой промах, — посерьёзнел Корвин, — я не спросил тебя, не откажешь ли ты мне снова. Может быть мы ещё раз съездим к твоим родителям и я попрошу у них подготовить оглашение, если ты конечно хочешь быть моей невестой? Мы оставим свадьбу до конца учёбы, как я и обещал, но по крайней мере, я буду спокоен, что тебя не отберёт какой-нибудь красавчик оборотень.

— Вот ещё глупости, — буркнула я, — Уйка давно сказала, что мы пахнем парой. Оборотень ко мне и на милю не подойдёт. Вот разве что на следующем балу кто-то из магов захочет поухаживать. Так до него ещё целый год. Нельзя нам так часто домой ездить. Остальным девочкам положено встречаться с родственниками раз в году. Не хочется плодить новых завистниц своими привилегиями. Так что организуем новую помолвку летом. Но ещё разик меня поцеловать ты можешь.

Но ни разик, ни пол-разика не получилось. В дверь постучали. А за ней оказался одинокий волк.

— У Гизем началась быстрая регенерация, — обрадовал нас он, — кровь Ульва подействовала. Я думаю, максимум, до конца недели лицо у неё очистится.

Единственное что расстраивало Гизем по результатам лечения было то, что волки уезжали. Уйка переносила будущую разлуку с большим терпением. Просто для неё признанная истинность пары была гарантом того, что ей беспокоиться о своём будущем нечего. Гизем всё ещё не верила, что это навсегда. Её собственная судьба не внушала ей уверенности в верности её пары. Да и статус в обществе у них изначально разный. Они договорились о встрече во время летней практики. А если у неё всё же откроется стихия воды, можно будет даже договориться о практике в землях оборотней. Там стихийная магия практически у всех земная. И для водника работа всегда найдётся. С тем же осушением болот. Конечно, после первого курса из Гизем вряд ли получится серьёзный маг. Но уже после каникул у нас начнутся первые практические занятия. А наша компания состояла из старательных учениц. Тем более при таком стимуле.