Чтение онлайн

«Понятно…»

Моё внимание явно ослабевало. Вималананда снисходительно улыбнулся, подобно Самой Божественной Матери, и закончил нашу беседу, сказав: «Теперь ты хоть немного понимаешь, что я испытываю, слушая Рамаяну».

1. Кали 2. Тара

3.

Чиннамаста 4. Бхуванешвари

5. Бангала 6. Дхумавати

7. Камала 8. Матанги

9. Содаси 10. Бхайрави

Десять Богинь Махавидьи происходят из легенды о Шиве и его первой супруге Сати. Приведённая в негодование отказом своего отца Даксы пригласить её аскетического мужа на великое жертвоприношение, Сати проявляет десять могущественных форм Богинь Махавидьи. В конце концов Сати разрушает себя, и Шива, охваченный скорбью, позволяет Вишну рассечь её тело и рассеять его по полуострову Индостан. Местности, куда упали различные части её тела, стали святыми местами (шактипитами) поклонения Дэви. В этих местах сама почва воплощает священную форму расчлененной богини. Из этой легенды происходит практика сати, когда преданные жёны приносят себя в жертву на погребальном костре мужа. Некоторые из Махавидий, такие как Кали и Тара, имеют несколько форм. Вималананда относит себя ко второй Махавидье, к Таре, в форме Смашан-Тары – «Тары погребальных костров».

Мне нравилось навещать Вималананду в иранской колонии. Я приходил утром, чтобы помочь приготовить еду, а днём уходил в колледж. По вечерам мы, как правило, ходили в конюшни навещать его «четвероногих детей», а в дни скачек мы заходили с ним в стойла на ипподроме. Возвратившись домой, мы сидели допоздна, когда он рассуждал на духовные темы.

В один из таких вечеров мы сидели с Чоту, одним из старейших друзей Вималананды, и Сардаром Денгле, потомком знатной семьи из Пуны. Вималананда решил выпить, и хотя обычно он разрешал своим друзьям выпить с ним вместе, на этот раз он сказал: «Пожалуйста, сегодня вечером у меня другое настроение, и я хочу выпить в одиночестве. Вы можете составить мне компанию в следующий раз».

«Ха! – сказал Чоту. – Подумать только! Разве я не жил рядом с тобой день за днём в течение восьми лет? Разве мы всегда не ели и не пили вместе? Если ты хочешь выпить сегодня вечером, я намерен составить тебе компанию».

«Послушай, – сказал Вималананда. – Не настаивай. Если ты выпьешь, я не отвечаю за то, что с тобой случится».

«Оставь, – беззаботно сказал Чоту. – Ты говоришь так, потому что знаешь, что я легко перепью тебя. Я тоже буду пить». И он уговорил Сардара Денгле выпить за компанию.

«Я предупреждал вас», – ответил Вималананда, и я разлил виски. По его настоянию я налил всем лишь по полпорции. Хотя оба джентльмена измеряли свою способность к выпивке пинтами и квартами,

эта скромная доза свалила их с ног. Чоту облевал себя снизу доверху и, прежде чем ничком упасть в кровать, устроил бардак в комнате, оставив ворчащую жену прибирать за собой. Мне было поручено обхаживать Сардара Денгле. Я потратил полчаса, чтобы выставить его за дверь, и ещё полчаса, чтобы довести его до дома. Вималананда получил от спектакля огромное удовольствие.

Когда Чоту пришёл в себя, он принялся материться на Вималананду, что вызвало у того новые раскаты смеха. «Ругайся сколько хочешь, – сказал он Чоту. – Я этого от тебя и ожидал. Я люблю играть со своими «детьми», – сказал он, оборачиваясь ко мне, – а они любят играть со мной. Это взаимная привязанность.

«Я люблю играть со своими детьми, – продолжал он, – но им следует делать то, что им говорят. – Он многозначительно посмотрел на Чоту, на лице которого играла широкая и глупая улыбка. – Вы не забыли историю шакарпалы?» Мы придвинулись ближе к Вималананде, чтобы послушать его, тогда как Чоту, который явно знал эту историю, промолчал и продолжал ухмыляться, как если бы он утратил способность вникать в человеческую речь.

«Некогда, – начал Вималананда, – существовал клуб борьбы, руководимый одним старым борцом, который также был духовным гуру. Его любимцем среди многочисленных учеников был один лавочник. Но объяснялась эта любовь не борцовскими качествами лавочника, а прошлой кармической связью. Однако сам лавочник думал, что гуру любит его за то, что он лучший ученик.

«Лавочник постоянно докучал своему гуру просьбами позволить ему сразиться с одним знаменитым борцом. Гуру знал, что его «ребёнок» неровня знаменитости, но, с другой стороны, он хотел выполнить желание своего ученика. И вот, в один прекрасный день он призвал его к себе и сказал: «Почему ты думаешь, что можешь победить профессионального борца?»

«Лавочник ответил: «Я знаю, что я ваш лучший ученик, и это придаёт мне уверенности. Но я знаю и то, что он доставит мне массу хлопот, потому что он каждый день съедает целую козу».

«Гуру сказал: «Ну и что? Сделай одну вещь. Утром пойди за ним в джунгли и посмотри, сколько дерьма из него выходит».

«Лавочник стал возражать, но гуру решительно сказал ему: «Не спорь. Если хочешь, чтобы я помог тебе, делай, как я сказал».

«Нехотя он последовал его совету и вернулся на следующий день, чтобы доложить своему гуру: «Около килограмма».

«Тогда гуру сказал: «Тебе не о чем беспокоиться. Он съедает целую козу, но не может её переварить. Я даю тебе разрешение на поединок с этим верзилой».

«Настал день поединка. Перед схваткой молодой лавочник, как принято, простёрся перед своим гуру. Поднимая его с пола, гуру взял кусочек шакарпалы (вид конфет), подул на негой вложил лавочнику в рот. Тот запрыгнул на площадку для борьбы. Борцы пожали друг другу руки, и схватка началась.

«В течение нескольких секунд лавочник захватил ногу противника, повалил и прижал его к полу. Он был так окрылён успехом, что начал танцевать, но его гуру закричал ему: «Эй, ты, успокойся! Чего ты танцуешь? Не ты, а шакарпала должна танцевать». После этого лавочник опомнился и снова простёрся перед своим гуру, благодаря его за одолженную ему Шакти».

Все поняли, что эта история предназначена для м-ра Чоту, и мы снова улыбнулись его горькому опыту. После этого Вималананда решил, что с Чоту довольно, и сменил тему.