Чтение онлайн

— Боюсь, что если я так сделаю, то неминуемо захочу его прикончить. А с тобой это сделать сложно. Один из немногих твоих плюсов.

— Просто потрясающе, — протянул Браницкий. — То есть я теперь ещё и страдать должен потому, что ты не можешь найти, с кем сбросить напряжение. А ведь мог бы сходить в один из моих борделей…

— Я женат, — холодно отозвался Меньшиков и бросил короткий взгляд на телефон в руке.

— И чё? — фыркнул Браницкий.

— А то, что неосмотрительные адюльтеры не входят в число моих пороков.

— Не входят в число твоих пороков, — передразнил его сидящий рядом граф. —

Ты когда со своей женой последний раз в одной постели спал? М-м-м?

— Не твоё дело.

— Очень даже моё… Хотя знаешь, может, и не моё. Но будь ответ на этот вопрос хотя бы в пределах месяца, то ты точно не ходил бы с такой кислой рожей. Хочешь, подберу тебе кого-нибудь, кто будет на твою благоверную похожа?

— Константин, моё желание прикончить тебя растёт с каждой секундой.

— Да наплевать. Хочешь, подберу сразу двух?

— И мне всё тяжелее и тяжелее его сдерживать.

— Трёх?

Меньшиков вздохнул и промолчал. А ведь были времена, когда их взаимные подколки его не раздражали, а, наоборот, даже веселили.

Когда-то, давным-давно, когда его отец приехал на приём по случаю свадьбы к его сиятельству графу Михаилу Браницкому. Николай, которому на тот момент было всего двадцать, случайно встретился в саду имения Браницких с мрачным и нелюдимым парнем. Незаконнорожденный сын графа прятался от праздника в честь свадьбы старшего графского сына в одной из неприметных беседок огромного сада. Прятался и пил. Когда Меньшиков вошёл в беседку, две из пяти украденных из отцовского винного погреба бутылок уже опустели.

Кто же мог тогда знать, что их знакомство вот так обернётся?

— Знаешь, в такие моменты я начинаю думать, что надо было в тот день позволить тебе спиваться в одиночестве, — мрачно проговорил Николай.

— М-м-м?

— Когда мы познакомились.

— Ты про свадьбу этого дебила Бориса? Земля ему бетоном.

— Да. Вот думаю, что тогда, возможно, проблем бы в моей жизни стало сильно меньше…

Услышав его, Константин расхохотался.

— Ага. И ты был бы сейчас мёртв. Отличный план, Коля. Просто превосходный…

— Немногим лучше того, как ты меня подставил…

— Всего лишь спросил с тебя долг за твою жизнь, — равнодушно пожал плечами граф.

— И поставил всю империю под угрозу…

— Ой, да брось. Нам постоянно что-то угрожает. Угрозой больше, угрозой меньше… Так что? Трёх?

Меньшиков прикрыл глаза. Глубоко вдохнул и, досчитав до пяти, так же долго вдохнул. Долгожданное спокойствие так и не наступило.

— Коль, ну правда, — продолжал между тем Браницкий его подначивать. — Давай. Я. Ты. Девочки. У меня в имении есть отличное вино… хотя, к чёрту! Я быстренько смотаюсь к себе в замок. Там ещё лучше есть. Развлечёмся, как в старые добрые времена!

— Какие ещё старые добрые времена, Константин?

— Ну те самые, когда ты был всего лишь сыном своего отца, а я ублюдком, которого мой папаша подобрал с улицы из приступа тупого милосердия…

— Похоже, это у вас семейное.

— В отличие от него, я малышей не тиранил. И не избивал. И не тушил о них сигарные окурки.

— Твой отец не тушил о тебя окурки, — спокойно произнёс Меньшиков, ещё раз глянув на экран своего телефона. — Ты это выдумал.

— А, да. Точно. То кочерга была.

На лице Константина появилось

такое выражение, будто он только что вспомнил.

— Зато он очень любил избивать меня на глазах Бориса, чтобы показать тому, как правильно использовать свой дар. Хорошая кукла, которую не убьёшь, как ни прижигай.

А вот это была чистая правда. Николай слишком хорошо знал, что именно порой делал Михаил Браницкий со своим внебрачным сыном. Как и то, что он забрал мальчика у его матери отнюдь не из чувства излишней доброты.

Это была одна из тех причин, почему он, уже будучи князем Меньшиковым, не стал рубить с плеча, когда узнал об устроенном в имении Браницких кровавом побоище. И именно он убедил императора, что, вполне возможно, Константин сможет им пригодится. В конце концов, контролировать его одного будет куда проще, чем всё семейство.

Тогда ему это показалось хорошей идеей.

Сейчас же начали закрадываться сомнения.

Явно устав ждать, Браницкий с задором хлопнул ладонями.

— Так. Решено! Закончим здесь и поедем в «Алую цаплю». Там есть девочки прямиком из Японии. Гнутся так, что не увидишь — не поверишь, а уж их навыки…

— Кость, твои шлюхи меня мало интересуют.

— Ты погоди, погоди. Там есть малышка с Окинавы. Она может языком вишнёвую ножку в португальский булинь завязать…

— Неинтересно.

— Эх, скучно с тобой. А ведь раньше ты не такой упёртый был и…

Лежащая рядом с Николаем небольшая рация вдруг ожила и оборвала графа на полуслове.

Взяв её, он нажал на кнопку.

— Да?

— Ваше Высочество, мы готовы начинать.

— Действуйте, — приказал Меньшиков и убрал рацию в карман пиджака.

Не желая спугнуть добычу раньше времени, он не стал задействовать обычные службы. Сейчас здесь находились три группы, которые они вызвали напрямую из Слепого Дома. Три десятка усиленных артефактами и прекрасно обученных бойцов, каждый из которых стоил бы пятерых. Пожалуй, даже хвалёный Тринадцатый Спецкорус Императорской армии можно было бы назвать неопытными юнцами по сравнению с этими людьми. Это была личная небольшая армия самого Николая и Имперской службы безопасности, призванная справляться с угрозами любого типа.

Скосив глаза в сторону явно скучающего Константина, Николай вспомнил Саламандр. Собственных гибридов, созданных на тот случай, если его друг тоже окажется внесён в список возможных угроз.

Три отряда. Три точки входа. Снайперы на прилегающих к порту зданиях и отдельные команды наблюдателей, которые держали весь порт под присмотром.

И сидящий рядом с ним граф в качестве дополнительной страховки. Тяжёлая артиллерия на тот случай, если Николай сочтёт захват живьём слишком расточительным мероприятием.

— Пошли, — сказал Николай, открывая дверь машины, где они в одиночестве сидели с Константином.

— Ну наконец-то, — нетерпеливо отозвался тот.

Воздух пах рыбой, сыростью и чем-то едким. Наверно, технические жидкости или топливо, решил Николай, поморщив нос. Даже на холоде запах был довольно ощутим, и ему не хотелось представлять, что тут творилось летом.

— Ну что? — спросил Браницкий, вытянув руки и потянувшись. Кажется, он не обращал никакого внимания на идущий снег. Даже пальто надевать не стал, оставив его в машине. — Я пошёл?