Адские тени
Шрифт:
Больше мы не возвращались к этой удручающей теме, придя к общему выводу, что нам больше не стоит переходить черту и лучше уж остаться верными друзьями, чем горе-любовниками, у одного из которых всегда будет разбито сердце.
– Что ты хочешь от меня услышать, Клара?
– Это хм… больно? – только и спросила она, пожевывая пухлую губу в ожидании ответа.
– Терпимо, – честно ответила я и вновь отвернулась к окну, демонстрируя, что больше не намерена продолжать этот щекотливый разговор.
Клара обиженно шмыгнула носом, и ее словесное тарахтение прекратилось.
Под
Тем более учитывая стук колес и храп Клары.
– Значит, этот Кайлан Ле Селье – важная персона в играх Елены, раз она без лишних уговоров отпустила с нами Ричарда, оставив свой отряд без двух главных зачистчиков, – заключила я, поудобнее устраиваясь на тонкой подушке. Волосы я распустила, длинные локоны щекотали талию, а свободная сорочка позволяла телу дышать. Окно в купе не открывалось, а распахнуть дверь мы побоялись: по коридору поезда слишком часто шныряли подозрительные личности.
– Я слышала, что Кайлан безжалостен, невероятно груб и все его тело безобразят ужасающие шрамы, – Клара тоже переоделась в легкую ночнушку и, подложив руку под щеку, лежала на кровати напротив меня. Внезапно она поморщилась, как от неприятного запаха, и добавила: – А еще говорят, что он маленький и лысый, и от него воняет, как от задницы слона…
– Тогда надеюсь, что мне не придется его соблазнять, чтобы выведать секреты, – перебила я подругу, ужаснувшись перспективе возлечь с омерзительным мужланом.
Клара хихикнула. Нас обеих монотонно покачивало, нагоняя сон. Я привстала на локтях и затушила керосиновую лампу.
Завтра меня ждет новая роль. А может, и новая жизнь?
Глава 3
Громкий гудок вырвал меня из объятий грез. Мне снилась мама – румяная и веселая, какой она была до того, как ее одолела неизвестная болезнь. Она, раскачиваясь в кресле-качалке, что-то вышивала и напевала мою любимую песню, пока я лепила песочные куличики в саду.
– Просыпайся, Адди, пора! – тонкий голос Клары заставил приоткрыть один глаз. Тот, который хотя бы не отказывался мне повиноваться. Я застонала и недовольно перевернулась на другой бок.
– Эх, соня! Говорю, мы скоро прибудем во Франсбург! – подруга настойчиво потрепала меня по плечу.
Название портового города, где нас ждала участь легкодоступных девиц, быстро разлепило второй глаз. Я села, причмокивая пересохшими губами, и потянулась, похрустев затекшей шеей.
– Одевайтесь быстрее, – неугомонно настаивала Клара, подав мне простенькое серое платье, заранее выуженное из чемодана.
Приглушенный солнечный свет пробивался через зашторенное окно. Я отдернула занавеску и удивленно вскинула бровь. Мой взгляд заскользил по незнакомому пейзажу.
Море.
Темное бушующее море накатывало высокими волнами на скалистые пляжи. Вдалеке на строптивых валах покачивались деревянные корабли, а белые чайки кружили в грозовом небе.
Клара повернулась к окну, и ее глаза расширились, видимо, она тоже была приятно удивлена представшей перед нами картиной.
Быстро переодевшись, я села, склонив голову. Клара принялась
заплетать мне косы. Ее расшитую бриллиантами сорочку сменило обыденное голубое платье девушек из низшего сословия, полностью лишенное лоска. Кудряшки она подобрала шпилькой на затылке.– Это мое первое задание, – тихо шепнула подруга, и ее пальцы, задрожав, пропустили мою прядь.
– Не волнуйся. Главное – держись плана. Помни, мы не умеем ни читать, ни писать, и правила этикета нам тоже незнакомы. Мы – простолюдинки, дочери бедного ремесленника из провинциальной деревушки, – подсказала я Кларе и ободряюще улыбнулась.
Поезд медленно подъезжал к вокзалу и, последний раз стукнув колесами по рельсам, остановился. Мы слегка качнулись вперед, а мое сердце пропустило удар.
На столе нас ждал нетронутый завтрак, который, пока я спала, принес учтивый кондуктор, но ни я, ни Клара не стали набивать сжатый от волнения желудок. Одевшись и собрав вещи, мы поспешили покинуть вагон.
Взметнув юбкой, я спрыгнула на широкий перрон с последней ступени. Клара спустилась, аккуратно придерживаясь за перила, а когда кондуктор подал нам чемоданы, она элегантно отогнула мизинчик.
Я сверкнула на фрейлину недовольным взглядом, и ее пальцы встали вровень.
Это будет сложнее, чем я думала!
Из соседнего вагона вышел Ричард, разглаживая руками помявшийся в дороге фрак. На нас он даже не взглянул и быстро смешался с толпой. Я еще пару мгновений видела его возвышающуюся над всеми белокурую макушку, но потом отвлеклась на проходящую мимо даму с собачкой, и лорд исчез. Задачей Ричарда было влиться в местное светское общество и попытаться разузнать о тайнах Ле Селье из уст его близких друзей.
Вокзал Франсбурга ничем не уступал тому, с которого мы приехали. Высокие башни, пыхтевшие локомотивы, огромные часы и многочисленные платформы, по которым хаотично перемещались горожане, – все это встретило нас, как только мы покинули поезд.
В лицо хлестали промозглый осенний ветер и моросящий дождь. Потрепанное пальто с заплатками совсем не согревало. Сунув свободную от ноши руку в карман и подняв вверх воротник, я поплелась к центральному входу, вслушиваясь в шаги Клары, чтобы та не отставала.
Быстро миновав главный зал вокзала с выложенным гранитными плитами полом, я навалилась на невероятно тяжелые деревянные двери и вышла в город.
Вокруг царила полная неразбериха. Прохожие куда-то спешили, перескакивая с одной стороны улицы на другую. С рокотом мимо нас проезжали черные кареты и шаткие повозки, а местные офицеры патрулировали местность на поджарых жеребцах.
Город поражал мрачным величием. Трехэтажные домики и аббатства были выполнены из серого кирпича, а их острые крыши шпилями уходили в небо. Все здесь выглядело грубым и статным, скорее всего, как и характер хозяина Франсбурга.
– Как мы найдем публичный дом среди всех этих строений? – прошептала Клара, вертясь вокруг своей оси и внимательно рассматривая улицу.
Рядом с нами очень кстати затормозил офицер в длинном синем сюртуке с золотыми погонами.
– Простите, – обратилась я к мужчине, когда он спешился на тротуар, потрепав пятнистую кобылу по загривку. – Вы не подскажете, как найти местный бордель?