Чтение онлайн

Боже, за кого я вышла замуж? Зачем?

— Ты правильно сделала, что увела Алана. Я собираюсь на Бронзовые острова. Как только улажу проблему, вернусь за вами, — тон его резанул по ушам стальными нотками. — Нужно, чтобы ты ждала меня и оказала первую помощь, если вдруг я окажусь ранен.

Венир отставил бокал, который держал в руке, и встал. Один шаг, и супруг скрылся в Сумраке. А я кинулась за ним. Думала, что промахнусь или не успею, и потому рискнула, воспользовалась помощью портального дара.

Он обернулся ко мне. Лицо его перекосило яростью, но выкидывать меня обратно было

Его аран взвился вверх, накрыв нас крыльями. Мир вокруг был черно-белым и только кровавая луна светила на сером небе. Ветер трепал волосы и одежду, говорить было трудно.

— С ума сошла?! — рыкнул он.

— Это ты безумец! Тебя там убьют, идиот!

Он стремительно приблизился ко мне, и я на секунду испугалась. Перекошенное лицо Венира, да еще в этой краске, смотрелось страшно.

— А если убьют нас обоих, сын останется один. Ты подумала об этом? — глаза его блеснули холодной яростью.

— Нас не убьют, — выкрикнула я, и горло ободрало холодным воздухом. Я закашлялась. Следующие слова еле выдавила, — потому что я тебя не пущу туда.

Он удивленно приподнял бровь, а потом хрипло расхохотался.

— Меня допрашивали в его покоях. Я запомнил защитное плетение. Истинное имя отомкнет его. Ты думала, я полезу в логово врага без плана?

Ветер усиливался и словно рвал крылья арана над нашими головами, становилось все труднее дышать.

— Император силен, но истинное имя — оружие. Оно иссушит его в один миг, Солар. Мне некогда с тобой говорить. Возвращайся.

Венир дернулся ко мне, схватил за затылок и поцеловал. Жестко и глубоко. Отвернулся и ринулся в ткань Сумрака.

Схвачено у него всё. Самонадеянный дурень. Я кинулась за ним, активируя арбалет.

В покои Бронзового императора мы ввалились вместе.

На нас бросилась охрана, а император — лысый мощный мужчина — чуть не подавился вином. Или чаем. Не знаю, что он там пил. Не рассмотрела, была занята, так как отбивала удары второго стражника. Первый уже лежал бездыханный.

— Сможешь удержать его? — крикнул Ассул зло.

Император откашлялся, и не вставая с кресла пустил в Венира поток силы. Меня аж пригнуло, а мой противник свалился как подкошенный. Стекла лопнули, а Венир удержался, выкрикнул что-то на неизвестном мне языке. Стражник приподнялся, завыл и зажал уши руками. Я тоже упала на мягкий ковер, из носа у меня, оказывается, текла кровь.

Я подняла голову и увидела животный ужас на лице императора. Мой муж продолжал монотонно читать слова ритуала, а вокруг него скапливалась магия. Закручивалась вихрем. И с каждым словом император терял силы, высыхал, пока окончательно не превратился в мумию.

Венир наклонился и снял с головы поверженного правителя бронзовый венец.

Ох, у него и правда все было схвачено… Я еле поднялась на ноги.

В покои вбежала группа людей, — наверное, придворных — но увидев венец в руках Венира, замерла. Он криво и устало усмехнулся, поднял руки и надел его на голову. Зрелище получилось… жуткое. По вымазанной бронзой губе стекали капли крови, а глаза совершенно заледенели.

— Как ты проник сюда? — зашептал один из придворных, падая на колени.

— Я узнал истинное имя императора,

Не скажу, что мне было жалко этого Адао Сурра, но я все равно отвернулась, когда комнату огласил его предсмертный вопль.

Ну, что такое! И декорации вот тоже знакомые. Прямиком из моего видения на Неверном мосту.

Но самое главное — по обычаям Бронзовых островов, императором становился тот, кто убил предшественника.

Эпилог

Эпилог 1 — Александра

Мы с Энцо немножко поразвлеклись в Пустыне — выступили перед народом и помахали им с балкона, еще раз приняли Ашаданора (который появился чуть не с половиной своего двора), отдали ответный визит, перетерпели нашествие послов из разных оазисов, коих тут было несметное множество. Сообщили всем, что должны на время отправиться в Чабир, оставив дядю Теодора наместником, но пообещали скоро вернуться.

На самом деле вся фишка была в разнице во времени — пять лет в академии здесь бы уменьшились вдвое.

К роскоши, конечно, привыкаешь, но безделье здорово выбивало меня из колеи. Я слонялась по бесконечным галереям и садам дворца, сидела в окружении придворных дам то в беседке, то на террасах. Мне играли на арфах и обмахивали опахалами. Ужас, да.

Поэтому, когда Энцо сказал, что проход в мой родной мир готов, я запрыгала от радости. Мы хотели перейти в Москву и навестить моих родителей. Я радовалась и боялась одновременно. В мире Сумрака прошло три с лишним года, а дома вдвое больше. Как там родные? Считают меня погибшей? А вдруг их нет в живых?

Энцо сразу почувствовал мои страхи и прижал к себе, поцеловал в лоб.

— Все будет хорошо, Саша.

Мы стояли в недрах дворца. Перед нами пульсировала магией арка, а у меня руки дрожали.

Ну, и еще у нас не было нормальной одежды. Так что, переместиться мы собирались прямо так — в средневековых тряпках. При этом я даже приблизительно не представляла, какая сейчас в Москве погода. А вдруг мороз?

— Не сомневайся. Просто давай шагнем, — сказал он.

Энцо легко говорить, он древний, многое повидал и смотрит на жизнь философски. Но он прав — надо просто шагнуть.

Вывалились мы в центре города (не знаю, как он настроил координаты и почему мы не попали, скажем, в Зимбабве или в Париж). Было тепло. Я ловко отскочила от промчавшейся машины и оттащила вдруг остолбеневшего Энцо. А ведь я его предупреждала, но он все равно опупел.

У меня были с собой рубли, которые я трепетно хранила вместе с сумочкой. Мобильник, естественно, давно сдох, но его можно зарядить дома.

Я замахала рукой, останавливая такси. Вот только запихать в салон Энцо оказалось той еще задачкой.

— Ты что, в каретах не ездил? — прошипела я.

Таксист на нас посмотрел, как на психов, но расспрашивать не стал. Выслушал адрес и быстро довез до нужной высотки.

— Мы артисты, — сказала я и сунула ему в руку мятые купюры.

Подниматься на лифте Энцо категорически отказался. Не знаю, почему, но он был страшно напряжен. Вряд ли действительно испугался дорожного движения, шума и странно одетых людей.

— Как вы тут дышите? — спросил он, пока мы поднимались по лестнице. — Как Кир тут дышал?