Чтение онлайн

В одном месте нам пришлось притормозить, потому что на улице образовалась небольшая пробка. Протискиваясь между каретами, я увидел, что вызвало этот затор. Из поперечного проулка выходила погребальная процессия, возглавляемая священником, за которым четверо стражников несли на носилках замотанное в какие-то тряпки тело. Хор хотел было рвануть наперерез, игнорируя все нормы приличия, но я схватил его за руку и остановил, внимательно осматривая странное неторопливое шествие. Почему странное? Потому я знал этот обряд и понимал, что он должен был проводиться после заката, после службы в церкви. Да и, кроме того, за телом должны были идти родственники или друзья-знакомые с факелами и свечками в руках. Но вместо этого за телом никто не шел, хотя все прохожие останавливались и провожали

процессию внимательным взглядом.

– Ты чего?
– удивленно спросил Хор, не понимавший причин задержки.

– Нам только скандала с церковниками не хватает для полного счастья! Подожди, пусть пройдут. Никуда твое сосредоточие не убежит.

– Не знал, что ты боишься служителей Единого, - задумчиво сказал демон.

– Не боюсь, а опасаюсь, - сказал я, наблюдая за толпой.

Недовольные, а иногда даже презрительные гримасы некоторых горожан явно говорили о том, что умерший не пользовался большой популярностью в Кальсоте. Когда неторопливая процессия миновала перекресток, прохожие стали расходиться по своим делам, а кучер щелкнул хлыстом, трогая карету с места. Демон снова направился по дороге к удовольствию и иже с ним, а меня распирало любопытство. Бросив ему "Поджожди!", я остановил одного из прохожих, презрительно сплюнувшего на мостовую, когда процессия поравнялась с ним.

– Прошу прощения, - обратился я к мужичку и кивнул в сторону тела.
– Вы знали умершего?

Прохожий, увидев мою форму, оказался таким же вежливым, как стражи на воротах, и ответил:

– Это Сровин Скряга, господин маг. Позавчера помер.

Мда, все оказалось весьма банально, но я, нервируя нетерпеливо размахивавшего хвостом демона, уточнил:

– И чем же он заслужил это прозвище и такое отношение к себе?

– Так ведь жадным был просто до безобразия! Сорок лет прослужил в городской страже, в трактирах не гулял, по бабам не шлялся, каждую монетку копил. Все в Кальсоте знают поговорку о том, что... прошу прощения, легче магом стать, чем у Сровина золотой выпросить. У него ведь даже одежки нормальной никогда не было, в доспехах ходил, что на службе выдали, а ел всякое гнилье, что за бесценок в торговых рядах добывал. Но зато был нечист на руку, взяточничал, мелких воришек тряс, и ходили слухи, краденым втихомолку приторговывал, а как испустил дух, оказалось, что даже хоронить его не на что! В доме-то у него ни медяка не нашлось, да и родичей ни одного не было, вот и провожают Сровина не по-людски, без службы, да без молитв, на северном кладбище, где всяких насильников и убийц закапывают. Ну и поделом ему! Гнилой человек был, прости Единый! Всю жизнь золото собирал, а что вышло-то?

Поблагодарив словоохотливого мужичка, я не стал нервировать Хора еще больше и последовал за ним, размышляя о местном Плюшкине. Мне приходилось встречать в своей жизни людей подобного типа, которые старательно копили деньги. Нет, не на новую квартиру, машину или холодильник, а просто на "черный день", который может когда-нибудь настать, но чаще всего вообще не приходит. Нет, я не осуждаю их, но вижу четкую грань, достигнув которой, их бережливость может лишиться тормозов и принять вот такие угрожающие размеры. И что потом? Сбережения на тот свет ведь не унесешь, как было недавно доказано этим Сровином. И хорошо еще, что они после смерти бережливого человека достанутся потомкам, а не исчезнут бесследно, как в данном случае... Кстати, наверняка теперь в Кальсоте появится много историй о таинственном кладе Скряги, которые будут привлекать всевозможных ловцов удачи. Так что одного Сровин добился - город о нем теперь не скоро забудет.

– Пришли!
– радостно сказал Хор, оторвав меня от философствования.

Оглядев трехэтажное строение, я увидел знакомые весьма характерные признаки и недовольно уточнил:

– Это и есть твое... сосредоточие?

Демон кивнул, открыл дверь, родив мелодичный звон колокольчика, и решительно вошел в "сосредоточие", на проверку оказавшееся обычным борделем. Хотя нет, не обычным. Осмотревшись, я не почувствовал характерного затхлого запаха или раздражающей, лезущей в глаза атрибутики подобных мест. Нет, в

помещении присутствовал аромат женских духов, который, однако, не вызывал ощущения, что пахучую жидкость разливали по полу флаконами, было уютно и весьма комфортно. Резная мебель, предназначенная для посетителей, изысканная отделка помещения говорила о том, что этот бордель был явно не из дешевых. Но все равно, когда мы оказались внутри я спросил у демона:

– Ты что, собираешься провести здесь целый день?

– И ночь, - подтвердил Хор, остановившись посреди шикарной просторной прихожей.

– Тебе что, мало адепток в Академии?
– удивился я.

– Разнообразие еще никому не повредило!
– наставительно произнес демон.

Я даже не нашелся, что бы на это возразить, а в следующую секунду тихонько открылась дверца на противоположной стене и к нам вышла женщина возраста, возвышенно именующегося на Земле бальзаковским, несомненно, хозяйка этого заведения. Она была одета в строгое платье, слегка обозначавшее приятные мужскому глазу округлости, наряжена в необходимый минимум украшений, обладала весьма гармоничной фигурой и вцелом производила приятное впечатление.

– Господа маги, я рада приветствовать вас в моем заведении, - произнесла она с легкой улыбкой.

– Здравствуйте, госпожа Шейлия, - отозвался Хор.
– Не приютите двух путников, уставших от поисков счастья?

– Разумеется, господин Хорсак, мои девочки всегда готовы скрасить ваш досуг своим обществом и доставить толику радости. И может быть, тогда вы оставите поиски, обретя свое счастье здесь.

А Хор тут, оказывается, частый гость, раз его величают по имени. Интересно, сколько денег он уже здесь оставил?

– Что ж, давайте это проверим, - сказал демон, вернув улыбку хозяйке.

– И с кем вы сегодня хотите пообщаться в первую очередь? Или же предоставите сделать выбор мне?

– С Ильшей, - после недолгого раздумья отозвался Хор, подтверждая мои предположения.

– А вы, господин...

– Дракон, - представился я.

– Весьма необычное имя, - заметила Шейлия.
– Оно ко многому обязывает человека, его принявшего.

Это типа, "скромнее надо быть"? Ладно, мы тоже не лыком шиты.

– Я всячески стараюсь ему соответствовать, и пока мне это вполне удается.

Хозяйка заглянула в мои глаза, но так и ничего нужного там не отыскав, сказала:

– Это достойно похвалы, но давайте определимся с вашими вкусами. С кем бы вы хотели провести время?

Хор, приобняв меня за плечи, прошептал в ухо:

– Предоставь выбор ей, не ошибешься!

Но я хотел поскорее слинять отсюда, чтобы заняться делами, поэтому спросил:

– А эльфийки в вашем заведении работают?

Ответ хозяйки весьма меня удивил:

– Разумеется.

Шейлия подошла к небольшому шкафчику и извлекла из него два колокольчика, которые легонько встряхнула. Серебрянный зазвенел высоко, а медный, начищенный до блеска, чуть ниже и басовитее. Не успели звуки затихнуть, как дверь снова приоткрылась, пропуская двух девушек. Одна была повыше и обладала весьма пышными формами, а вторая оказалась миниатюрной худышкой с остроконечными ушами. Хор сразу же подошел к первой и галантно поцеловал ей руку, а вторая, не дожидаясь приглашения, направилась ко мне.

– Как ваше имя, господин?
– произнесла она нежным голоском, но я не спешил отвечать, рассматривая ее уши.

Какая на фиг эльфийка! Не смешите меня! Во-первых, темных эльфов с таким оттенком кожи не бывает, и даже у лесных она сильно отличается от человеческой. Во-вторых, любая эльфийка в таком возрасте уже обладает выпуклостями в положенных местах, а эта все еще похожа на подростка. Ну и в-третьих, ее уши были совсем не эльфийскими, так как совсем не отреагировали на мое прикосновение. В общем, передо мной стояла человеческая девушка, которой кто-то провел пластическую операцию, чем здорово меня удивил. Я-то считал, что подобное в этом мире не делается. Однако, заметив краем глаза довольную морду Хора, который отчего-то не спешил уединяться со своей избранницей, а смотрел на меня с выражением плохо скрытого превосходства, я кое-что понял и улыбнулся.