Чтение онлайн

– Все на месте. – Ваня быстро открыл карман и осмотрел содержимое.

– А теперь, – охранник прошелся по подвалу и распахнул тяжелую дверь, – даю пять минут, чтобы тебя здесь не было. – Он посмотрел на Филипенко, который все еще прижимал свою сумку, и рявкнул: – Пошел! Давай, пока я не передумал.

После крика Ваня вздрогнул, как от удара током, и выбежал из подвала. Стоило ему сделать несколько шагов, как за спиной раздался крик:

– Э! Погодь!

Ваня замер и медленно развернулся, с ужасом думая, что сейчас его просто пристрелят за попытку побега. Прозвучит одиночный выстрел, Ваня даже ничего не почувствует – рухнет с дыркой в голове и прощайте сержант Филипенко, приятно было познакомиться.

Но вместо того, чтобы выстрелить, охранник махнул рукой налево:

– Метро – там.

– Спасибо, – пробормотал Ваня и на негнущихся ногах пошел в сторону метро. Было пять утра – столица еще спала, и на улице не было ни одного человека. Ваня так и шел, прижимая свою сумку к груди. Самое странное, что ему запомнилось, – это легкий туман и дикое ощущение свободы. Еще полчаса назад он сидел в грязной камере и думал о том, что проведет остаток жизни в тюрьме. Но теперь он идет посередине огромной улицы, и никто не может его остановить. Капитан сдержал свое слово. Ваня шел минут двадцать, словно во сне, пока не подошел к станции метро. Как ни странно, возле нее уже стояли несколько человек, ожидающих открытия. Филипенко спокойно встал в сторонке от десятка заспанных людей, ожидающих появления мента (господина полицейского), который откроет заветную дверь и пустит внутрь. Ваня заметил, что люди, стоящие с ним, дрожат от холода, нервно курят и негромко матерятся. Ни на кого-то конкретного. Просто так. От злобы, холода и отвращения к неприветливому утру.

Но Ваня их настроения не перенял, он чувствовал себя самым счастливым человеком на земле. Он свободен. Спустя минут двадцать ожидания наконец появился такой же, как люди в очереди, заспанный «господин полицейский», который лениво открыл дверь и снова скрылся за коричневой дверью. Ваня зашел вместе со всеми, подошел к кассе и, нагнувшись к окошечку, спросил:

– А сколько на одну поездку стоит?

Кассирша, тетка лет пятидесяти, ткнула пальцами в сторону прайса, прикрепленного к стеклу. Ваня полез в задний карман и достал оттуда несколько смятых купюр. Затем он снова недоуменно полез в карман и достал оттуда новенькую пластиковую карточку. Капитан и тут не обманул.

Хмыкнув, он снова положил мелочь в карман, подхватил сумку и направился к турникетам. На этот раз загорелся веселенький зеленый свет, и молодой человек беспрепятственно спустился в подземку.

Вместе с ним на эскалаторе спускались всего четыре человека. Забавно… Трое из них были заспанные, злые, они и проклинали это долбаное утро, и чувствовали себя совершенно несчастливыми. И только одному из них совершенно не хотелось спать, он с довольным видом крутил в руках пластиковую карточку и улыбался. Из всех четверых счастлив был только один – молодой сержант Иван Филипенко, который полчаса назад свернул шею незнакомому человеку ради своей свободы.

Собеседник на том конце телефонной линии долго молчал, прежде чем ответить. Константин Павлович даже подумал, что их разъединили, и хотел набрать номер снова, но тут послышался вздох, и генерал тихо проговорил:

– Дурак, ты, Костя.

Затем раздались короткие гудки. Полковник положил трубку и спокойно стал собираться. Не такой человек Костя Потапов, чтобы сдаваться просто так. Вы у меня еще попляшете. Все попляшете. И генерал попляшет. И чекисты эти долбаные. Полковник УСБ набрал номер жены и сказал:

– Собирайся, мы уезжаем. Забери Тоню… алло! – Полковник стукнул трубкой об стол и зло потянулся пухлой рукой за мобильным.

– Помилуйте, Константин Павлович! – раздался голос у дверей. – Ладно, в здании вам телефон отрубить… это куда не шло! Но звонить в МТС я не буду!

– Что? – Полковник выронил телефон, увидев у порога

– Давайте знакомиться, – растянулся в улыбке неизвестный. – Меня зовут Владислав. И у меня для вас очень хорошие новости.

Полковник посмотрел в глаза гостю и все понял. Уважаемый человек сел за стол и обхватил голову руками. Все кончено. От этого не убежать.

Если читатели надеялись, что моя история закончится очень красивой свадьбой, спешу вас разочаровать. Мало того, что свадьбы не будет, так я еще и попал в больницу. А как вы думали? Меня вечно бьют, злодеи постоянно хотят моей смерти, а я буду словно феникс? Нет, я очень крутой парняга, но все-таки и у моих сил есть предел. Так что вот так вот я и оказался в палате. Несмотря ни на что, моя жизнь вдруг как-то странно встала на старые рельсы. Я лежал в больнице со сломанными ребрами и синяками, ко мне приходили родители, и всё… всё закончилось как-то быстро и сразу. Ситуация прояснилась в тот день, когда меня пришел навестить подполковник Ромашов. Поставив на стол цветы и пакет с фруктами, он спросил:

– Ну как ты, герой?

– Нормально, – ответил я. – Петр Семенович, а что там с этим делом-то?

– Все, стажер, с этим делом покончено. – Он покачал головой и улыбнулся: – Я и не знал, что у тебя такие важные покровители. Что же ты к ним сразу не обратился?

– Да ни к кому я не обращался, – начал я.

– Правильно, не надо мне этого знать, – кивнул подполковник. Посмотрев на меня, он сказал: – Не посадят этого Родина. И двух его наемников тоже…

– Как… все-таки…

– Убили их в ИВС, – сообщил офицер. – Прирезали свои же сокамерники. И знаешь, что самое страшное? Никто даже проверку по факту их смерти не проводил, а в заключении написано, что с сердцем плохо стало. Причем у всех трех сразу. Ты представляешь, чтобы так было? Тела в тот же день сожгли в крематории, и все на этом.

– Так, а по закону… – прошептал я.

– Николай, по закону в нашей стране, это уже не смешно, – только и ответил Петр Семенович. – Те, кто это сделал, самые настоящие беспредельщики. И неважно, что они правы. Я такого в своей жизни ни разу не видел.

– А проверка насчет вас? – спросил я.

– Полковник УСБ, который проводил проверку, получил повышение и отправлен в Дагестан, – вздохнул он. – Сейчас очень модно так делать. Не нравится человечек, тут же отправляют на «мирный» Северный Кавказ, на котором действует Конституция Российской Федерации. А там… – он усмехнулся, – мало ли что может случиться. Взрыв какой, могут и машину обстрелять, короче занявший его место решил не проверять того, о чем его не просят. Намек понял.

– Круто, – выдохнул я.

– Поправляйся, – протянул подполковник руку.

– Куда я денусь, – усмехнулся я, пожимая ладонь офицера.

– Это точно, деваться тебе некуда! – хмыкнул он и ушел.

Что я еще могу сказать о больнице? Наверное, самое главное – там очень скучно. В особенности учитывая тот факт, что мне досталась одиночка. Самое странное, что и медсестры, и врачи неожиданно уважительно относились ко мне, каждый раз величали по имени-отчеству, заглядывали каждый час и уточняли, не нужно ли мне чего. На самом деле поврежден я был несерьезно, и меня должны были по-быстрому починить и отправить домой, но нет. Крутились как вокруг президента. Если честно – мне было наплевать на все. Мне было дико скучно. Ходил туда-сюда по коридору и думал о том, что произошло в моей жизни. На самом деле это очень неплохая тема – остановиться и подумать. О себе. О том, что ты сейчас делаешь, куда идешь и где твоя цель. Все это круто, конечно, первые двадцать раз. Короче говоря, когда мое бездействие стало переходить в отупение, до меня, наконец, добрались Алекс с Ариной.