9 месяцев после развода
Шрифт:
– А я считаю, нужно искать где-то здесь. С доказательствами все равно пока туго.
– Это требует времени, Кира. иногда годы, чтобы что-то выяснить, когда речь идет о людях нашего круга.
Антон садится в машину, а я на заднее сиденье, чтобы пристегнуть Степана. Лучше бы покормить здесь, все равно не дотерпит до дома. Вынимаю заранее приготовленную бутылочку и даю Степану.
Говорить не хочется.
Меня обидел резкий ответ. Как будто кто-то не дает сосредоточиться на поисках актрисы, если больше ничего нет, нет, нужно потратить
Звонит телефон, Антон отвечает. Судя по репликам, звонит как раз Градов. После короткого разговора он кладет трубку.
– Что там? – бурчу я.
– Отчет по Альбине. Новых людей в окружении не появилось. Общение идет с подругами, семьей. Магазинами. Это кто-то из ее семьи. Либо сам устроил это, либо сливает информацию тому, кто устроил.
– Ты все-таки думаешь на Шумского?
Антон не отвечает и заводит авто. Я пристегиваю Степана, но сама не пересаживаюсь вперед. Злюсь на Антона.
Судя по красноречивому молчанию, он понятия не имеет, враг Шумский или нет, и устал от этого. К нормальной жизни мы не вернемся, пока не узнаем правды. А узнать ее не представляется возможным… Придется всю жизнь трястись, как на пороховой бочке, чтобы неизвестный враг не выкинул против нас еще что-то.
Дома я переодеваю сына и оставляю немного побрыкаться.
Глядя, как резвиться ребенок, улыбаюсь.
Я была счастлива, если бы мы нашли того, кто меня подставил. Иначе это жизнь с занесенным над головой мечом.
Антон уходит переговорить со своими в кабинет, но минут через десять возвращается.
– Мне нужно уехать.
– Надолго? – безмятежно спрашиваю я, но пальцы сами стискиваются на перекладине кровати.
Что-то в тоне заставляет ощутить тревогу.
Ледяную, забирающуюся за воротник своими ледяными пальцами.
К сердцу.
– Ты права, Кира. пора положить этому конец.
Поворачиваюсь к Антону.
У него суровое лицо, сжатые зубы – он на что-то решился.
– О чем ты?
– Можно все решить силовыми методами.
– С Шумским? – пугаюсь я. – А ты не думаешь, что он тоже не простой человек и ответит за это?
– Я не могу позволить так с собой поступать, со своей женой, ребенком. И трястись я тоже не стану.
– Это может выйти из-под контроля!
– Я обещал и сделаю это для тебя.
Меня обдает холодным ужасом.
Антон, конечно, непростой парень. Но ведь и Шумский тоже. Если найдет коса на камень – уже нашла! – во все стороны такие искры полетят!
– Слушай, Антон… Давай не будем горячиться, подумаем еще, дождемся результатов слежки, у нас столько ниточек было…
– Все ниточки нам отрезали по одной. Это в любом случае влиятельный человек. Такие умеют прятать концы в воду. Быстро это можно разрешить одним способом.
– Да, – заканчиваю с видом «ты совсем сбрендил». – А еще такие люди легко нанимают киллеров, разоряют чужие бизнесы, и многое другое.
– Я все обдумал. Сейчас я встречаюсь с Градовым, тебя
мы отправим заграницу со Степаном. После этого я постараюсь разобраться с Шумскими и если все пройдет благополучно, то ты вернешься. Но признание я получу во что бы то ни стало. Я больше не буду ждать.– Ты с ума сошел, – вздыхаю я.
– Мой отец сделал бы так же.
– Ты – не он!
– Хватит, Кира! – он поднимает руку, призывая закончить спор. Затем привлекает меня к себе, целует и уходит, запахнув пальто.
Больше возражений слушать он станет.
– Черт! – бормочу я.
Степан начинает хныкать, словно ему передалось наше настроение, и я беру ребенка на руки. Тревожно блуждаю по дому, ругая Антона на все корки.
Мало ли сколько известных, уважаемых и влиятельных семей рассорились в пух и прах. Иногда это заканчивается печально. Очень печально. И такой судьбы я нам не хочу!
Антон пойдет ва-банк, попытается выбить признание из людей Шумского или него самого. И закончится все это полномасштабной войной олигархов.
Потому что и Антон не стерпит, я его знаю.
И Шумский не промолчит.
А я только получила красивое кольцо и не хочу становится вдовой.
Со Степаном на руках я иду в кабинет Антона.
Не мой, но настраивает на рабочий лад. Мне нужно попытаться самой найти зацепку. Когда-то я была хорошим аналитиком и до сих пор это не изменилось…
Я должна обдумать ситуацию со всех сторон.
Все подготовили заранее.
Провели кастинг, чтобы подобрать похожую на меня девушку.
Это непросто. Даже при их возможностях слегка облажались с параметрами и ростом.
По каким критериям отбирали?
Скорее всего, темные длинные волосы – на видео не похоже было, что это парик. Рост, сложение – хотя бы примерно. Лицо. Это самое главное. Хотя камера слегка искажает изображение, девушка была потрясающе похожа на меня. Как сестра.
Пластическая операция не изменит всего: можно поменять разрез глаз, но расстояние между ними, череп, останутся прежними. И это не предугадать… Кастинг проводил специалист!
Скорее всего, хирург, который взялся за дело.
А если им пришлось привлечь его к кастингу, то он был в доле. Как-то ему объяснили, зачем все это.
Прижимаю пальцы к вискам и кидаю взгляд на Степана. Он лежит в кресле, как в уютном гнездышке, укрытый одеялами.
– Твоей маме нужно постараться… – бормочу я. – Понять, в чем дело.
И это должен быть не банальный путь.
Если бы можно было так легко все понять, Градов бы разобрался. Давно. Если искать, то что-то неочевидное.
Вздыхаю и склоняюсь над записями.
Записываю все – любые догадки, цепочку выводов. Интуиция подсказывает, что именно в истории с актрисой что-то есть. Зацепка.
А может быть зайти с другой стороны?
Взять мои фото, те видео, и пойти на консультацию к хорошему пластическому хирургу, послушать, что скажет?
Это идея.