3017: Ренегат
Шрифт:
– Ну может и так, однако у меня нет желания сидеть сложа руки. – отозвался заместитель начальника C.Б.И.
– Если эти двое решили что они смогут скрыться от Курта Штайгера, я лично хочу разъяснить им, как они ошибались… К тому же… У меня большой опыт ловли “крыс” в марсианских тоннелях, и я всегда любил ощущение азарта которое возникает всякий раз, при проведении такой охоты… Так что… - прокуратор хлопнул подручного по плечу. – Я не откажу себе в таком удовольствии.
Глава “безопасников” развернулся, и ступая по залитым дождевой водой плитам направился к тыльной части боевой машины, с очень высоким кузовом. При его приближении в задней части кузова с гулом поднялась створка, и воспользовавшись небольшой лесенкой, прокуратор оказался внутри перевозной лаборатории доктора
– У вас все готово, господин Кайзенберг? – поинтересовался Курт, снимая с головы мокрый от дождя шлем.
– Почти, господин Штайгер. – кивнул ученый. – Присядьте.
Заместитель начальника C.Б.И опустился в кресло расположенное аккурат напротив того, в котором сейчас находился “седьмой”, глядевший перед собой немигающим взглядом. Ученый приблизился к подопытному и сделал тому инъекцию какой-то голубоватой жидкости. Тот по-прежнему смотрел вперед ни как не реагируя на происходящее.
– Интересно… - задумчиво проговорил Курт Штайгер, вглядываясь в лицо человека, которого когда-то мир знал под именем Серхион Прайс. – Он сейчас вообще хоть что-то соображает?
– Когнитивно-мыслительные функции почти полностью подавлены. – сообщил ученый убирая инъектор, и беря в руки планшетный компьютер. – Присутствует лишь малая часть сознания, которая все фиксирует, но анализирует лишь то, что не запрещено к анализу нейро-блокираторами. Одним словом если атаковать его, он будет защищаться, потому как на это не установлен запрет. Но в то же время, он не задумывается над таким вопросами как “кто он”, “где он”, и вообще о причинно-следственных связях, например, почему он должен подчиняться вашим или моим приказам. Сейчас это практически машина… Даже на физиологическом уровне он уже не тот, кем был раньше… Кости и мышцы “седьмого” на данном этапе значительной степени отличаются от человеческих. – с важным видом заявил ученый. – Еще на Марсе я провел над ним курс биокоррекционных преобразований. Мне впервые в истории науки удалось произвести успешное вживление в костную ткань неорганических элементов, на нано-молекулярном уровне, укрепив её в несколько раз! С мышцами так же проделал ряд процедур, так что сейчас “седьмой” обладает силой свойственной скорее мутанту, чем человеку! Это совершенно уникальный эксперимент!
– И выйти из этого состояния он не может?
– Разве что в ситуации, о которой я говорил вам еще на Марсе, если что-то увиденное вызовет в остатках его сознания какие-то сильные эмоции. Тогда последствия действительно могут быть непредсказуемыми… Но… Вероятность таких событий ничтожно мала, и уменьшается с каждым часом.
***
Агронакс вошел в помещение, и окинул взглядом людей занявших позиции за разного рода укрытиями. Несмотря на то, что какого-то серьезного сопротивления со стороны девицы и старика профессора не ожидалось, не стоило забывать, что трое его людей все же каким-то образом оказались, выведены из строя, к тому же “красный код” просто так объявлять бы не стали. Так что Агронакс дал подчиненным приказ не расслабляться и действовать, соблюдая все меры предосторожности.
Во время своей службы на А113, подручному прокуратора приходилось спускаться в рудники через расположенные в здании лифты, для поиска и уничтожения тварей, которые иногда все же умудрялись туда пробираться. Было это весьма давно, однако судя по обстановке вокруг, больших изменений внутри здания с тех пор так и не произошло. Кроме того, он помнил, что для активации системы лифтов, требовалось, во-первых иметь ключ-активатор, а во вторых запустить систему независимого энергоснабжения при помощи рубильника. Местоположение диспетчерской, в которой хранились ключи, было ему известно, а вот со вторым пунктом возникли проблемы. В том месте, где десять лет назад располагался тот самый рубильник, сейчас его уже не наблюдалось, и куда именно его перенесли было не понятно.
– Ты,
ты и ты! Прочесать коридор в том направлении! Ищите лестницу, ведущую на второй этаж, она должна быть по правую руку! Выполнять! – отдал он приказ штурмовикам, и трое бойцов особого штурмового отряда оставив свои позиции, двинулись в глубину темного коридора, освещая каждый закоулок лучами подствольных фонарей.Некоторое время Агронакс обшаривал близлежащее пространство лучом фонаря, однако ничего похожего на рубильник ему обнаружить не удалось.
– У нас все готово? – послышался голос прокуратора, и обернувшись здоровяк увидел что тот появился у входа в компании Кайзенберга и того самого “подопытного”, первую встречу с которым Агронакс до сих пор вспоминал со смешанным чувством злости и содрогания.
– Необходимо найти главный распределитель с рубильником, запускающим систему энерго-питания лифтов… - произнес он. – Раньше он был здесь, но сейчас его видимо перенесли.
– Без него мы ни как не сможем спуститься вниз? – нахмурился заместитель начальника C.Б.И.
– Нет сэр… - отрицательно покачал головой громила.
– А те кого мы ищем?
– Они тоже не смогут. Но с другой стороны, яйцеголовый мог знать расположение рубильника, включить его, за тем спустившись отключить при помощи дубликатора, расположенного внизу, что бы осложнить нам задачу…
– Это очень скверно… - с явным недовольством в голосе произнес Курт Штайгер. – Я думал у тебя все под контролем…
– Я думаю, мы скоро его отыщем сэр.
– Лучше бы так оно и было, иначе…
– Позвольте мне. – выступил вперед ученый, держа в руках планшетный компьютер. Набрав на сенсорном экране комбинацию каких-то символов, он бросил взгляд на Серхиона Прайса и тот пришел в движение. Сделав несколько шагов вперед, медленно посмотрел по сторонам, после чего уверенно зашагал вглубь коридора.
– Рубильник должен излучать небольшое электро-магнитное излучение. – с гордостью пояснил ученый. – Мой подопытный способен распознавать его, и таким образом находить любые электронные приборы, системы, и тому подобное в радиусе нескольких десятков метров.
В это время Прайс приблизился к расположенной вдоль стены длинной щитовой панели, имевшей множество никелированных створок, и остановился напротив той, на которой виднелась цифра "четыре"'.
– Полагаю это здесь.
– констатировал ученый обращаясь к прокуратуру, после чего подошёл к щитовой, но попытавшись открыть её обнаружил, что она заперта.
– Тут магнитный замок.
– Кайзенберг с досадой покосился на небольшое устройство, судя по всему служащее для считывания отпечатков пальцев лиц, имевших доступ к рубильнику.
– Нужно как-то откры….
Кайзенберг не успел закончить фразу, потому, что в этот момент Прайс взялся за отлитый в металле дверцы выступ, служивший своеобразной ручкой, и попросту потянул его на себя. Раздался скрип гнущегося металла, за закрытой дверцей что-то хрустнуло, створка слегка выгнулась, а ещё через несколько секунд Серхион просто вырвал её наружу, вместе с остатками магнитного запора, оставив искорёженную дверь свободно болтаться на петлях.
– Это то, что мы ищем?
– подал голос прокуратор, после некоторой паузы вновь обретая дар речи.
– Да...
– произнес здоровяк, делая шаг вперед стараясь не подходить к Прайсу слишком близко.
– Это главный распределитель.
– Вы ведь не приказывали ему взломать дверь, так ведь?
– поинтересовался заместитель начальника C.Б.И у Кайзенберга, пока Агронакс возится с рубильником.
– Нет, господин прокуратор...
– машинально откликнулся ученый, который похоже до сих пор пребывал под впечатлением от увиденного.
– Но, у него присутствует возможность проявлять инициативу в рамках поставленной задачи... Можно конечно было заблокировать и эту функцию, но тогда я боюсь, с ним пришлись бы нянчиться как с младенцем, отдавая указание о каждом действии.