13-47, Клин
Шрифт:
— Да, мне так спокойнее, — тихо ответил я и улыбнулся.
— А лыбиться обязательно?
— Мы ведь парочка, разве нет? Или у вас тут парень с девушкой даже при влюбленности сидят в десятке метров друг от друга с каменными лицами? Улыбаюсь и вхожу в роль, — снова улыбнулся я.
— Похож на идиота, — сказала Кити. — Так кто тебя привел сюда?
— А что, я не мог прийти сам?
— Это вряд ли. Во-первых, откуда тебе знать про наш город? Судя по твоим манерам и поведению, ты — не более чем рядовой пехотинец, Клин. Да и не приплыл же ты сюда вплавь через океан. Еще и от своих надо было на чем-нибудь
Мыслила Кити просто превосходно. За минуту рассказала мне вкратце мой же побег. Я не успел ответить, потому что она опять продолжила:
— А о трубе знают только республиканцы, да и то, не у каждого есть код от люка. Следовательно, тебя провел военный. Гражданских мы туда не пускаем.
— Ее зовут Пантера, — перебил я Кити. — У нее рыжие волосы. Настоящее имя — Лиз. Больше я не знаю абсолютно ничего.
Кити задумалась.
— Нет, — наконец, ответила она, — никакой Пантеры я точно не знаю. А почему ты с ней не остался?
— Давай я как-нибудь потом расскажу? Когда познакомимся поближе.
— О, это предложение?
— Констатация факта, не более. Что за работу дал мне Агент?
— Агент?
«Твою ж мать!»
— Оу, в смысле, Алекс.
— Почему ты назвал его Агентом?
— Может, потому что он промоутер подпольных поединков? Вирус, не цепляйся к словам, я не держу в них скрытого смысла. Что за работа?
— Работа довольно интересная, Клин. Динамичная, требующая хорошей физической подготовки, отсутствия жалости и умения быстро делать правильный выбор.
— Киллер, что ли? — я поднял брови.
— Фу, нет, конечно. Я ведь ушла из армии, помнишь? Променять одни убийства на другие? Я не такая идиотка. Работа заключается в другом. Нам можно избивать, но нельзя убивать. Иначе Алекс останется без денег, а мы — без зарплаты.
— Долги выбивать? — догадался я.
— Точно, — ответила Кити, — на подпольном тотализаторе в клубе Агента крутятся бешеные деньги. А если кто-то не выплачивает сумму, то к нему обычно приходили мы с Чедом. Теперь я с тобой.
— А что случилось с Чедом? — осторожно поинтересовался я.
— Избили в клетке клуба Алекса. Оказался в больнице, спасти не успели. Кретин. Ему всегда хватало собственных денег, но вот адреналина явно нужно было побольше. Алекс не возражал, Чед делал ему весьма денежные шоу. Пока не спекся.
— Ты так просто об этом говоришь, — заметил я.
— А что сложного? Он был не только моим напарником, но еще и редкостной сволочью. Пытался меня изнасиловать несколько раз, когда напивался в хлам, урод гребаный.
Я просто выразительно посмотрел на нее, молча.
— Нет, конечно, у него этого не вышло! — возмутилась Кити. — У меня, конечно, играют гормоны, но не настолько, чтобы отдаваться пьяному дикарю. Двадцать с лишним лет прожила без парня не для того, чтобы потом лечь с пьяным уродом!
— У тебя никогда не было серьезных отношений? —
поднял брови я.Кити кивнула.
— Не просто серьёзных. Никаких. Не стремилась. Армия была моим парнем. Впрочем, и сейчас не особо стремлюсь. А зачем? Не встретила еще того, кого можно полюбить, да и разве это реально на этой гребаной планете?
Она была так откровенна со мной уже в первый день знакомства, что и мне захотелось поделиться чем-нибудь.
— Да, тут ты права. Мне двадцать один, но я уже два раза смог полюбить. И оба раза неудачно. У меня было трое лучших друзей там, на территории Альянса. Куница, Кошка и Вирус.
Она улыбнулась, услышав знакомый псевдоним. Потом вдруг резко помрачнела:
— Это его убили на войне?
— Да, — кивнул я, — несколько дней назад. Но я не о нем хотел рассказать, а о Кунице, если тебе, конечно, не влом слушать.
— Не влом, — ответила Кити, — наоборот, сижу и удивляюсь тому, что солдат Альянса оказался адекватным парнем с чувствами и эмоциями.
— Не утрируй, — поморщился я. — Вас всех этим пичкают? Про военных зомби? Нас тоже, не бойся.
— Продолжай, — улыбнулась Вирус.
— Когда мне было семнадцать лет, на моих глазах погибла Куница, — улыбка тут же исчезла с губ Кити, — я избил до полусмерти парня, убившего ее, искалечил, как только мог, и загремел в колонию для несовершеннолетних. Несколько лет я вообще не смотрел ни на какую девушку, не мог забыть Куницу, а потом пришла Пантера. Она чуть не разнесла в щепки мою базу, а я спас ей жизнь, не дал казнить ее и забрал к себе домой. Потом так вышло, что сбежал с ней сюда. Я был уверен, что это любовь навсегда, но…
Я замолчал. Машинально добрался до решающего пункта и не смог толком его произнести.
— Ну? — Кити покрепче сжала мои руки.
— Выяснилось, что некоторое время я на войне убил ее брата…
— Охренеть, — перебила меня Вирус.
— … я любил ее и не смог соврать, хотя это уже шло вразрез со здравым смыслом. В общем, я признался. Мы устроили драку в ее доме, потом перестрелку, потом она ранила меня, но не смогла добить. А после я ушел из ее дома. Чудом встретил Алекса, хотя уже подыхал от упадка сил и множества мелких и не очень ранений.
— Да, я видела, — вставила Кити.
— То есть как это «видела»? — не понял я.
— Ну… — она хитро ухмыльнулась. — Ты лежал без сознания голый, только лишь под одеялом. Ну я и оценила твое состояние. Вдруг была нужна первая медпомощь?
— Шутку понял. Смешно, — я выпустил ее руки и откинулся на спинку стула. Залпом выпил все оставшееся пиво.
— У тебя не будет сигареты? — спросил я.
— Не дымлю, — ответила Вирус. — Ты что обиделся на этот детский прикол?
— Нет, — честно ответил я.
Мое настроение испортили мысли о Кунице и Пантере. Такая разная любовь, а закончилась так похоже. Почему-то я был уверен, что Пантера для меня умерла навсегда. Хотя, скорее я для нее умер.
Кити встала из-за стола.
— Пойдем, — она махнула рукой, — пройдемся. Алекс сказал, нужно посмотреть на тебя в деле.
— Он сказал, что это будет завтра, — возразил я.
— Ну да. А сегодня инструктаж.
— Какой? И куда пойдем?
— Ко мне домой. Да не переживай ты так. Засада там тебя уж точно ждать не будет.