Современная проза

— Стоп! Что за чертовщина?! Танк остановился. Рядом с Кольцовым из башни поднялся сержант Звягин. Оглядевшись по сторонам, он не удержался, похвалил механика-водителя: — Вот жмет Акрам! Уже полмаршрута проскочили! — Часовня-то рядом! — не мог успокоиться Кольцов. — Конечно… Где ж ей быть? — А сколько…

И только в последнее время у меня появилась эта потребность написать нечто одновременно и личное, и обобщающее. В пору, когда я писал однодневки, мне казалось, что если я когда-нибудь что-нибудь издам, то разве что поваренную книгу. Сейчас, вероятно, самое время представиться: прежде всего, выходит,…

Итак, я шагал по территории в полмили шириной и в милю глубиной, среди четырнадцати кинопавильонов и десяти открытых съемочных площадок, жертва собственного романтизма и безумной страсти к кино, которое укрощает жизнь, — а там, по ту сторону ажурных кованых ворот в испанском стиле, никто ее укротить…

В это же время Перек увлекается палиндромами, в которых слова или целые предложения, прочтенные наоборот, сохраняют свой смысл, и создает, возможно, наиболее длинный из когда-либо написанных палиндромов, включающий более пяти тысяч слов. Палиндромы, анаграммы, словесные эксперименты становятся непременными…

Авто въехало в ворота богатого особняка, прятавшегося в парке. Валерия вышла из автомобиля и быстрым шагом пошла по аллее к дому, где светилось единственное окно. Слуга открыл ей дверь, она вошла в полутемный холл. Дверь во внутренние апартаменты отворилась, и навстречу Валерии вышел ее муж Иннокентий…

Сидя на первой паре, Лена забыла о фамилии, она продолжала думать о стеганом бабушкином одеяле, под которым она будет лежать. И вот тут-то выпрыгнуло! Лежать с лошадиной фамилией! Стоит подумать о какой-то ерунде, как выясняется, что полмира только про это и думают. Была у нее еще садиковская подружка…

– Я ведь не знаю, сколько у вас есть, – ответил Олег, опустив глаза. Он был напряжен, начиналась самая важная часть разговора. Володя почувствовал некоторую странность ответа. Он спустил ноги с металлического барьерчика, сел на скамейку боком и сказал: – Не понял. – Я же не знаю, сколько у вас…

И он показал мне свои руки, которые выглядели так, будто он только что давил ладонями свеклу. Любопытно, что у меня-то сложилось совершенно противоположное впечатление: мне как раз показалось, что сегодня — один из тех вечеров, когда у Маэстро побаливает печень, и потому он дирижирует в простой и сдержанной…

Рыба — вторая Машина задушевная подруга — вздрогнула и спустилась на этаж ниже, чтобы там переждать гнев Юлии-Бикул'uны. Зазвенел звонок. Надо было идти в класс на урок географии, изучать висящую на доске карту двух полушарий Земли или смотреть в окно, за которым листья выделывали пируэты. «Маша! Почему…

А что же чувствовал сам Дуб? Дереву было хорошо: он всем радовался, и только где-то глубоко внутри было нехорошо — он много лет чего-то ждал. Он и сам не знал кого ждет, но чувство жило, и однажды… Под дубом остановился босой старик с обветренным лицом и огромного размера клюкой. Он подошел, прислонился…

Никаких видимых следов болезни не было и в помине. Вероника подумала: не может так светиться больной человек. В больном человеке обязательно что-то идет на ущерб. Он может не чувствовать болезни, но светиться не будет. Вероника успокоилась и стала дальше красить свой глаз. Нютя стояла рядом, выпятив…

Получалось: чтобы попасть в стоящие, надо иметь тяжкие пороки. А у Ксении не было пороков. Одни достоинства. Она была красивая, скромная, работящая, порядочная. Если брала в долг, отдавала вовремя. Если влюблялась – совершенно бескорыстно, и даже наоборот. Себе в ущерб. Герман, например. Она его кормила,…

Мой начальник прочёл, презрительно фыркнул и снова все порвал: — Начните заново. Мне захотелось спросить, что здесь не так, но было ясно, что мой шеф не выносил вопросов, как уже показала его реакция на мою попытку выяснить личность получателя. А значит, я должна была сама догадаться, как следует…

— Привет! — внезапно сказал чей-то голос; жужжание смолкло. Настя вздрогнула от неожиданности и, наконец, увидела того, кто с ней поздоровался. Тогда она снова вздрогнула. На столе, возле клавиатуры, сидела огромная муха с мохнатым тёмно-зелёным брюшком и смотрела прямо на неё. Настя на всякий случай…

В Питере, на вокзале, я повстречал тебя. Помнишь, шеф попросил тебя встретить на вокзале важного чела. Ты стояла у бюста Ленина, теребя листок с написанным от руки названием твоей конторы. Как будто уже тогда знала, что все закончится встречей со мной. Может, жизнь специально так устроила – заставила…

Михаил Идов Глава 1 Ноябрь 2006 — март 2007 Лучше быть волом Вечер бесспорно удался. Если бы это была пьеса, Нина удостоилась бы овации. В какой-то степени это и была пьеса: мы поставили небольшое представление — камерный спектакль с самими собой в ролях супругов, чрезвычайно похожих на нас,…

Здесь совсем не ели мяса, а то, что готовили, было без соли. Когда Александр вышел в маленькую кухоньку попросить соли, хлопотавшая там Палашка сказала: “Мы не солим. Батюшка говорит, что соль — это сластолюбие”. Они провели там три дня. Саша колол дрова; девушки шили облачения, готовили, убирали,…

В нашем представлении о мире одно из первых энергетических разделений мира на наиболее абстрактном уровне, самое первое разделение после того абсолюта, который есть все и ничто, есть деление на мужское начало и женское начало мира. А если это так, то, следовательно, принцип существования мужского и женского…

- Ну, меня сегодня и сделали, как последнего лоха. Иван был большой, плотный, лицо грубое, рубленное. Силищей от него так и веяло, хотя лет ему уже было немало, и вряд ли он посещал модные фитнесс-клубы. Не оттуда силушка в мужике. - Будешь? - он вертел в руке не слабый фужер с коньяком, грея его и…

– Андрей, а как ты живешь один? – Таня покручивает на пальце прядь волос. – В смысле, при твоем графике. Кто тебе убирает, следит за всем этим? – Она обводит рукой спальню. – Вот скажи, ты вообще ешь дома? Вот моя мама, например, готовит потрясающие... – ...суши? Нет? Неужели котлеты?! – Я начинаю…