Современная проза

— Да нет, спасибо. Вроде и так отлично. Он ушел к своему столику. Уже в дверях я встретился взглядом с Жоленой. Попытался изобразить улыбку — должно быть, получилось отвратительно. Я вернулся в «Бьюик» и не стал терять время на диалоги с внутренним голосом. Наутро, прежде чем тащить похмельную…

Будто на бегу писала. Да так и было, наверное. Всегда куда-то спешила. Прощальная записка была второй, которую она ему писала. Первая была значительно короче: “Завтрак на столе (под салфеткой). Позвоню”. Позвонила в тот раз из Сочи: срочный большой заказ, нужно было хватать немедленно. Да, скорей всего…

Мне ответил неожиданно молодой женский голос: “Когда вы приехали? Еще вчера?! Вы же полдня потеряли! Тогда ждем вас через час”. Дом 57 нашелся в двух шагах от гостиницы “Негреско”. Это была желтая обшарпанная вилла викторианской эпохи с большими окнами и нарядным выходом к морю. Вот, значит, что выбрали…

  И одиноко размышляя о собственном безразличии к Монументу и к «Тринити», об усталости от серых облаков, укутавших небо в первые дни весны, и тоскуя по девочкам в бикини, в эти дни выходящим на калебские пляжи, Рей Банистер собрал все свои инструменты, необходимые пиломатериалы и приступил к постройке…

Она начала мести комнату, тщательно и спокойно, ей нравилось подметать пол. День был мирный, день без диалогов. Нечего было защищать и не на что жаловаться — все слова, которые могли бы стать другими словами или совсем легко могли быть отброшены, а иначе привели бы к большим переменам, — все было оборвано.…

На улице царило оживленное движение, и лифт в доме работал беспрерывно. Скульптор сполоснул несколько запачканных глиной тряпок и подмел пол. Легко подметать шлифованный пол! Длинная щетка проникает между ножками вращающихся шкивов, затем едет словно по шелковой дорожке, а потом сметает весь мусор в…

— Callate! [3] — завопил Ничо; собственное дурное настроение раздражало его не меньше, чем приезд сеньора Онга. Все вышло так, как он опасался — даже хуже. Через два дня мальчишка с верхнего конца улицы бросил ему по дороге: «Hola, Chale!» На ходу он машинально ответил на приветствие, но секундой…

Разумеется, значительная часть сентиментальной словесности остается развлекательным чтивом для чувствительных девиц и домохозяек. Но такое расслоение на разные эстетические уровни происходило и с другими направлениями литературы, включая романтизм и реализм, у которых были свои вульгарно-массовые разновидности.…

Разобранная, прислоненная к голым стенам старая румынская мебель стояла как гражданский долг. Точно так же, прислоненными к стене, стояли фамильные гедабегские ковры, словно священные иудейские свитки, и тоже говорили о долге, только на сей раз уже о вечном долге. Повсюду тюки, коробки, перевязанные…

Луч фонарика (или пламя свечи) теперь затерялся в гуще деревьев и светил издалека. Девушка поняла, где она находится, и поняла, что фонарик теперь светит на могилке бабушки Поли. И бессознательно, совершенно не думая ни о чем, девушка пошла к калитке, чтобы войти на кладбище. Однако она с ужасом…

Окинув сожалеющим взглядом великолепие южного пейзажа, девушка подумала: «Так-с, кому она побежит ябедничать, дура эта? Поскольку в каждом отряде двое вожатых, то скорее всего сейчас ко мне на рандеву заявится Сан Саныч — второй наш наставник молодежи. Что ж, необходимо подготовиться! Шел Саша по шоссе…

У двери курятника уже причитала тетушка Рохеле. И хоть ноги у нее едва ходили, и жила она в самом конце переулка, услышав шум, Рохеле через три минуты была во дворе Бернштейнов. Рохеле была невыносимо любопытна. Зина за это любопытство ее терпеть не могла. А еще за визгливый голос, мигрень, больные ноги,…

За Архангельском начинается Север. В одном углу самолета обились в кучку неизменные преферансисты, в другом идет такого рода интеллектуальная беседа: — Говорят, в Москве в «бродвейских» кругах пошло новое увлечение. Мальчики решили жить по Ремарку. Пить водочку, беседовать с изящными девицами…

— Хочешь еще яблоко? — предложила Гортензия. Мартен отрицательно мотнул головой и встал из-за стола. — Ты идешь туда? — по привычке спросила она. Он так же привычно ответил: — Угу. Потом в бистро загляну, к Каниво. Вернусь не поздно. Прохладное майское солнышко с трудом…

Быть Третьей Мировой войне, если бы, наконец, не нашли производителя рокового шампанского — Саратовский завод шампанских вин. Сначала допросили директора. Когда тот скончался от непонимания, вызвали его зама. И так, по трупам, дошли до начальника производства Пивкина. Пивкин сознался во всём. Правда…

Сдаю нехитрый багаж свой. Отправляюсь вниз. Здесь все просто и доступно: пятьдесят копеек помывка в душе, ванну принять — рубль. Баня — тоже рубль. Отдаю казеннай талон на помыв, прохожу в душевую. Не я один помыться здесь решил: в душевой: пар + рыла-тела мужеския. И это понятно: горячая вода зимой…

Внешний его облик почти забылся. Неясно и скорее всего недостоверно мелькают в памяти редкие темно-русые вихры, стертые краски небольшого круглого лица, не слишком чистая и слишком легкая по сезону одежда. Вот сейчас вспомнила вдруг, что однажды (без мамы) он принес бутерброд с селедкой, я думала,…

Смех у меня вырвался горький, сдавленный. Бад только что вышел из тюрьмы, где отсидел шесть месяцев по обвинению в нанесении материального ущерба: он расстрелял окна трех домов и выходящую на солнечную сторону витрину моего магазина на главной улице – единственной улице в городе Бойнтоне с населением…

Моя мать была моим ребенком. Я говорю об этом не в переносном смысле, но буквально, ибо мой универсум не напоминает универсум разрушения и дряхлости, в котором день за днем человек все ближе и ближе подходит к разверстой пасти могилы. Я любил свою мать – она вырастила меня, а затем я растил ее, и мои…

В школу Катя ездила на трамвае. Как все привилегированные городские школы, находилась она в самом центре, в двухэтажном, из бордового неоштукатуренного кирпича, здании бывшего Стефановского епархиального училища. Вагин поднялся в учительскую во время урока, нужно было дождаться перемены, чтобы классные…