Проза

— Усну, — бормотал он, благодушно улыбаясь, с закрытыми глазами, искал ее руку и замирал от какой-то сладости ощущения. Бывало, он целовал ее тут же, на горячем песке, мял ее крупное тело, целовал в мокрые губы прямо в реке и по дороге домой, у старой смолистой сосны. Когда они подходили к дереву,…

Казбек Микаилов, лингвист-кавказовед I – А поворотись-ка, сын! Экой ты смешной какой! Что это на вас за поповские подрясники? И эдак все ходят в академии? – Такими словами встретил старый Бульба двух сыновей своих, учившихся в киевской бурсе и приехавших домой к отцу. Сыновья его только…

Удивительно и, конечно, не случайно, что само имя Рюрик созвучно «ререг, рарег» — это «сокол» символ Рода, одного из главнейших богов славян. И родовой герб Рюрика, помещённый, например, на гербе Украины, не трезубец, как кажется на первый взгляд, а и есть сокол, сложивший крылья в стремительном полёте.…

— Чего говорить-то? Снялась да поехала. Я — птичка вольная. — Тебе вот бабушка в дорогу собрала, — девчонка, поежившись, протянула сетку. — Возьми. Валька покосилась на кульки, шмыгнула носом: — Пенсию, что ль, бабка получила? — Не, тетя Клаша угостила. К ней сын из Ленинграда приехал. — С…

— Хочешь прокатиться? Я увидел, как озарилось его лицо, как вспыхнуло оно радостью и благодарностью и как, пересилив этот порыв, он сожалеюще, но твердо покачал головой в стороны. — Нет… Не хочу. — Да бери, мне не жалко! — неожиданно для самого себя расщедрился я. — Или, может, не умеешь? Так это…

Речь идёт о таком произведении, которое могло бы стать для них своеобразным наставлением и источником всевозможного благополучия, в котором мирно бы уживались самые различные человеческие судьбы. И, в котором бы … — Пожалуй, достаточно, мне все ясно; только к чему весь этот разговор? — И в этот исключительно…

Кубик выкатывался из многочисленных желобков и падал в один из нижних квадратов поддона. Выпавшая на нем цифра говорила о шансах на успех конкретного предприятия, а показания счетчиков указывали на место начального события, которое и должно было привести к желаемому результату. К Игре прилагалась очень…

— Доллар против шиллинга, Хедли не выйдет из десятки. Или: — Ставлю доллар, Столмейер поймает первый же мяч. Перерыв заканчивался, на поле уже выходили судьи, как вдруг один из мальчишек разревелся. — Чего ревешь? — cпросил Хэт. Мальчишка что-то промямлил сквозь слезы. — Чего — чего? — переспросил…

Встречать его было некому. Он стоял в очереди позади еще троих мужчин и смотрел, как они получают свои вещи, подписывают какие-то бумаги и уходят; все они проделывали это совершенно одинаково, словно других вариантов не существовало, — и это после такого долгого ожидания. Именно ожидание сделало их всех…

В трамвае, к счастью, было не так тесно, как в поезде. Мы сели рядом и продолжали беседовать о том о сем. Господин Т. этой весной вернулся в Токио из Парижа, где он служил. Поэтому разговор зашел о Париже, о госпоже Кайо [3] , о блюдах из крабов, о некоем принце, совершающем заграничное путешествие.…

Жена оказалась права: зрелище несколько развлекло Бен-Товита, а быть может, помог в конце концов крысиный помет, и ему удалось уснуть. А когда он проснулся, боль почти исчезла, и только на правой челюсти вздулся небольшой флюс, настолько небольшой, что его едва можно было заметить. Жена говорила, что…

Повествование открывается описанием подготовки к отъезду и завершается на визите к королю Карлосу II в одном из дворцовых покоев. «Его Величество явил мне свое благоволение,– гласит заключительная фраза рукописи,– и протянул для лобзания руку, но прежде, нежели успел я запечатлеть на ней поцелуй, завладела…

Эта новость не слишком обрадовала Назру, самую молодую, самую красивую и самую независимую из жен принца. Она совсем не хотела возвращаться в Васабию. Годы, которые она провела в Америке – даже под строгим присмотром Шаззика, сурового и (как говорили злые языки) кастрированного камергера принца Бавада, –…

Так говаривал ее муж, умерший пять лет назад. Он всегда радовался даже неожиданным звонкам. Не зная, кто отзовется на другом конце провода, всегда весело восклицал: – Смотри-ка, звонят! Муж не изменил своей привычке и тогда, когда слег из-за болезни. – Телефон, – вторила ему Сигэко, будто они хотели…

– Подавишься, – сказал Клит, рассматривая крепость, прилепившуюся к южной стороне неприступной скалы... – Обижаешь, – усмехнулся Александр. – Забыл, кто я? И призвал к себе начальника трехсот своих скалолазов и приказал ему взобраться с людьми по северной стороне скалы на самую вершину и подготовить…

И еще кое-что подталкивало меня к решению проблемы насильственным путем. Это кое-что было убеждением, что не кот, завещан мне, а я коту. – Хорошо, что в дом не пошел, – подумал я, пристально посмотрев на животное, продолжавшее сверлить меня глазами. – Если бы пошел, точно увидел бы на кухонном столе…

Войдя в кубрик, Ганс вонзил в меня свой наглый взгляд и зашипел: – Ты! Спать! В ответ я только усмехнулся и пожал плечами. Указав на его лоб, я повертел пальцем в воздухе. Ганс налился кровью и бешено топнул ногой, а Чили захихикал. – Спать! – еще страшнее зарычал Ганс. – Что за шум? – послышался…

Таков был Филипп II; таковы были его отношения к Богу и к людям. Каждый деспот оправдывал свои тиранства благими целями: Людовик XI, Христиан датский, Эрик шведский, наш Иван Грозный проливали кровь знатнейших вельмож ради упрочения единовластия… Филипп II был душегубцем и кровопийцею ради распространения…

— Будем решать, кому идти со мной в Мангазейский ход. Афонька — отрезанный ломоть. Торговлей занялся. Промысел — не его дело. Начнем с Петрухи. Что скажешь, Петруха? Девятнадцатилетний Петруха, стройный, сероглазый, самоуверенно сказал: — Тут и решать нечего, батя. Я самый старший после Афоньки. Мне…

Но это случилось. Случилось одиннадцать дней назад. И все, или почти все, сразу узнали об этом. Весть переползала из дома в дом, приходили усталые, измученные бессонницей люди с оловянным взглядом, приходили в чужие дома и наставляли хозяев; их глухие голоса и мрачные взгляды подтверждали: началось.…