Любовные романы

За своими размышлениями о прошлом, вовсе и не заметила, как папа свернул на бездорожье, что свидетельствовало о том, что до конечного пункта нашего маршрута оставалось совсем чуть — чуть. — Доченька, я знаю, что ты у меня уже совсем взрослая и все сама знаешь, но все равно повторюсь: — повернувшись…

— Ага, вот еще моду взяли с этими карточками ходить. Ну, и где в ней деньги видны? Несерьезно как-то, кошелек открываешь, а там пусто, только эта картонка лежит. Не понимаю… — Тюркан махнула рукой и подошла к плите. — Не видела, брат проснулся? Дефне отрицательно помотала головой. — Я вчера со всеми…

Вспомнила, как Гена бил в её дверь. – Открой, открой! Ты что, с любовником?! С любовником!! – А ну прекрати! – Бешено выкрикнула тогда Вера. – Одна я, дурак! Послышались звуки борьбы. Вера вскочила, рванулась к двери, распахнула – в комнату кубарем влетел Гена. Его шевелюра была всклокочена.…

На третий день дело пошло ещё хуже, потому что джинсы Серхио украсила солидных размеров дыра пониже задницы, а чемоданы таинственным образом исчезли. Более или менее серьёзные заведения вовсе отказывались теперь вести с ним разговор, хотя Серхио был уверен, что подобный имидж только на руку обитателям…

Уже полчаса Лена бродила в растерянности по отделам нижнего белья. Чёрное – банально, красное – провокационно, белое – слишком скучно. Совсем запутавшись в многочисленных рядах, вешалках, крючочках, Ленка чуть ни плакала от досады. Откуда ей знать, что может понравиться Максиму? Кружева? Что-то вызывающее?…

Моя мама была очень разочарована, увидев, что ее родная сестра за те четыре года, что они не виделись, ровно на столько же и постарела. – Мэгги, разве можно в твоем возрасте так неудержимо стареть?! – радостно воскликнула моя мать. – Молли, что ты такое говоришь? – чуть не упала в обморок моя старая…

Настоящее время Да тогда я действительно была счастлива, пока не услышала разговор отца и его друга. Тогда весь мой мир перевернулся. Воспоминания (POV Диана) Проходя мимо папиного кабинета, шла на кухню взять молоко с печеньем, но услышав свое имя, остановилась. Лучше бы и дальше оставалась в…

Всему виной, наверное, воспитание. Опять, должно быть, женская вина. Ведь воспитывают детей в основном женщины. Даже в полных семьях. Растят из сыновей центры вселенной. Вот они и не считают важным любить подобающе жен. Спросить у матери своего мужа я не решалась. Вряд ли она намеренно вырастила его…

– Хейз. Я убираю телефон и киваю своему однокурснику Пайку. – Когда у вас игра? – интересуется он. – В пятницу, – отвечаю я. – Приду с подружкой, – ухмыляется он. – Нарисовать плакат с твоим именем? Фыркнув, я пихаю его в плечо. – Ага, конечно. – Ладно, чувак. Еще увидимся. Удачи. – Тебе…

Вернувшись к чтению, она поняла, что все записи нужно выбросить. Пора взрослеть и жить обычной жизнью: создать семью, родить детей, а не летать в облаках. От злости начала вырывать листы из тетради. Труд нескольких лет методично превращался в жалкие клочки бумаги. Затем настала очередь обложки. Две минуты…

– А у московских барышень, по-твоему, не бывает мужа-неудачника и сопливых детей? – Если так, то они дуры непроходимые! При таких-то возможностях! – По-моему, счастье не зависит от географии. Можно быть абсолютно счастливой в моей Сортавале, и абсолютно несчастной здесь. – Вот поэтому я тебя и…

– Ну и что? Олега ценят на работе. Он один из величайших людей нашего времени. Все его программы насыщены мыслью. Он входит в круг людей, которые далеки от программирования, но считают Олега своим человеком. А я занимаюсь домом… – Вы десять лет живете в съемной комнате. Разве можно это назвать домом?…

Невысокого роста худенькая женщина вышла из кухни, ее глаза сияли радостью от предстоящей встречи. Губ коснулась легкая улыбка. Она любила Дарена. Миранда знала его с младенчества и души в нем не чаяла. Она и меня полюбила. У этой женщины было огромное сердце. Вечерами она спасала меня от одиночества,…

– Дайте закурить, – попросил он… А дальше вертушка полетела по трубе вверх. Ее засасывало, и казалось, что они давно должны были пролететь мимо солнца, мимо всех планет и звезд, где нет уже больше ничего: закончилось пространство, галактика, жизнь… *** Мальчишки жужжали, как черные оводы. Громко…