Фэнтези

–Отец, – спокойным голосом начал он, – вы всегда мне говорили, что ты не знаешь, настоящий ты мужчина или нет, пока не встретишься с опасностью лицом к лицу, что звание рыцаря добывается не происхождением и родословной, а потом и кровью, что истинно благородный человек должен всегда выбирать трудный…

Выдохнув из легких напряжение, девушка двинулась к своей добыче, проваливаясь по колено в сугробах. Свернув с протоптанной тропы, Астра аккуратно начала спускаться по крутому склону вниз к небольшому озеру. Пламенно-рыжие кудрявые волосы пружинили в такт на каждый ее шаг. На каждое приземление ноги…

Я вздохнула. Аргументы Маринки были убедительны, но червячок сомнения грыз меня изнутри. Аделаида убедительно просила подменить ее сегодня – днем у ее мужа стало плохо с сердцем, и она отправилась с ним в больницу. Отказывать жаждущим общения с ведьмой было уже поздно, и вот результат. Мы были чем-то…

Когда мне было шесть, и у меня отбирали флейту, я плакал. Когда мне было десять, я тайно мечтал о том, что, научившись драться, сбегу и снова займусь любимым делом. В четырнадцать я кричал, хулиганил и вопрошал у старого седого аран-тал Вермина: почему я? Кто так решил? И почему я, дитя свободного…

Темноволосый эльф нежно проводит рукой по древу, усилием воли унимая сильную дрожь в левой руке, и поднимает глаза ввысь. Оттуда летит одинокий сочно-зелёный лист. Неффин так давно не видел живых. – И что бы это могло значить? – удивлённо шепчет эльф, пристально рассматривая лист. – Это благосклонность…

Я немногое знаю о мире. Знаю, что я — это я, и что я — Человек. Что у Человека есть Стая — самое главное в жизни. Знаю, что Люди все разные — есть на свете Ежи, Жуки, Обезьяны, Шакалы — и всякий способен на что-то своё. Знаю то, что я — Рысь. Что родители ушли охотиться на Ягуаров, враждебную Стаю, и…

— И я тебя люблю дорогой, — показав мне язык она скрылась за дверью. — Бестия, — ухмыляясь покачал я головой, чувствуя, что женился на той самой девушке. Но пришло время вставать с постели и идти завтракать, а то все остынет. Как бы не хотелось еще понежиться в теплой кровати… Я уже физически не…

А потом началась операция по спасению. Как на нижних этажах, так и откуда-то сверху, со стороны, послышались выстрелы и крики, вот тогда-то я действительно испугался. Всё электричество в здании отключили, так что ничего не было видно, только выстрелы со стороны. Трое бандитов… или террористов насторожились…

Это был ее голос. Артур повернулся и увидел девушку у кассы, стоящую к нему спиной, примерно его роста, с шикарными волосами, с локонами цвета спелой пшеницы с вплетёнными в них розовыми лентами и в изящном кружевном платье розового цвета. Она, почувствовав на себе его взгляд, повернулась на мгновенье…

Сняла с предохранителя. Машинально спустила курок. Пуля лишь застряла в серой морщинистой груди существа. В голове проскочило замешательство. – Твою мать! - повторила полицейская более рассерженно. Нельзя показать страх, даже если ляжки трясутся. В чёрных, словно дым Ада, глазах создания промелькнула…

Рукоделием я никогда не увлекалась и потому скоро начала зевать, слушая довольно монотонное чтение Урсулы. Дверь распахнулась неожиданно. Плакса Селена сразу зарыдала, Урсула сделала строгое лицо и отложила книгу, а самая красивая среди нас – Элла – вскочила, улыбнулась, в один миг расправив локоны и…

Вильо нежно улыбнулась дочери. Огоньку было пять лет, и по сравнению с матерью она выглядела несуразно. Рыжая, конопатая, неуклюжая, очень похожая на своего некрасивого отца. Вильо любила дочь больше всего на свете, но в последнее время очень боялась за нее. Даже сейчас в ее голове роились тысячи страхов.…

Этой ночью мне выпадет единственный шанс доказать, что я имею право претендовать на звание Аниманта – мастера душ. Одной лишь демонстрации способностей будет недостаточно: люди ждут от меня совершенства, и они его получат. К рассвету завтрашнего дня все будут убеждены в том, что во всем королевстве не…

– Еще раз умрешь – уволю! – Лик говорил тихо, из-за спин спасателей, но Клеомен расслышал каждое слово, несмотря на то, что только что вернулся в собственное тело. – Где она? – Рядом. Живая и невредимая.   Она спала. Просто спала. Таково было заключение медиков. А когда очнулась…   Черт улыбнулся.…

– Может и хорошо, что ты многого не знаешь, – улыбнулся ему старик. Ричард открыл дневник и начал читать. Похоже, что книжка была довольно старой, но никто в ней, кроме Гроффа ничего не писал долгие годы. На титульном листе значился список обладателей дневника разным почерком, а все записи на страницах…

– Отец немного постарел. Вроде бы, до моего появления они были вполне счастливы. Но теперь, все изменилось. Считай, они поплатились за твои страдания, пришло время мести! – Что произошло? – Они потеряли сына. Принц Олинор, старший из близнецов, погиб. Гилда покачала головой, на миг на нее лице…

– Знал, что все не будет просто, – в звенящей тишине, его слова, сказанные хриплым бархатным голосом, совсем не похожим на голос старца каким он казался сейчас, скорее это голос взрослеющего юноши, еще не сталкивающегося с реалиями мира и не погруженного в привычный вихрь каждодневной рутины, лучащийся…

Как будто если Грегор не разрешит, то новобранец вежливо извинится, повесит трубку и оставит его в покое. Вот только что должно стрястись, чтобы пришлось выдергивать инспектора по особо важным делам? В Вавилоне преступления происходят нечасто, убийства так вообще пару раз в месяц. Самый низкий уровень…

Вики подумала, что никогда в жизни не ела ничего вкуснее этого вот черствого хлеба с тушенкой и кусочком сыра поверх. – Можно я немножко бабушке возьму? – спросила она шепотом. – Бери сколько хочешь, я с голоду не умру, – ответил парень и присел напротив. – Тут все так паршиво, да? Раньше поселок,…

      Фируз выбежал из класса и поспешил к выходу… В этот момент его окликнула завуч, которая вышла из дальнего крыла коридора и попросила отнести журнал в кабинет директора на третьем этаже. Фируз был раздосадован, но не смог отказать ей. Он быстро отнес журнал и поспешил к выходу из школы. В этот момент…