Альтернативная история

Пока мы Люка с бараном ждем, я вам представлю всех участников дебоша. Командиры наши: ШураРаз, позывной – «Фермер». Майорармеец в отставке. Любит нас «строить», и мы ему за это благодарны. Не дает он, знаете ли, действу окончательно в пикник превратиться. Именно его стараниями у нас и не принято…

— Они тебя приоденут так, что, я тебе говорю, случится страшное. Если ты с великим князем войдешь в бальную залу, где в это время будет танцевать англез тысяча самых родовитых дворян, все они обернутся только на тебя! Ой-вэй, да князя даже не заметят! — Ну, это ты врешь! — усмехнулся я. — Никакого…

— Затем, что Куба — друг и союзник. Наш непотопляемый авианосец под боком США, как любят выражаться газетчики. Фидель уже звонил, очень беспокоился, что у нас тут происходит. Даже помощь предлагал, хе-хе. Военную. Спасибо ему, конечно, но мы и сами справились. Вот ты ему и расскажешь, как справились.…

Не успеваю поправить её локоны, как какая-то подружка, почти силой утащила «госпожу» в зал. А я, как приказано, примостилась на стуле в уголке и сижу, караулю хозяйские вещи. В полумраке меня и не видно. Из бального зала доносится красивая музыка, она успокаивает, заставляет улыбнуться, вот бы покружиться…

У Петра аж руки тогда зачесались. Так хотелось самому к этому вороту встать, рычаги покрутить, почувствовать, как сверло в металл идет, как стружка сыпется. Он ведь сам и плотник, и токарь, и корабел — любит ремесло, любит, когда из дерева и железа вещь умная, полезная выходит. Но нельзя! Кругом соглядатаи.…

Капитан КГБ кивнул, будто подтвердил правдивость моих слов. Он на секунду опустил взгляд на папку (как и требовал описанный Артурчиком «метод»). И тут же снова направил взгляд мне между глаз. — Как вы оказались на этой скале в столь поздний час? — спросил Лев Петрович. — Почему вы явились туда один,…

Пока девушки изучали мир посредством просмотра любовных сериалов, я зарылся в новости. Да, действительно шла война с Наглами и с присоседившимися к ним Франками и Персами. Подробностей не было. Да и вообще, все, что происходило, больше напоминало фарс, и я не понимал, как отец это все не пресек. У нас…

– Возможно, стоило. – Тогда кто бы помогал оперировать вас, государыня? – Не пытайтесь разжалобить меня, князь! За оказанные услуги вы и ваши знакомые вознаграждены весьма щедро. Отвечайте по существу! Что сделала Ольга? – Вручила Елизавете Давыдовне жалованную грамоту, после чего отвела меня в…

— Извини, друг, — я похлопал его по плечу, — но ты же знаешь меня. Работа прежде всего. — Ну хоть такси вызови, — настаивала Света. — Ты же выпил. — Пройдусь, проветрюсь. Мне нужно подумать, — покачал я головой. Попрощавшись со всеми, я вышел на улицу. Прохладный ночной воздух освежил голову. Я…

Кум мягко стелил, заходил с разных направлений. Обещал послабление режима, похлопотать об амнистии. Я на это лишь криво улыбался. Подгорный листал мое личное дело, притворно качал головой, зачитывая приговор, в котором меня лишили всех воинских наград: — И этот вопрос порешаем. Сейчас активно идет…

— Вот слушаю я тебя, Лис, и поражаюсь: ты сам-то веришь, что четырнадцатилетний пацан, приехавший из глухомани, мог сделать все, о чем ты рассказал? Такой объем дел не всем спецслужбам под силу, и ты это знаешь не хуже меня. Я еще могу поверить в его торгашеский талант, но вот в возникшую на ровном месте…

Но в то лето так и не поехали, потому что на Вована без слёз нельзя было взглянуть — до того был жалкий и слабый. Зато в запасе оказался целый год, чтобы как следует подготовиться и продумать детали будущей экспедиции. Между собой иначе её не называли. — Куда намылился, старый пень! — бушевала Вовкина…

Время шло. Часть поднята по тревоге. Но угрозы я по-прежнему не уловил — что-то было не так! Чуйка, которой я давно привык доверять — молчала. Ложная тревога? Что за черт?! Присутствовала какая-то не реалистичность происходящего. Что именно там взорвалось и как — не ясно. Топливозаправщик? Может…

— Никакой. Но их цель была предельно ясна — уничтожить склад. А все потому, что им пообещали хороших денег. Но тот, кто их нанял, своего лица не показывал. Они только сказали, что этот человек военный, молодой. Возрастом около двадцати лет. — Ага… И вы решили, что это я? — А почему нет? — Товарищ…

Новые авиационные снаряды снаряжаются специальной взрывчатой смесью почти в полтора раза мощнее тротила, а двухслойная оболочка даёт в два раза больше осколков. Так что в небе потенциального противника ожидает весьма неприятный сюрприз… Модернизировались также бомбардировщики СБ, которые получили полностью…

— Но у нас нет зарубежных филиалов, — сделал я неубедительную попытку. — А должны появиться! — с нажимом произнес генерал. — Ага… Теперь начинаю понимать. — Мы укажем, какие страны представляют для нас особый интерес, а ваши сотрудники закроют глаза на те операции, которые будут проводиться в этих…

Почему так жарко? Я прямо горю. Летом в Сирии пекло, но сейчас осень. Болит живот, сильно. Рука скользит вниз, натыкаюсь на повязку. Живот забинтован. Прикрыли рану? Щупаю марлю – сухая. Сую палец под бинт – узелок, под ним – шов. Оперировали. Но кто? Владик? Он бы не стал. Стянул бы рану и отправил…

От ягод в желудке не потяжелело, но дурной вкус во рту сменился приятным. Духарев покинул малинник и почапал дальше. Направление выбрал – чтобы солнце в затылок светило. Настроение улучшилось: тепло, воздух чистый, деревья большие… Знать бы еще, где и куда идешь. Часика через полтора Духарев вышел…

Эти мои «орлы» глядят на меня с недоумением. Писари-то, понятно, привыкли бумаги марать да циркуляры строчить, а тут им — «технология», «стандарт»… Офицеры вроде смекают, о чем толкую, да и для них все это в диковинку. Бюрократия, она и в Африке бюрократия. Поскрипели, конечно, но указ государев — не…

– Имена! Как они друг друга называли? Старшего как звали? Ну! – Кажись… Погошем… – Староста поскреб затылок. – Или Тогошем… – Тотошем? – раздался звонкий голос князя. – Ага! – Староста обрадовался. – Точно, Тотошем его кликали! – Угры! [1] – пухлые губы киевского князя изогнулись по-волчьи. –…