Чтение онлайн

Главный трейдер был одет в робу. Их кожа была покрыта белой эмалью, и их

волосы были окрашены соответственно. Она описала, как они отбирали

отмеченных заключённых, и тех, кто показывал знаки гнили – жёлтые и

бледные, жёлтые глаза – были отпущены.

– Я слышала рассказы о белых священниках, – тихо произнесла сильф.

– Они верят, что могут переводить силы отмеченных на свои собственные

тела. Это ложь. Они больные. Лжепророки. Мошенники. Они претендуют на

власть, но у них есть их сумасшедшая

религия.

– Переводить нашу силу... как?

– При помощи ритуала… жертвой.

Нэт вздрогнула.

– У них есть несколько специалистов, но мне сказали, что я не

отмечена, поэтому они не хотят меня. – Она рассказала Лианнен о поцелуе

Уэса и о своём спасении. – Мои линзы… они вернулись. Я не знаю как…. Я

счастливая девушка, – сказала она.

– Счастливее, чем ты можешь предположить; только дух может

обеспечить такую защиту: спрятать твою истинную натуру, – сказала ей

Лианнен.

– Ох, я так не думаю, – запротестовала Нэт. – У меня был железный

ошейник, я ничего не могла сделать. Может трейдер просто не знал, что

искать.

– Нет, ты не видишь? Когда Уэс поцеловал тебя, он благословил тебя

защитой духа. Единственное, что даже железо не могло выдержать.

Нэт опешила.

– Но как?

Лианнен долго не отвечала. Но когда она заговорила, её слова казались

светом.

– Он должен любить тебя очень сильно, Нэт, чтобы сплести такие

могущественные чары, как это.

43

СЛЕДУЮЩИМ ВЕЧЕРОМ, ПОСЛЕ ТОГО как их собрали в круг, Нэт заметила,

что охрана отвлеклась. Внезапно раздался скрежет и корабль, накренившись

вправо, начал набирать скорость.

– Что происходит? – спросила она.

– Похоже, мы сменили направление, – ответил карлик, стоящий рядом

с ней.

Уэс свистнул ближайшему охраннику.

– Эй, парень, что происходит? Разве мы не собираемся на рынок?

Охранник засмеялся, демонстрируя сломанные зубы.

– Не беспокойся, приятель, аукцион всё ещё ждёт вас, но до этого боссу

приказали сделать кое-что ещё.

– Что?

– Почему я должен рассказывать это тебе? – ответил охранник и

обрушил на голову Уэса удар, способный убить более слабого человека.

* * *

Ответ пришёл на следующий день, когда они готовились к очередному

рабскому шоу. Работорговцы переходили от камеры к камере, вытаскивая

пленников, отмеченных для следующего шоу, но холод. Пленники достигли

точки невозврата, у них больше не осталось ни сил, ни желания для

представления. Пиратам придётся искать другое развлечение.

Они восприняли эту новость не очень хорошо. Чрезвычайно

уродливый пират

пинком распахнул дверь в камеру Нэт и Уэса и усмехнулся,

обнаружив их сидящих на полу и ослабевших от холода.

– Чтоб вы знали, завтра ваш драгоценный Церулеум станет очередной

оккупированной территорией. Возможно, они назовут его Нью-Азул.

Нэт в ужасе подняла голову.

– Что вы имеете в виду?

– ВМФ уже на пути к месту его расположения. Мы спихнём вашу

компашку на корабль Уха, чтобы двигаться быстрее. Джоли хочет, чтобы мы

путешествовали налегке и могли подобрать любую награду. Они должны нам

за проделанную работу, – сказал он, посветив фонариком им в глаза и

одобрительно заворчал.

– Ищешь признаки морозной болезни? Не сможете нас продать, если

она слишком далеко зашла? – спросил Уэс.

Пират кивнул.

– Да. В конце концов, откуда ты знаешь, что земля единорогов и мёда

существует? Свежий воздух и пища для всех, ага? Если бы.

Он фыркнул, и оставил их в камере.

Церулеум.

Валлонис.

Военные были на пути к Церулеуму, так что ОША смогут заполучить

эту территорию в качестве очередного расширения своих границ, навязывая

свою волю и господство над землёй.

Уэс уставился на Нэт.

– Камень… ты не надела камень, – сказал он и ужас разливался по его

лицу. – Почему ты не надела камень?

– Потому что я его отдала, – ответила она осторожно.

– Что?

– Я отдала его Эйво.

– Зачем?

Нэт покачала головой.

– Перед тем как появились трейдеры и белые священники, Эйво отвёл

меня к себе в комнату.

Уэс схватил её за плечи.

– Что он сделал?

– Нет… это было не то… он не этого хотел.

Она вспомнила самодовольную улыбку работорговца. Как он положил

руку на её ключицу, погладил подбородок.

– Изысканно, – прошептал он, имея в виду камень. И Нэт отстегнула

цепь и отдала камень без борьбы.

– Голос в моей голове сказал, чтобы я так сделала, – она посмотрела

на Уэса глазами, полными слез. – Я пыталась сопротивляться, но не смогла

остановиться. Я же говорила тебе, что я монстр. Со мной что-то не так. Я

отдала его, Уэс. Я отдала камень.

Ярость и опустошение. Опустошение. Она была катализатором, она

была ключом... Что же она наделала? Неужели она оставила надежду?

Неужели они превратили её в нечто? Было ли это нечто запрограммировано в

ней в МакАртуре? Она не смогла остановиться, отдала камень так легко,

будто это был просто брелок, будто он ничего не значил. Как будто и

Церулеум ничего не значил для неё.

Она опустилась на колени.

– Надежды нет. Все пропало, как и говорила Лианнен.

– Прекрати! Дай мне подумать, хорошо? Просто перестань! Разве ты