Я тебя сломаю
Шрифт:
Смирнова Арина Леонидовна. Двадцать пять лет. Не замужем. Детей нет.
Я никогда не забуду день, когда впервые увидела свой паспорт.
Было лето, солнце припекало так сильно, что не спасал даже кондиционер. Яркие лучи без труда пробивались сквозь щели в шторах и больно резали глаз. В палате было как всегда душно.
Шла первая неделя моего пребывания в клинике, и я только-только начинала приходить в себя после того, как врачи почти двое суток корпели над моим искалеченным телом в операционной.
Первое, что я тогда спросила — «Кто
Когда видишь такое в кино или читаешь в книгах, все кажется глупым, наигранным… просто фарсом. Один и тот же вопрос. Раз за разом. Как по замкнутому кругу. Скучно.
Но стоит оказаться по ту сторону экрана, как все мигом становится на свои места, и то, что когда-то казалось глупым сценарным ходом становится твоей суровой реальностью. Правдой, в которой ты вынуждена существовать.
Не знаю, как я тогда выглядела со стороны, но внутри я себя до сих пор чувствую отвратно. Наверное примерно так ощущают себя марионетки в театре. Пустые. Безымянные. Безвольные…
Не хочу быть одной из них!
Не буду!
Сделав несколько глотков, мысленно велю себе успокоиться. В одном Михаил Викторович прав — так я себе точно не помогу. Нужно собраться, взять себя в руки.
— Вы же следуете инструкциям, Арина Леонидовна? — без эмоций произносит доктор Вершинин. — Надеюсь, мне не нужно объяснять…
Закрываю глаза. Делаю глубокий вдох и встаю. Расправляю складки на юбке, что доходит почти до щиколоток.
— Нет, я прекрасно помню каждое ваше слово, — выходит довольно грубо, но мне уже плевать. — Простите, что отняла у вас время. До свидания.
Беру сумку, кожаную куртку, которую скинула при разговоре и, не надевая, выхожу из кабинета.
Чтобы тут же едва не налететь на высокого темноволосого мужчину в синем костюме.
— Извините…
— Ничего. Я не против пообниматься с красивой девушкой, — тянет незнакомец, растягивая губы в улыбке. Но на меня она производит обратный эффект.
Кожа покрывается мурашками. Я пугаюсь его вкрадчивого тона. Вздрагиваю и тут же отстраняюсь, насколько это возможно в пределах небольшой приемной.
Нервы ни к черту уже не первый день, а я все еще наивно грежу о каком-то прогрессе. Браво, Арина, просто браво! Такими темпами скоро параноиком станешь.
— Простите еще раз.
Делаю еще один шаг. Пячусь назад и, споткнувшись о ножку дивана, едва не падаю.
Упасть мне не дает все тот же мужчина. Крепко обхватив за талию, притягивает к себе почти вплотную.
— Ну ты чего, солнц? Надо быть осторожнее. Помощь не всегда может успеть.
Я механически киваю, так и не поднимая взгляда. Дожидаюсь, когда уберет руки и пулей вылетаю из приемного отделения.
Понимаю, что веду себя странно. Что это не нормально — постоянно бояться и вздрагивать от каждого шороха, но я ничего не могу с собой поделать!
Я даже не знаю, откуда это все взялось? Почему?
Да я даже себя толком не знаю! О чем тут еще можно говорить?
Врач твердит, что это последствия
аварии. Что мне не о чем волноваться. Нужно просто отвлечься, найти себе какое-нибудь занятие. Но как я это сделаю, если мне даже на улицу страшно выходить?!В последние три недели так тем более.
Мне постоянно кажется, что за мной следят.
Путь от моей крошечной квартирки на окраине города до ближайшего магазина — настоящая пытка. Постоянно ищу предлог, чтобы лишний раз не выходить за порог. Даже попросила соседку делать для меня покупки. Благо, денег у меня пока достаточно.
О будущем стараюсь лишний раз не думать.
Мне бы для начала с прошлым разобраться…
Это всего лишь нервы, Арина. Просто нервы. Слышала, что сказал Вершинин? У тебя просто паранойя!
Я сглатываю. Торопливо натягиваю куртку, перебрасываю сумку через плечо и выхожу в фойе.
Сегодня здесь особенно многолюдно…
Чувствую на себе чужие взгляды и мгновенно напрягаюсь. По коже проходится холодок.
Нет-нет…
Это наоборот хорошо. В толпе легче затеряться…
— Аришка, привет! Вот это встреча. Никогда не думала, что увижу тебя в таком месте! Ты как вообще? Куда пропала?
Я даже не до конца осознаю, что обращаются именно ко мне. Оборачиваюсь по инерции. И не могу скрыть удивления, когда вижу перед собой молодую девушку лет двадцати пяти в стильном комбинезоне.
В руках она держит маленький клатч и прозрачную папку с документами.
Растерянно моргаю и мотаю головой.
— Мы знакомы?
— Смеешься? — хлопает кукольными ресницами незнакомка. — Ааа, я поняла. Ты тут с мужчиной. Не хочешь, чтобы узнал нашу маленькую тайну? Не волнуйся, от меня он точно ничего не услышит!
Девушка понимающе улыбается и подмигивает, будто у нас с ней и правда есть какой-то секрет.
У меня. С ней…
Бред какой-то!
Что общего у меня может быть с… В голову лезет всего одно слово, которое я не хочу даже произносить.
Нет! Это ошибка! Это какая-то ошибка, точно.
Она обозналась! Девушка просто ошиблась, приняла меня за кого-то другого. Так бывает. Бывает же?
А имя… Мало ли в нашем городе Арин? Это просто совпадение, не более!
Цепляюсь за свою догадку, как утопающий за спасательный круг. Даже сама начинаю в нее верить. Ну, или заставляю себя поверить, а иначе…
От мысли, что это может быть правдой, в груди все замирает. Сердце перестает биться, а к горлу резко подкатывает тошнота.
Я не могу быть шлюхой! Не могу… Это невозможно!
— Боже, Ариш, ты чего? Бледная, как смерть…
Тянется ко мне, хочет взять за руку. Не позволяю.
— Вы… Вы меня с кем-то перепутали, — говорю еле слышно. — Я не та, за кого вы меня принимаете… Простите. Мне нужно идти.
Разворачиваюсь и спешно покидаю клинику, ни разу не обернувшись.
Только когда оказываюсь на остановке, позволяю себе отдышаться. Падаю на скамью и без сил откидываюсь на стеклянную стенку. Закрываю глаза.