Чтение онлайн

Оказавшись в саду герцога, я почувствовала, как сердце заколотилось ещё быстрее.

Сад герцога поражал своей изысканностью и безукоризненной ухоженностью: гладкие клумбы редких цветов, тщательно подстриженные кусты и серебристые дорожки из мелкой гальки. Очевидно, герцог Пемброк не жалел средств, чтобы окружить себя роскошью, о чём свидетельствовал не только сам сад, но и каждое его растение, каждый цветок, взлелеянный с заботой и мастерством. Арендовать такое чудо было удовольствие не из дешевых.

Пройдя чуть дальше, я остановилась, поражённая видом поместья: величественное и внушительное, оно

возвышалось над садом, отражая амбиции и статус хозяина. Сдержанный каменный фасад, обрамлённый резными элементами, придавал особый шарм. Несмотря на мою решимость, при виде этого дома меня на миг охватило смущение.

На мгновение во мне мелькнуло сомнение, но я тут же прогнала его прочь. Я пришла за ответами. И я должна как минимум попытаться их получить.

Обходя дом с тыльной стороны, я обратила внимание на пару карет, выстроившихся в ряд у служебного входа. Очевидно, у герцога гости, и, судя по громкому смеху и звучащим из окон голосам, визит был весьма оживлённым. Меня вновь пронзило сомнение. Захочет ли герцог оставить гостей и поговорить со мной? Не знаю...

Но я уже была здесь и знала, что упустить момент нельзя. Направившись к главному входу, я решительно потянула за звонок. Через минуту дверь открыл лакей, взглянув на меня с удивлением.

— Чем могу помочь, мисс? — спросил он с вежливой сдержанностью, его взгляд выражал лёгкое недоумение, явно не ожидая еще одну гостью на сегодня.

— Добрый день, — начала я с ноткой официальности, чтобы звучать увереннее. — Я, мисс Виктория Эшвуд — соседка герцога Пемброка и хотела бы на минуту увидеть его светлость.

Лакей помедлил, затем посмотрел на меня с лёгким неодобрением, но всё же отвечал любезно:

— Прошу прощения, но его светлость просил не беспокоить его сегодня. У него важные гости.

Да, я выглядела чертовски странно и неуместно здесь. Молодая леди, без сопровождения требует встречи с мужчиной. Что там говорила Маргарет? Ползут слухи? О, завтра они заполонят Бат со скоросью лавины, но меня уже здесь не будет так что...

— Понимаю, — ответила я, не намереваясь сдаваться. — В таком случае, может быть, вы могли бы передать ему сейчас, что я пришла? Это важно.

Но на этот раз он ответил ещё более решительно, как бы ставя точку в разговоре:

— Прошу прощения, мисс, но герцог выразил пожелание не беспокоить его ни при каких обстоятельствах.

В этот момент я услышала из дома весёлый женский смех которому вторил до боли знакомый мужской голос. Я содрогнулась и поежилась.

Боевой настрой утих и желание видится с Генри окончательно пропало.

И правда, я что действительно решила, что герцог оставит такую приятную компанию и побежит на встречу мне? Женщине которую он презирает и ненавидит?

То что он пытался встретится со мной еще ничего не значит. Возможно у него такое развлечение на досуге — делать жизнь Виктории Эшвуд невыносимой. Поэтому...

— Ну что ж, — я натянула на лицо вежливую улыбку, борясь с разочарованием, — тогда просто передайте его светлости, когда он освободится, что я заходила. Это всё, чего я прошу.

Слуга сдержанно кивнул, и я, медленно оборачиваясь, направилась прочь, не чувствуя под собой ног.

Из-за двери продолжили доносится звонкие голоса, женский смех, лёгкие, весёлые фразы — компании

было явно очень весело. Я сжала руки в кулаки, чувствуя горечь, которой сама не хотела признавать.

По крайней мере я могу написать ему письмо и решив все загадки раз и навсегда забыть, что Генри Ленгтон вообще когда либо существовал.

Назад я шла, держа гордо поднятую голову, но чувствуя, как холодок разочарования пронизывает меня. Сколько надежд я вложила в эту дерзкую вылазку, уверенная, что встреча с Генри поможет мне найти ответы. Но всё, что я получила взамен, — это ощущение, что шагнула за грань приличий, но так и не приблизившись к разгадке ни на йоту.

Лишь понеся потери физические и репутационные.

Впереди показалась старая калитка и я на этот раз уже более уверенно и осторожно протиснулась через узкий проход. Мне повезло — в этот раз всё прошло без новых царапин и разрывов на платье, и я выбралась обратно в свой сад, не привлекая внимания ни одной живой души. Затворив калитку я попыталась вернуть дверцу в исходное положение и обернулась к дому.

В коттедже было тихо, словно дом погрузился в ночное безмятежное забытье.

Глубоко вздохнув и мысленно попросив Бога о помощи я проскользнула в двери черного хода.

В коридороах было темно, но память меня не подвела на этот раз и я смогла передвигать по дому наощупь.

Судя по всему мои молитвы были услышаны и я не встретила никого на своем пути. Хотя тот спонтанный отьезд, что запланировала Маргарет должен был вызвать настоящую панику у малочисленной прислуги, но мельтешащих служанок и лакеев к моему большому удивлению не наблюдалось.

Вернувшись в свою комнату, я села на стул у окна, обдумывая, что же делать дальше. Как только дело дойдёт до вечернего туалета, Молли, конечно, заметит следы моего приключения. Но немного поразмыслив я решила, что не обязана перед ней отчитываться. На крайний случай я всегда могу сказать, что мне стало душно и захотелось прогуляться по саду.

Решительно отогнав тревожные мысли, я услышала мягкие шаги в коридоре, и вскоре в комнату вошла Молли. Она лишь мельком взглянула на меня, на порванный подол, ободранные ладони, но промолчала, как будто ничего не заметила. Лишь коротко кивнула и подошла к комоду, извлекая из него мою ночную сорочку и аккуратно раскладывая её на постели.

В её спокойствии было что-то необычное, какое-то молчаливое понимание, как если бы Молли заранее знала всё, что со мной произошло. Она лишь протянула мне влажное полотенце, и я осторожно протёрла ладони, чувствуя лёгкое жжение от мелких царапин. Служанка внимательно наблюдала, но, как и прежде, не произнесла ни слова.

— Молли, — вдруг сорвалось у меня, но она лишь чуть подняла глаза и вопросительно взглянула на меня.

— Всё в порядке, мисс? — ровно спросила она, словно не догадывалась о моих мыслях.

— Да, — сказала я, и Молли вернулась к своему молчаливому ритуалу, помогая мне подготовиться ко сну с почти материнской заботой.

Когда она закончила, я позволила себе короткий вздох облегчения, наблюдая, как служанка молча вышла из комнаты, оставив меня в одиночестве с моими мыслями.

На самом деле врать ей мне жутко не хотелось, несмотря на то, что и горничная не была со мной на все сто процентов откровенна.