Возмездие
Шрифт:
Богдан воскликнул:
– Да что вы! Какие менты? Они ж из нас все жилы вытянут, тем более и я, и Давид числимся в федеральном розыске. Нет, уж лучше пулю словить в усадьбе, чем попасть к ним в камеру.
– Верно мыслишь. Поэтому при попытке вашего захвата, что, повторяю, возможно лишь теоретически, ты, Богдан, лично режешь бабе горло и с бойцами прорываешься в усадьбу. Там, сразу в холле справа, в кладовой остались стволы – два автомата и пистолет. В углу, за шкафом. Это на случай, если придется отстреливаться. Из усадьбы выходите к болоту и далее отходите вглубь по старой
– У сдвоенной березы.
– Да. Пройдете двадцать метров, и ментам уже не взять вас. Не зная, как проложена гать, преследовать вас они не смогут. Вы же выйдете к Бедянову, там вас подберет Дамир! Предупреждаю, у дома Казариной и при ее захвате, а также при передаче девки Сабирову работать молча! Это, еще раз повторяю, страховка. Менты ничего не знают о нас, похищения не ждут. Просто, сам понимаешь, в любом деле может сыграть свою роль случай. Поэтому я и проинструктировал тебя, если вдруг в наши планы вмешается случай. Ясно?
Богданов на удивление спокойно ответил:
– Все ясно, шеф! Задача понятна, и она будет решена!
– Хорошо. Я рад, что ты выходишь на акцию в таком настроении. Уверен, все пройдет по плану. А сейчас…
Абадзе повернулся к Гасанову:
– Дамир! Дай мне кейс.
Начальник охраны передал боссу «дипломат», который Абадзе протянул Богданову:
– Здесь, Георгий, деньги, документы, на которые снимете комнаты, шприц-тюбики с усыпляющим веществом, карта города, на которой указано местонахождение магазина «Секс-шоп». Новые номера телефона, зарегистрированные на подставных лиц, нож. Сверху фотографии Казариной. Запомнив, как выглядит девка, снимки необходимо уничтожить.
– Это понятно!
– Денег хватит и на аренду хат, и на содержание машин, и на питание в городе, и на куклу, и на заначку продуктов для нахождения на старой базе в течение пяти суток.
– Пяти суток?
– Это максимальный срок! Лучше выбросить остатки, чем остаться без пищи.
– Ваша правда.
– Ну, если все понятно, езжай, Богдан! Выполнишь задачу, не только вернешь былой авторитет, но и будешь поощрен. Я договорюсь с братом. Все, что обещал, – выполню. Давай, удачи!
– До связи, шеф!
Пожав руку Абадзе-младшему, Георгий Богданов сел на место переднего пассажира грузо-пассажирского автомобиля, и в 7.30 «Газель» выехала с территории террористической базы, направившись в сторону Карска.
Абадзе повернулся к Гасанову:
– Ну вот, Дамир, и началось!
Гасанов спросил:
– Когда гнать машину Блондину?
– После обеда отгонишь.
– Смотрю, лесник нарисовался на контрольно-пропускном пункте. Приказать, чтобы пришел вечером?
– Нет. Пусть пройдет.
Гасанов отдал команду пропустить старика.
Лесник подошел:
– Доброе утро, господа хорошие.
– Утро доброе.
Ванин кивнул на Гасанова:
– При нем говорить?
– Говори при нем.
– Лады. Ты просил за раскопками на городище присмотреть, так я присмотрел.
– Ну и что?
– Ничего, что угрожало бы тебе. Экспедиция как экспедиция. Чего ищут, не знаю, но пашут, как кроты. Каждый при своем деле. Усадьбой
никто не интересовался.– Точно ничего подозрительного?
Дед взглянул на главаря банды:
– Руслан! Ты забыл, какую жизнь я прожил? Кем был, кем стал. Да я опасность за версту чую. На городище все спокойно.
– Спасибо тебе, дед.
– Продолжать наблюдение?
– А ты на раскопки шел?
– Да! Увидел тебя, решил зайти, доложиться. Положено как-никак!
– Ну, если ты уверен, что на городище все спокойно, то и делать там нечего. Лишний раз светиться тоже не стоит. Ступай домой, отдыхай!
Матвей Григорьевич Ванин, вздохнув, направился обратно к КПП. Абадзе зашел в дом. Над террористической базой на какое-то время повисла мертвая тишина.
Накануне вечером, в субботу, 18-го числа, задержавшийся на службе Дементьев возвращался домой. Увидев участкового, со скамьи поднялся так и не нашедший денег на выпивку Василий Куленин:
– Здорово, участковый!
– Здоровей видали. Ты чего на улице трешься? Чего тебе дома, как добропорядочным людям, не сидится? На выпивку сшибал мелочишку?
– А если и так, то что? Я не хулиганю, мать не трогаю, ищу работу, правда, бесполезно, но ищу. Отчего вечером и не выпить? Вот только не на что.
– Шел бы ты домой, Василий. Время позднее. Если до этого не нашел денег, то сейчас уже не найдешь.
– Кто знает? Но это ладно. Я вот что хотел сказать. Давеча тут поставил машину, – Куленин указал на стоянку, – вон «десятку», мужик один. И направился прямиком в наш подъезд. Я, понятное дело, поинтересовался, к кому он приехал.
– Что, вот так напрямую и спросил?
– Не-е, я что, без понятия? Сигаретку стрельнул. Деньжат попросил. Сигареты дал, денег нет. Ну, в ходе базара и выяснилось, что мужик этот снял хату на третьем этаже, прямо над нами. У пенсионерки Иваниной Клавдии, та к сыну в новый микрорайон слиняла.
Дементьев спросил:
– Ну и что? Ну, снял человек квартиру, что в этом такого? Законом это не запрещено!
– Взгляд у него строгий, как бритва. Жестокий. Такой убьет и глазом не моргнет. А еще ствол у него. Проверил бы ты этого постояльца. А вдруг бандюган какой беглый? Или, еще хуже, террорист? Рванет супермаркет и свалит. Сейчас это без проблем. Я хоть «ящик» почти не смотрю, но слышу, когда мать на новостях зависает, чуть ли не каждый день или грохнут кого, или в заложники захватят. А самолеты чего падают, как стрекозы? Да тоже наверняка от взрывов террористов. Только об этом особо не распространяются, а то перестанут люди на курорты летать.
Дементьев покачал головой:
– Ну, нагородил! Сам-то понял, что сказал?
– А че?
– Ничего! Иди домой, ложись спать! Нечего болтаться на улице.
– Имею полное право!
– Имеешь. А я имею полное право задержать тебя до выяснения личности, ведь паспорта у тебя с собой наверняка нет?
– Так ты ж меня и без паспорта знаешь.
– А кому какое до этого дело?
– Ну, ты мент, в натуре! К нему по-человечески, а он… Дай полтинчик, слетаю в рюмочную и на хату. Потом отдам!