Вирус зла
Шрифт:
Первого обитателя Юрской океанической фауны они обнаружили только спустя час. К тоннелю, где находились молодые люди, подплыло что-то достаточно массивное, плотное, сразу заслонившее собой большую часть панорамы обзора.
– Это кто?
– поинтересовался Виктор, разглядывая морское существо, неспешно барражирующее вокруг людей.
– Лидсихтис, - ответила девушка, - гигантская костная рыба. Этот экземпляр средних размеров, его сородичи бывают и за двадцать метров длинной.
– Они тоже хищники?
– Нет. При таких размерах Лидсихтис не может быть хищником. Как современные
– Какие-нибудь акулы?
– Да. Кретоксирина, например. Семиметровая хищница, по очертаниям напоминает современную белую акулу. Она не брезгует охотиться и на сухопутных обитателей, по неосторожности заходящих в воду слишком глубоко, и на костных рыб. Бывает, атакует даже более мелких акул, но редко, можно сказать, с голодухи.
– Серьезная... Но с Мегалодоном она, мне кажется, не поспорит.
– Мегалодон - существо из другой эпохи. Если бы она появилась в океанах Юры, многое бы изменилось и не в лучшую сторону. Каждая эпоха, каждый геологический период рождают свои виды, и даже человеку не допустимо смешивать их. Тут и так представлено все многообразие существ Триаса, Мелового периода и Юрского. Разумеется, один вид мог кочевать из одной эпохи в другую, но все же этот парк остается искусственным образованием. В реальности именно такой вот фауны на планете не существовало.
– Надеюсь, они не вымрут по недосмотру ученых?
– Не беспокойся. Судя по существам, которых мы тут видели, они способны ужиться между собой, сохраняя баланс между хищниками и травоядными.
Они так увлеклись прогулками с динозаврам, что не заметили, как в этих широтах день полноправно вступил в свои права.
– Полетели домой?
– спросила девушка.
– Что-то я так притомилась.
– Не удивительно. Мы с тобой восемь часов здесь блуждали. Понравилось?
– Еще бы! Спасибо тебе, что пригласил меня, - поблагодарила его девушка и чмокнула в щеку.
Левап взмыл в воздух и после формальных переговоров со службой общественного транспорта понесся домой, в Русский регион. После Великого Объединения Народов и падения всех межгосударственных границ, территория Земли была поделена (чисто условно, прежде всего, по географическому признаку) на восемь зон или регионов. Наиболее крупным из них стал Русский, включивший в себя территории некогда бывших в прошлом стран СНГ, а также арктическую часть Северного Ледовитого океана, и часть Тихого, пригодную для строительства морских колоний. Несмотря на колоссальный прогресс технологий, человечество так и не решилось широкомасштабно колонизировать океанские глубины и до сих пор довольствовалось прибрежными зонами.
Вторым по площади после Русского региона был Азиатский, включавший в себя территории от Средиземного моря на Западе, до тихоокеанского побережья Китая на Востоке. С севера он граничил с Русским, а с юга омывался Индийским океаном. Самым маленьким на территории Евразии оказался Европейский регион, у которого, впрочем, имелись достаточно обширные морские территории. Весь Африканский континент, который к моменту Великого объединения победил голод,
перенаселенность и стал достаточно развитым, отошел к Африканскому региону, с наиболее крупными городами Хартум, Кейпатун, Аккра и Киншаса.Два американских материка образовали две зоны: Североамериканскую, из бывших США и Канады, и Латиноамериканскую, куда вошли страны Центральной и Латинской Америки.
Последним регионом стал Австралийский, который негласно называли Океаническим из-за обширных островных территорий в Тихом океане. В его состав вошли Новая Зеландия, Индонезия, Фиджи и множество мелких островных государств, теперь уже бывших.
Однако прошло еще восемьдесят лет, и на Земле появился еще один регион - Антарктический. Человечество без экологического ущерба смогло растопить "вечные" льды, и, используя климатические технологии, сделать из некогда безжизненной земли процветающую зону.
– Играла когда-нибудь в догонялки с рассветом?
– поинтересовался Виктор, выводя летательный аппарат на приличные скорости.
– Нет, а как это?
– Сейчас увидишь. Обещаю, это будет весьма необычно и очень красиво.
Зрелище и впрямь захватывало дух. Постепенно, смещаясь на гигантской скорости в атмосфере Земли к Западу, пилоты, словно уходили в прошлое, переходя из полосы дня в полосу утра. Свет Солнца становился из привычного, светло-золотистого, более густым, медовым; расстилавшийся под ними океан наполнялся невиданными до селе красками. Водяная гладь утрачивала свою голубизну, приобретала все более темные тона, и на ее поверхности, вдруг, просияла солнечная дорожка. Даже не дорожка, а целый путь!
– Боже!
– восхитилась Катя, - как красиво... Я никогда в жизни ничего подобного не видела.
Виктор отнесся к происходящему более сдержанно, хотя и он, видевший за свою жизнь это явление не один раз, ощутил всю прелесть данного момента.
Гагарин снизил скорость, сравняв ее со скоростью вращения Земли вокруг собственной оси, и таким вот образом они с Катей преодолели оставшееся расстояние, отделявшее их от поселка Михаль.
В родной терем Виктор вошел в пол десятого утра, но родители уже не спали.
– Где был, - спросила его Светлана Юрьевна, обнимая сына.
– Кое-где летал, я ж на отдыхе, - уклончиво ответил он.
– Все нормально?
– спросила женщина, прекрасно поняв недосказанное сыном.
– Даже очень. Где папа?
– В саду, что-то там делает, по работе вроде бы.
– Я тоже пойду, подышу воздухом.
Отдых отдыхом, но внезапно возникшие дела нужно было не забрасывать в долгий ящик, а посему Гагарин решил взять быка за рога и все как следует выяснить.
– Привет пап, - начал он вполне отстраненно, - как спалось?
– Да ничего в принципе, - ответил ему Федор Матвеевич, но в его голосе, во взгляде, во всем его внешнем виде таился некий вопрос. Вскоре Виктор узнал, какой именно.
– Мне нужно с тобой кое о чем по...
– Знаю. Садись.
– Знаешь?
– Конечно.- Он немного помолчал, окидывая сына беззлобным оценивающим взглядом, в котором кроме всего прочего была грусть, надежда и огромное терпение.
– Как там Гений поживает? Ответил он на твои вопросы?