Украденные главы
Шрифт:
– Оуэн, - повторил Киль, как будто у этого слова был неприятный привкус.
– Почему... голова... болит?
Оуэн попытался произнести пару слов, что-то вроде «понятия не имею, но это явно по злым, бесчестным причинам», но всё, что ему удалось выдавить, было:
– Ммм, - решив, что этого недостаточно, он несколько раз хлопнул ладонью по полу, а затем съёжился от звука.
Как они с Килем попали в библиотеку его мамы? Последнее, что помнил Оуэн, было... Подождите, что было последним, что он помнил? Это было так, как будто всё, что было в недавнем прошлом, просто исчезло. Он помнил, как Киля
Прогремел гром, и Оуэн схватился за голову, когда она взорвалась от боли, которая заставила его упасть лицом в пол. После мгновения чистой агонии что-то более насущное, чем боль, просочилось в его мозг.
– Ты чувствуешь запах дыма?
– спросил он Киля. Оуэн приподнялся и перевернулся на спину, чтобы, по крайней мере, он больше не ударился лицом, если бы упал.
– Возможно, - простонал Киль со своей стороны.
– Что-то горит?
Над головой Оуэна на потолке библиотеки начал виться густой чёрный дым, и, несмотря на боль, Оуэн немедленно сел.
– Киль!
– крикнул он.
– Библиотека в огне!
– Не ори!
– крикнул в ответ Киль, и они оба застонали. Гноменфут тоже медленно приподнялся и огляделся.
– Ой. Огонь. Это нехорошо. Подожди, я воспользуюсь... тем, что я умею. Магией. Чтобы потушить это.
– Жду, - сказал Оуэн, стиснув зубы и ожидая.
– Поторопись. Больно.
Пауза, а затем Киль ахнул.
– Их нет!
– Чего нет?
– Моих волшебных палочек!
– воскликнул мальчик, потом замолчал.
– Оуэн, я не могу вспомнить никакой магии, и моя книга заклинаний тоже пропала. Я не могу творить магию без неё и без своих палочек.
– Гениальное наблюдение, - произнёс слишком низкий, фальшиво звучащий голос у них за спиной, как будто кто-то говорил в устройство для изменения голоса.
– Что вызывает вопрос: что именно вы можете сделать, мистер Гноменфут? Какая от вас польза без вашей магии?
Оуэн повернулся и обнаружил, что смотрит на невысокую фигуру в коричневом пальто, шляпе Шерлока Холмса и белой маске с чёрным вопросительным знаком там, где должно было быть лицо.
Отлично. Это было совсем нехорошо.
– Джентльмены, - произнёс человек в маске, скрестив руки на груди.
– Я бы сказал, что игра в разгаре, но, к сожалению, ваша игра уже окончена.
Глава 11
– А ты кто такой?
– спросил Киль, с трудом поднимаясь на ноги. Оуэн последовал его примеру, но в этот момент вся комната решила закружиться, и он боком наткнулся на один из библиотечных учебных столов.
– Дойл Холмс, - представился мальчик в маске странным голосом.
– Вы, конечно, слышали обо мне.
– Он не спрашивал.
Киль покачал головой, морщась от боли.
– Нет. А должен был?
Оуэн тоже покачал головой, но по другой причине.
– Нет, - простонал он.
– Нет, нет, нет, нет, нет. Он не должен быть здесь. Он не может быть здесь. Киль, Дойл Холмс - это что-то вроде пра-пра-пра-какого-то-внука Шерлока Холмса. Он... он как ты.
– Оуэн поморщился и понизил голос так, чтобы слышал только Киль.
– Только он из книги, которую никто
Киль выпрямился, и его руки автоматически потянулись к поясу, где обычно лежали его волшебные палочки, прежде чем вздохнул.
– Может быть, он одет в костюм персонажа, - сказал Киль без особой надежды в голосе.
– О, нет, - сказал Дойл Холмс.
– На самом деле я вымышленный человек, как и ты, Киль Гноменфут. Хотя, как мне кажется, это единственное, что у нас есть общего.
Глаза Оуэна расширились. Он знал, что Киль - вымышленный? Это было совсем нехорошо!
– Это невозможно, - проговорил Киль, делая шаг к мальчику в маске.
– Ты не смог бы выбраться без…
– Твоей подруги Бетани?
– закончил Дойл.
– Ты совершенно прав. В связи с чем возникает вопрос: где же она может быть сейчас?
Нет!
– Чего ты хочешь?
– воскликнул Оуэн.
Дойл пожал плечами, его маска не выдавала никаких эмоций.
– Чего обычно хотят? Стать величайшим детективом в мире? Разгадать самые сложные тайны всех времён? Гарантию того, что никто больше никогда не нарушит закон без того, чтобы я их не поймал?
– Он помолчал.
– Всё это, конечно. Но прямо сейчас я хочу увидеть, как вы, похитители историй, заплатите за свои преступления.
– Волшебник-вор, - поправил Киль. – Говори правильно. Киль Гноменфут, волшебник-вор. Это прямо указано в названии моей первой книги.
– Не волнуйся, твои истории закончились, - сказал Дойл, и Оуэн почти услышал, как мальчик ухмыляется под маской.
Позади детектива мерцающее оранжевое свечение стало ярче, и дым под потолком начал сгущаться. И впервые Оуэн заметил, что на библиотечных полках расставлены канистры с бензином.
А Дойл держал в руках длинную спичку. Он медленно поднес её к пальцам, щёлкнул ими, и спичка зажглась.
– Нет!
– крикнул Оуэн и схватил телефон, чтобы позвонить в 911. Неужели вымышленный персонаж сожгёт дотла библиотеку? Он набрал цифры, но почему-то его телефон не работал. Даже ни одного деления сети, хотя в библиотеке всегда была связь.
– Не волнуйся, - произнёс Дойл, протягивая свой телефон.
– Я уже сделал звонок. Полиция и пожарные должны быть здесь с минуты на минуту. Я сообщил им, что видел, как двое детей, похожих по описанию на вас, подожгли библиотеку, так что, полагаю, у них возникнут кое-какие вопросы.
– Он кивнул на канистры с бензином.
– И как только они обнаружат отпечатки пальцев Оуэна Коннерса на всём этом, я совершенно уверен, у них будут все необходимые доказательства, чтобы посадить вас.
Что? Он подставлял их? Почему всё это происходило? И почему Оуэн не мог вспомнить ничего из того, что произошло до того, как он проснулся?
– Ты знаешь, мне уже давно не приходилось сражаться с кем-то без использования магии, - проговорил Киль, делая шаг вперёд.
– Думаю, это большое упущение. Оуэн, хочешь помочь?
– Я бы не стал, - сказал Дойл, указывая спичкой на канистры с бензином.
– Если только ты не хочешь, чтобы они зажглись преждевременно.
– Зачем ты это делаешь?
– спросил Оуэн, оттаскивая Киля назад, подальше от мальчика в маске с вопросительным знаком.
– И где Бетани?
Дойл пожал плечами.