Три грани круга
Шрифт:
С силовых дорожек то и дело сходили женщины разных возрастов. Все же с увеличением продолжительности жизни возможность получения потомства значительно возросла. Правда, удача улыбалась не всем, даже при идеальном составлении триа. Наши ученые бились над этой проблемой, но пока, к сожалению, ничего не менялось. Лины должны были зарождаться на свет и появляться естественным путем. В случае искусственного оплодотворения и выращивания в инкубаторе росла лишь оболочка, в ней не было искры. Этакий биососуд не заполненный абсолютно ничем, в нем не было: ни души, ни сознания. Поговаривали, что даже при наличии запрета, грозящим пожизненным уголовным заключением,
На меня никто не обращал внимания. Хотя нет. Судя по всему ко мне решил выйти представитель службы охраны здания. Неужели стал переживать не случится ли что-нибудь со мной, что испортит им подходные пути.
Решила не заострять на себе внимание и все же закончить то, зачем я сюда явилась.
— Долгой жизни и продолжения рода, — воскликнула среднего возраста лина, когда я все же вошла в здание. — Чем могу помочь? — услышала участие в голосе и зафиксировала улыбку номер восемь по каталогу добродушия, который следовало знать назубок всем служащим структур обслуживания.
— Я, Ревекка Кариман, идентификационный номер семнадцать восемьдесят пять четырнадцать семьдесят семь, — представилась я. — Желала бы произвести подбор триа.
— Вы повторно к нам? Какой номер вашей учетной записи? — поинтересовались у меня.
— Нет. Я, вообще, первый раз решилась на подобное. До этого ни разу не обращалась. Все как-то некогда было. То учеба, то работа, — я словно оправдывалась.
— Ой, как это здорово, — совсем не по каталогу ответила женщина, — у вас скоро будут маленькие лины, — расплывшись в искренней улыбке, в отличие от той, что была еще мгновение назад приклеена к губам.
Было немного удивительно увидеть такую реакцию у женщины, как будто она каждый день не работает вот с такими же клиентками как я, но ответ на мой невысказанный вопрос не заставил себя ждать.
— Представляете, я уже седьмую триа меняю и все безрезультатно, может быть хоть у вас получится с первого раза. Говорят, что у впервые обратившихся шансов зачать значительно больше, хотя, наверное, это все слухи и глупые домыслы. А я так хочу получить ребенка. Это бы значительно повысило мой социальный статус.
— Вам непременно повезет, — обнадежила я женщину. И задала вопрос, который волновал меня больше всего. — А разве такое возможно? Чтобы было столько вариантов?
Мой вопрос потонул в шуме, раздавшемся со стороны входов в капсулы перемещения. Там образовалось какое-то столпотворение из линов, как мужчин, так и женщин. Правда, большинство линов было одето в униформу Службы Репродукции. Похоже, что скандал затеял один из мужчин, явно не принадлежащий к работникам организации. Меня поразили в нем глаза насыщенно черного цвета, ярко выделяющиеся на бледном лице незнакомца. Их отчетливо было видно даже отсюда, хотя я находилась достаточно далеко от места, где происходила заварушка. А еще меня поразил рост, значительно превышающий средний.
— Пустите меня немедленно к матке этого долбанного улья, — кричал лин, отталкивая работников, одного даже отшвырнул в сторону, что тот проскользил на спине по идеально ровному полу из стеклопластика. — Сколько можно меня отрывать от работы? Можно подумать, что больше у меня дел нет как трахаться с никчемными дурами, — громыхал он.
Тут как раз подоспели из службы порядка и зарядили в мужчину парализатором, отчего его речь была прервана на полуслове, а сам
он был спеленут сетью и переправлен в неизвестном для меня направлении.— И часто у вас тут такое? — я повела плечами. — Неужели в нашем обществе до сих пор не нашли возможность избавиться от всех проявлений агрессии? Дикость какая.
— Да нет, но периодически встречаются подобные индивиды. Их видите ли не устраивает роль, которую необходимо играть в такое непростое для триолинов время. Странные какие-то мужчины пошли — отказываются выполнять функции по воспроизводству потомства. Желают чтобы интересовались их мнением по этому вопросу. Ну это же ненормально. У всех есть долг перед обществом, а уж у линов он вдвойне тяжел. Мы же прекратим свое существование, если государство не будет вмешиваться в вопросы деторождения.
— Да-а. Это такая серьезная тема, — поддержала я женщину лишь бы не молчать. Возмущающийся своим положением мужчина до сих пор не выходил у меня из головы. Не дай триединый такой встретится на пути, и как потом с ним образовывать триа? Скорее всего никак. Он же житья не даст.
Эх. Если бы можно было выбирать линов по душе. Вот, например, на моей работе я бы с большим удовольствием связала свою судьбу с Вилкасом — очаровательным русым парнем с родинкой над верхней губой, добавляющей ему шарма, и с Сеймом — рыжеватым зеленоглазым хохмачом. Они очень милые мужчины, с ними легко и комфортно сосуществовать рядом. И тот, и другой ни по одному разу предлагали вступить с ними в интимные отношения. Но зачем оно мне надо? Секс без причины меня никогда не интересовал. Я считала его глупым препровождением времени, которое можно потратить на что-то нужное и полезное. Например, на выведение нового вида растений.
Сколько себя помню я всегда любила возиться в земле, наблюдать за природой, живыми организмами, следить как прорастает из семечки маленький росточек, как появляется первый листик, как он увеличивается в размерах и в конечном счете превращается в кустик или дерево, или же остается маленьким пучком съедобной травы, принимаемой в пищу в качестве добавок к питательным концентратам, изготавливаемым в производственных масштабах.
— Илина Кариман, — позвала меня женщина.
— А? Что? — кажется, я так увлеклась, что не заметила, что ко мне уже не раз обратились.
— Пройдемте. Нас уже ждут, — я последовала за служащей Службы Репродукции. Мы вместе вошли в шахту нуль-переноса или лифта, для того, чтобы через миг оказаться перед нужной дверью, съехавшей в сторону.
Если бы я была одна, то вряд ли смогла попасть в нужную точку здания без проводника. И как они только не устают мотаться из конца в конец? У меня бы голова закружилась.
— А, вот и илина Кариман, ждем, ждем, — немолодой лин, приближающийся к своему закату, поднял голову от планшета. — Я доктор Шпиц и буду брать у тебя пробы для составления лучшей во вселенной триа.
Мужчина прямо таки лучился добродушием, впрочем, как и все другие служащие встреченные на моем пути. Они, наверное часами проводили перед отражателем, чтобы добиться вот такого замечательного результата.
— Долгой жизни и продолжения рода, — поприветствовала я мужчину, чувствуя себя не в своей тарелке от нахождения в этом месте, этом здании, в этой ситуации.
— Милочка, — взял сразу же другой тон мужчина. — Мне из долгой жизни остались считанные годы, а для продолжения рода я уже негоден. Стал безвреднее одноразового стаканчика, — пошутил мужчина. В его словах чувствовалось сожаление, но не жалоба.