Террариум 1
Шрифт:
— Калашников, сможешь попасть в окно из подствольника? — Спросил командир у одного из своих бойцов.
Солдат выглянул из-за угла. Присмотрелся, рассчитал расстояние и свои шансы на успех.
— Думаю да. — Сказал боец, тяжко дыша через фильтр противогаза.
— Ответь точно.
— Да. Я попаду.
— Тогда начинай.
Боец установил на автомат старый подствольный гранатомёт. Такие уже давно не делают, предпочитая либо более новые и совершенные модели или подствольники старых времён.
Гранатомёт у солдата представлял
Солдат положил в подствольник маленький мешочек, в котором находится горстка пороха. Мешочек сделан из тонкой легко горящей ткани.
После боец положил в подствольник гранату с коротким фитилём.
— Готов. Прикройте. — Сказал боец и вышел из укрытия, взяв в левую руку зажигалку.
Егерь вышел из укрытия за ним, не дожидаясь ненужного ему приказа и начал стрелять.
Боец зажёг зажигалку и прислонил пламя к маленькому отверстию в гранатомёте. Мешочек внутри подствольника легко прожгло. Порох вспыхнул и запустил в даль гранату.
Прошумел взрыв. В комнате вспыхнул огонь. Бандит с пулемётом вылетел из окна и плюхнулся в грязь лицом замертво.
— Эй, железный человек… давай вперёд иди. Мы за тобой. — Приказал командир тяжёлому пехотинцу.
Пехотинец вздохнул, глубоко, закрыв глаза и выдохнул, потом взял пулемёт покрепче, опустил забрало шлема и пошёл вперёд.
Остальные пошли за ним, друг за другом. Как и ожидалось, появились ещё бандиты. Они открыли дверь чёрного выхода и начали стрелять. Было не видно сколько их.
Бандиты не прекращали стрелять. Пули ударялись в броню тяжёлого пехотинца, не пробивая её, но делая её хозяину очень больно. От боли не могла защитить даже медвежья кожа под бронёй.
Тяжёлый пехотинец с криком начал стрелять по бандитам, не жалея свои руки. Отдача у пулемёта сильная.
Один бандит вскрикнул. Пули порвали ему правые ногу и бок. Другой бандит хотел помочь подельнику, но не мог даже двинуться в его сторону, чтобы не получить пулю.
Командир группы дружинников положил дуло автомата на плечо тяжёлого пехотинца, на котором имелась крепление для таких случаев и начал так же поливать врага свинцом.
— Калашников! Давай пальни из подствольника ещё раз! — Крича, приказал командир группы.
Калашников стал доставать мешочек с порохом из сумки на боку. Неожиданно ему в сгиб руки попала пуля. Боец закричал, повалился на землю, хватаясь за огрызок локтя.
Лекарь группы подбежал к бойцу и начал класть на рану большие листья «Живика». Они немедленно отреагировали на кровь и прилипли к коже Калашникова, так, что кровотечение закончилось.
В этот момент лекаря прикрывали его боевые товарищи. Егерь в этот момент поднял автомат дружинника Калашникова, зарядил подствольный гранатомёт и пальнул из него в дверной проём. Прозвучал мгновенный взрыв и такой же мгновенный крик. Стрельба закончилась.
Тяжёлый пехотинец перезарядил пулемёт и попросил у лекаря обезболивающего.
Лекарь,
не отходя от Калашникова, достал из сумки горстку розовых лепестков и дал их тяжёлому пехотинцу. Тот удивительно быстро поднял забрала шлема, немного стянул противогаз с лица, и сунул лепестки в рот.Бойца чуточку тряхануло. Лепестки жутко кислые.
Лекарь дал лепестков и Калашникову, после чего того немного отпустила ужасная боль.
Розовые лепестки от растения под названием «Розовушка». Растение это не прихотливое, растёт почти везде. Лекари даже разводят его в своих садах.
— Навальный отнеси Калашникова в безопасное место. — Приказал командир лекарю. — Остальные за мной.
Егерь отдал лекарю чужой автомат и побежал за группой.
Тяжёлый пехотинец зашёл в коридор первый.
Прогремел оглушительный выстрел из ружья. По груди тяжёлого пехотинца ударил шквал дроби. Пехотинец отшатнулся и чуть не упал, но товарищи по оружию уперлись в его широкую спину, не давая тому упасть.
Тяжёлый пехотинец пришёл в себя и начал полить вперёд из своего оружия.
— Железный человек, Карасев, Паклин прижмите этих уродов огнём, мы обойдём их. — Приказал командир группы.
Командир выбил дверь слева. За ней был тесный, дешёвый номерок. Справа был проход в ещё более маленькую кухоньку.
— Петушков, заложи взрывчатку на стену в кухне. — Снова приказал командир.
Солдат послушно, без всяких претензий выполнил приказ, приклеив к стене взрывчатку небольшой мощности, чтобы здание не обрушилось.
Все спрятались за кроватью. Фитиль догорел, и взрывчатка взорвалась, подняв в воздух плотное облако пыли.
Два бойца мгновенно выскочили из-за кровати и побежали к дыре в стене.
Прошумели выстрелы и глухие крики, профильтрованные фильтрами противогазов.
Егерь первый вылез из-за кровати.
Двое бойцов справились. На полу лежали пять трупов, один из них был завален кусками стены. Посреди помещения стоял станковый пулемёт на трёх ножках. Пол был завален гильзами от пуль пулемёта и залит тёплой кровью.
Командир группы взял из красной кобуры сигнальную ракетницу, подошёл к окну и выстрели вверх. Над площадью засветил зелёный огонёк, испускающий белый дымок.
По площади пошли лёгкие пехотинцы.
— Капитан, бандиты отступили на второй этаж. — Сообщил вошедший в комнату Паклин.
— Продолжение боя не обязательно. — Сказал командир. — Пойдёмте, поговорим с этими мразями.
Егерю понравился капитан. Он знал, что делать в той или иной ситуации, хотя и был молод. Он не развесил нюни, когда ранили его человека и когда их всех прижали огнём в том переулке.
Группа встретилась с лёгкими пехотинцами возле лестницы, ведущей на второй этаж. Оттуда было слышно, как ругаются бандиты, нервничают, а один даже кажется, в истерике валяется. Их можно было понять. Всё шло так хорошо, и вдруг всё испортила кучка дружинников, ну и Егерь конечно.