Тёмные Агнцы
Шрифт:
Сестра смотрела на него с такой обидой, словно он оскорбил её до глубины души, и Морган, не выдержав, отвёл взгляд.
— Нет… Но... Что если это правда?
Глаза Робин наполнились слезами, и, сильно зажмурившись, она вскочила с места и закричала:
— А мне всё равно! Я хочу уничтожить тварей, убивших маму с папой! И плевать, что в это никто не верит, но я верю! Я видела всё своими глазами! Какого чёрта, Морган?! Мы ведь всегда знали, что они есть! Почему сейчас ты такой!..
Робин не успела высказать всё, что накипело в её душе, не успела обозвать его как хотела, потому что брат резко подорвался и, оказавшись рядом, крепко обнял.
—
И именно после этих слов Робин разревелась, неожиданно громко, во весь голос, как маленький ребёнок. Безвольно стояла и, раскрыв рот, просто ревела, роняя град слёз, а Морган, слушая её излияния, только сильнее прижимал к себе. Сестра в этот момент показалась такой хрупкой и беззащитной, что в душе он уже пожалел, что был резким, что вообще противоречил ей.
— Робин, прошу… Малышка, не плачь… — шептал Морган, желающий в этот момент оградить сестру от всего плохого в этом мире, в том числе от её собственных эмоций. — Родная моя… Сестрёнка… Не плачь.
Так они и провели всю ночь в объятиях друг друга и в воспоминаниях о прошлом, пока незаметно не начало светать.
Тревор вышел наконец из архива и направился к себе.
— Можешь отдыхать, — бросил директор племяннице, клевавшей носом стол. — Вызовов больше уже не поступит. Спокойного сна тебе, — пожелал он напоследок и закрыл дверь в свой кабинет.
Розалин выключила всю технику, закрыла папки с документами, выбросила картонные чашки из под кофе и, взяв сумку, вошла в свою комнату.
Здесь она наконец смогла выдохнуть скопившееся за эти немногие дни напряжение. Опустив плечи и бросив сумку рядом на пол, девушка на мгновение прислонилась к двери. Всё тело болело после многих часов работы за компьютером, в ушах жужжало от того количества звонков, на которые ей пришлось отвечать.
Сняв кофточку, Розалин бросила её прямо на пол, туда же полетели брюки, носки, бельё. Она зашла в ванную и, оперевшись о раковину, взглянула на своё отражение. Красотка, что сказать! Лицо осунувшееся, жуткие тёмные круги под глазами, растрёпанная, губы алые из-за того, что она их, нервничая, постоянно кусала.
Качнув своим унылым мыслям, Розалин зашла в душевую кабинку и некоторое время просто безжизненно стояла под теплой водой. Несмотря на смертельную усталость, в голове вихрем крутились одни и те же мысли, как запущенная на повторе песня, о том, правильно ли она сделала, что согласилась здесь работать. Вроде эта работа ей подходит, так как большую часть времени Розалин сильно занята, и могла не думать ни о чём, что её тревожило, а из-за жуткой усталости вторую часть времени просто спала, как убитая. Однако, даже ложась спать, девушка невольно всё равно возвращалась мыслями к тому, что произошло с ней три года назад.
Завернувшись в полотенце, Розалин вышла из ванной комнаты и, прямо в нём бессильно рухнув в кровать, мгновенно уснула.
И снова каждый раз ей снился один и тот же сон. Материализовавшись, Фредерик Элломард, словно маньяк, врывался к ней в единственный момент, когда Розалин могла бы чувствовать себя в безопасности, но даже здесь он не оставлял её в покое, ни разу за три прошедших года. Он делал с ней там всё тоже самое, что творил, пока Розалин находилась у него в плену. Как наяву, девушка слышала его голос, шепчущий прямо в ухо слова о том, что она принадлежит только ему, и он никогда не оставит попыток найти её, что когда-нибудь они вновь встретятся и уже
никто не сможет разлучить их. Розалин видела перед собой лицо Фредерика, чувствовала как его пронзительные глаза смотрят словно в самую её душу. Чувствовала его прежние прикосновения, а после, спустя мучительные часы, просыпалась от собственных стонов.Пробудившись, Розалин резко села, чувствуя влагу между своих ног. Внизу живота не просто всё горело, а даже болезненно пульсировало. Это ужасало до умопомрачения: почему человек, который пленил её, единственный, кого Розалин ненавидела всей душой и проклинала, по-прежнему не оставит её в покое? Почему она так сильно возбуждалась даже просто от присутствия Фредерика в своих снах? Почему за прошедшие годы всё ещё помнит о нём? Почему ни психотерапия ни лекарства ей так и не помогли?
Издав сильный стон, Розалин расплакалась и упала вновь в кровать. Когда же эти мучения закончатся? Может и правда стоит обратиться к здешнему психиатру? Розалин взглянула в телефон, где время едва перевалило за полдень. Похоже, в скором времени она умрёт от недосыпа, ведь после таких снов желания поспать уже не было, оставался только ужас и ощущение, что Фредерик находится где-то рядом, готовый вновь похитить. Ей отовсюду мерещились его глаза, его силуэт, и, не в силах оставаться одна в комнате, Розалин вскочила с кровати и начала наспех одеваться.
Глава 5
Морган и Робин тоже страдали от недосыпа. С непривычки не спать целыми ночами, с момента, когда начинают сгущаться сумерки и до первых лучей рассвета, оказалось крайне тяжко. А ведь было только начало осени, с наступлением зимы на сон у всех рейнджеров отводилось всего три-четыре часа, если и того не меньше. Хотя и в эти дни сентября они спали от силы часов пять, ведь начиная с полудня к ним в комнаты вваливалась Фрэн и тащила на тренировку, на которых выжимала все силы.
В первый час тренировки капитан просто избивала Блэров, как боксёрские груши, желая таким образом улучшить навыки из рукопашного боя и реакции, но брат с сестрой продолжали падать под натиском её атак.
— Херовый из тебя учитель, капитан, — прорычал Морган с пола, глядя на Фрэн убийственным взглядом.
— Это вы херовые ученики, просто лентяи, — закуривая сигарету, бросила она, облокачиваясь спиной о стену. — Скучно с вами.
— А тебе ещё должно быть весело?
— Конечно, а то не интересно вас уже обучать, я тоже между прочим устала.
По равнодушному виду Фрэн нельзя было сказать, что она устала: капитан не запыхалась, с неё градом не лил пот, или кровь, в отличие от Блэров. Только вот болезненная бледность лица и губ, и синюшные огромные круги, залегающие под красивыми азиатскими глазами говорили если не об усталости, то очень плохом состоянии.
— Да на тебе пахать можно, — огрызнулся Морган, но Фрэн его словно не услышала.
Робин некоторое время отдыхала на полу, но потом резко села и подтёрла капнувшую из носа кровь.
— Когда будем обучаться контролировать дар? — с великим энтузиазмом спросила она, широко улыбаясь и глядя на капитана, как ребёнок в ожидании подарка от Санта Клауса.
— Можете начинать прямо сейчас, мне плевать, — безразлично обронила Фрэн с сигаретой в зубах.
— Вот просто так?! — теряя терпение, рыкнул Морган.
— Да, просто так.
— А что делать-то? — чувствуя, что брат хотел полыхнуть, Робин опередила его вопросом.
— А что вы сделали на задании против нергарри? — по-прежнему глядя в пустоту, ответно вопросила Фрэн.