Тёмные Агнцы
Шрифт:
Розалин натянуто улыбнулась.
— Всё хорошо, — выдавила она.
— Точно? — даже не глядя на племянницу с полным безразличием спросил Тревор.
Их архива вышел Хью и, не обращая на них внимания, с недовольно поджатыми губами хотел, было, пройти мимо, но директор окликнул его.
— Ты забыл подготовленные мной распечатки, — взяв со стола Розалин тонкую папку, он протянул её молодому человеку.
Брайерс остановился, лениво развернулся и, грубо выхватив документы из руки Тревора, быстро покинул кабинет.
— Марта пытается помочь всем моим подопечным, как-то сглаживать острые углы в их личностях постоянной терапией, — приглаживая растрёпанные волосы, произнёс
Втянув голову в плечи, девушка промолчала, но так тяжело, что пространство между ними словно уплотнилось, повеяло настоящей прохладой.
— Знаю, что тебе страшно, — не глядя на племянницу, безразлично, словно без умысла, продолжил Тревор. — Но ты могла бы присоединиться к команде, и тогда все мы помогли бы тебе адаптировать к этому…
— Так вот почему ты взял меня на работу, — тихо прервала его Розалин. — Надеешься, что я стану одной из вас.
— Нет, я принял тебя потому, что обещал твоей матери приглядывать за тобой.
Для девушки его слова прозвучали отвратительно лживо.
— Это необязательно, — сухо выронила она.
— Знаю, но я хочу тебе помочь справиться со всеми трудностями и помочь так же принять ту часть, что ты отрицаешь.
Розалин промолчала, и Тревор, быстро осознав бессмысленность разговора, попытался перевести его в другое русло.
— В любом случае, если надумаешь, Фрэн всему тебя обучит, а пока… — он открыл дверцу широкого шкафчика рабочего стола племянницы, где лежал крупнокалиберный длинной обтекаемой формы пистолет. — Здесь на всякий случай есть оружие, которым при необходимости ты можешь воспользоваться, однако для начала нужно пройти короткое обучение, поэтому в свободное время спускайся в тир. Да и вообще в свободное время хоть немного развлекайся, у нас есть спортзал, бассейн, караоке, библиотека… хотя я знаю, что ты предпочитаешь электронный вариант книг. Твои рабочие часы выпадают только на ночь, но с 7 утра и до вечера ты полностью свобода. Пусть этого времени и мало, но попробуй его грамотно распределить, чтобы не потерять себя только в работе, мне бы этого не хотелось. Марта говорит, что если ты начнёшь жить полной жизнью, тебе со временем станет легче… Ты ещё не обращалась к ней?
Розалин отрицательно качнула головой.
— Помню, что предыдущая терапия тебе не помогла, но Марта действительно выдающийся психиатр, — добавил Тревор, разворачиваясь к своей двери. — В любом случае она будет тебя ждать.
Он скрылся в своей комнате, а Розалин, выдохнув облегчение, задумалась.
Ну не верила она ни в какие сверхспособности и в сущностей, с которыми якобы сражаются подопечные Тревора. Это обычное исправительное учреждение, где люди с психическими расстройствами проходят усиленную терапию, и всё. А то, что Розалин слышала, те самые «голоса», о которых дядя упомянул, не более чем галлюцинации. Видимо какая-то часть её мозга повреждена, а может это шизофрения или ещё что хуже. По настоянию Тревора родители не проверяли Розалин у психиатра, поэтому она не знала, есть ли у неё какое расстройство или нет, но была уверенна именно в его наличии, а не в сверхъестественном даре. Возможно и правда стоило обратиться к Марте-Брайан Актман за помощью, а заодно и за разъяснениями.
Если дядя так рьяно утверждает о наличии необычных способностей и сущностей, ясное же дело, что он тоже имеет в психике серьёзные отклонения? Правильно ли Розалин сделала, что устроилась сюда? Скорее всего здесь ей станет только хуже.В кабинете психиатра напротив Марты, раскачиваясь на стуле, сидел Найджел Уитти и, закинув голову, розовато-голубыми глазами смотрел в потолок. Рукава его рубашки были закатаны, открывая взору свежие ещё слегка кровоточащие раны, взглянув на которые, Марта мягко спросила:
— Что в этот раз заставило тебя взяться за нож и порезать себя?
— Не хочу вас этим пугать, — быстро бросил Найджел, продолжая смотреть только в потолок.
— Ты меня ничем не напугаешь, но если не хочешь говорить, я приму это.
Найджел какое-то время помолчал.
— Сейчас, когда я режу себя, — осторожно начал он, — я представляю, что режу или убиваю родителей.
Найджел замер, осторожно покосился на психиатра, которая продолжала молча наблюдать за ним с нежной полуулыбкой.
— Испугались? — вопросил он.
— Нет, просто жду, когда ты продолжишь, — мягко произнесла Марта.
— Неужели моё желание убить родителей не вызывает в вас ужаса? Любой человек сказал бы, что я психопат, эти люди всё-таки дали мне жизнь, и всё такое.
— Ты стыдишься этого желания? — осторожно вопросила Марта, внимательно наблюдая за реакцией Найджела, стараясь считывать эмоции, едва ли не мысли, по слегка заметным изменениям в его движениях. — Чувствуешь вину?
— Наверное, — слишком быстро ответил молодой человек, внимательно разглядывая очередной предмет, словно боялся посмотреть в глаза психотерапевту. — Как-то всё это невыносимо и одновременно легче что ли становится.
Он замолчал так же резко, как и произнёс эти слова, а Марта, оттянув мгновение, спокойно воспроизвела те мысли, которые он мысленно сказал себе сам:
— Ты имеешь право на все свои чувства, Найджел, в том числе на ненависть к родителям. Ты не обязан быть благодарен им за жизнь, это был их личный выбор — дать её. Тебе не нужно стыдиться или винить себя, потому что твои чувства не определяют тебя как человека. Ты злишься на них и похоже убеждён, что, раз родился от этих людей, ты часть них, а они часть тебя?
— Есть такое… — бросил Найджел, прекратив раскачиваться, но вместо этого нервно задёргал ногой. — Но я понимаю… Как вы сказали однажды?.. Я отдельная от них цельная личность. Вот. Я так себя и убеждаю. Ведь это так и есть, на самом деле.
— Тогда почему ты причиняешь вред себе, представляя, что причиняешь вред им?
Найджел на какое-то время задумался.
— Так как-то легче становится. Ведь, даже несмотря на то, что я не они, я всё равно продолжаю их ненавидеть, — он сильно прикусил губу так, что с неё брызнула капля крови, и, схватившись за раны на руке, сильно сжал, чтобы вновь почувствовать боль. — Так и не могу заставить себя есть мясо, в ушах всё время звучат их голоса, заставляющие меня охотиться, убивать и есть людей.
Найджел вскочил с места и отошёл к окну, так он словно старался скрыть боль и испытываемое отвращение к тому, что вновь вспомнил, хотя воспоминания о прошлом и без того ни на миг не покидали его.
Марта сделала пометку в свой электронный журнал, высвечивающийся на голографическом экране планшета, что держала в руках.
— Ты не думал о том, чтобы отказаться от этого вида пищи? — вопросила она. — Тебе не обязательно себя заставлять.
— Да, думаю так и сделаю, стану вегетарианцем, — быстро ответил Найджел.