Чтение онлайн

Ли глядел на меня, выжидая.

— Что это такое? — выдохнула я. — Никогда не пила ничего лучше.

— Это нектар, — улыбнулся Ли.

— Нектар? — повторила я в растерянности. И вспомнила тот вечер на Авалоне, когда Брайан, кажется, утверждал, будто шампанское — кислый компот по сравнению с нектаром. О да. Теперь понимаю! Прав был Брайан.

— Нектар, — еще раз произнес Ли и тихо рассмеялся, — помнишь сказки об эльфах, которые собирают цветочную росу? Так вот это не совсем сказки. Теперь ты знаешь, каков этот нектар на вкус. Шампанскому до него и вправду далеко. И производить нектар гораздо

труднее. Да и достать его тоже задача не из лёгких. Но я подумал, сейчас как раз самый подходящий случай для такого напитка.

— А как велика эта пещера? — спросила, меняя тему.

— Огромная. Самая большая из всех, что я нашел. И уж точно самая красивая. Вон там подальше есть наскальные рисунки из каменного века, — отвечал Ли.

— Покажи! — попросила я.

— Покажу, — согласился Ли, — только сначала выпей бокал до дна.

— Хотя, знаешь, лучше посмотрим рисунки в следующий раз, когда снова сюда придем, — решила я.

Ли обрадовался, как ребенок, которому подарили пони.

— Где находится Грот фей? На юге Франции? — поинтересовалась я. — И как ты его открыл?

Ли улегся на живот и подпер голову руками.

— Я нашел эту пещеру несколько лет назад, когда преследовал двух революционеров, — ответил он.

— Каких революционеров? Ирландцев? — не поняла я.

— Да нет, — засмеялся Ли, — французских. Во время Великой французской революции. Они готовили заговор здесь, в горах. Собирались отправить Наполеона на гильотину еще до того, как он стал консулом. Они были солдатами в его итальянском походе. Собирались устроить реставрацию Бурбонов.

— Что могла кучка революционеров против целой наполеоновской армии из разных стран Европы?

— Ну, кое-что смогла бы, — возразил Ли, — среди заговорщиков был один гениальный инженер. Он изобрел бомбу, не атомную, конечно, но по силе разрушения почти такую же мощную. Был еще один стратег, не менее гениальный, чем сам Бонапарт. Однако Наполеон все же оказался меньшим злом для Европы, чем эти гении. Пришлось устроить им тут в горах камнепад. Камни погребли их под собой вместе с бомбой, и история пошла своим чередом. А после схода лавины открылась эта пещера. Тогда я и решил привести сюда тебя, раз уж ты существуешь на свете.

— Откуда ты тогда обо мне знал? — усомнилась я.

— Я всегда знал о пророчестве, — улыбнулся Ли, — и с самого начала понимал, что у меня будет жена, которую сначала нужно еще расположить к себе.

— Ты представлял кого-то вроде Фелисити Страттон, — горько усмехнулась я.

— Когда-то представлял, — согласился он, — но теперь я рад, что ты не Страттон.

И он погладил меня по волосам.

— Фей, почему ты пошла в драконью пещеру?

Ли придвинулся совсем близко ко мне.

— Потому что скучала по тебе, — честно призналась я, — ты стал мне очень дорог за последнее время.

Глаза у него заблестели, залучились. Он придвинулся ко мне еще ближе. Мне вдруг так захотелось его поцеловать. Самый подходящий момент! Ну! Плевать на пророчество! Просто один поцелуй! Я сама так хочу!

— Фей, — зашептал он у самого моего уха, — не надо.

И в его глазах промелькнула досада.

— Почему не надо? — смутилась я.

— Если ты поцелуешь меня, то привяжешь себя ко мне навсегда, — объяснил Ли,

отодвигаясь.

Вот оно что!

— Поцелуй эльфа и человека — это своего рода пакт. Ты уже никогда не сможешь полюбить другого и ни с кем не будешь счастлива. Ты окажешься связана со мной навсегда. На веки вечные.

Вот черт! Кто только такое придумал!

— А тогда, в Вестминстере? — проговорила я, готовая расплакаться от досады. — Почему ты тогда не поцеловал меня на пикнике? Что тебе стоило — один поцелуй, и я навсегда связана с миром эльфов! И никуда уже от вас не денусь! Зачем вообще все эти красивые ухаживания, весь этот романтический антураж, вся эта сказка? Достаточно немного эльфийской магии — и все, я буду потеряна для мира людей навсегда, я вся ваша! Разве тебе не этого надо? Разве не в этом твоя задача?

— Это не вопрос моего желания, Фей. Если бы все дело было только в выполнении задания, я бы давно поцеловал тебя, ничего не объясняя, и задание можно было бы считать выполненным. Но я не просто выполняю задание, Фей, я сам определенным образом отношусь к тебе. И мне важно, чтобы и ты понимала, что ты делаешь и как ты ко мне относишься. Я хочу, чтобы и ты любила меня так же, как я люблю тебя.

Что?! Любила его так же, как он любит меня?! А ведь он не шутит!

— Я тебе об этом говорил еще в драконьей пещере, — огорченно прибавил Ли.

— Ничего ты мне не говорил! — обиделась я. — Ты только сказал, что у дракона ядовитое дыхание.

— Ты забыла! Прямо перед тем, как дракон до нас добрался, я тебе сказал, что люблю тебя!

— Да ладно! Ты признался мне в любви, а я прослушала! Ну, конечно! Поверь мне, я бы такое не пропустила и не забыла! Ты потерял сознание, и все! — выкрикнула я.

Ли молча смотрел на меня. Это молчание было невыносимо.

— Вот почему Страттон теперь такая, — пробормотала я, — тот поцелуй под лестницей ее к тебе приворожил. А ты просто перепутал ее со мной. Ну, теперь все понятно. Пожалуйста, отвези меня домой.

Мне казалось, что я сейчас задохнусь, в горле стоял ком. Только бы не расплакаться! Соберись, Морган, не раскисай! Будь сильной! Не вздумай дать слабину! Ты не плакала, когда расставалась с Ричардом, не заплачешь и теперь.

— Вот этого-то я и боялся, — вздохнул Ли, — погоди, не торопись. Нам надо кое-что выяснить. Сиди и слушай. Это она меня поцеловала, Страттон. Хорошо, я ответил тем же, сознаюсь. Я был уверен, что она — это ты. Я думал, как ловко и быстро все устроилось.

— Разумеется, — я метнула на него злобный взгляд, — еще как! Идеально сложилось! Самая красивая девушка в колледже, мечта всех парней! Да еще сама на шею вешается, и ухаживать не надо.

— Что ты сейчас хочешь от меня услышать, Фей? Давай я тебе совру, что ты мне с самого начала понравилась больше, чем она.

Да уж, вот было бы вранье так вранье.

— Фей, я могу продолжать?

Я упрямо глядела на море, закусив нижнюю губу. Придется слушать, он не отпустит меня домой, пока не скажет все. Да оно и к лучшему. Пусть говорит. Я хотя бы пойму наконец, кто мы друг другу.

— Пойми, Фей, ты не обязана быть эталоном красоты. Твои друзья любят тебя такой, какая ты есть. И ты особенная. Совершенно исключительная!