Чтение онлайн

— Все равно, — пробурчал сердитый полуэльф.

— Ладно тебе, Ли. Скоро пасхальные каникулы, поедем вместе на Авалон и пройдем по всему острову.

— Да? — оживился Ли и тут же опять помрачнел. — Значит, Лайм? Хм…

Я съежилась под его пронзительным взглядом.

— А тебе, я вижу, больше нравятся брюнеты, Фей. Ричард, Лайм…

— Зато там, на Авалоне, по тебе сохнет целая толпа эльфиек и полуэльфиек, — съязвила я, — по тебе и по Кайрану. Сидят караулят, когда же вы вернетесь на остров. Упертые такие, только о вас и твердят.

— Больше меня никто нигде не ждет? — уточнил Ли.

— Ну как же! В понедельник в колледже на тебе повиснут еще Страттон, Николь и компания. Уж они-то расстараются, чтобы

ты скорей выздоровел. А теперь тебе пора спать.

Я помогла ему добраться из кухни до спальни и уложила на кровать. Он был все еще очень слаб и передвигался с трудом.

— Спасибо, Фей, — произнес он, закрывая глаза.

И не успела я ответить «не за что», он уже спал.

Ли быстро шел на поправку. В воскресенье утром я сбегала домой, уведомила маменьку, что Ли болен и нуждается в моей помощи, переоделась и вернулась на Беркли-сквер. Проходя мимо Гермеса, Федекса и Ю-Пи-Эса, я показала им язык.

— Я нашла его, вы, ничтожества!

Ли возлежал на софе у себя в комнате и рассматривал свои раны. Он так обрадовался моему приходу, как будто меня не было три недели. Пока я бегала домой, он успел отдохнуть и теперь засыпал меня вопросами о колледже, о Кайране, о наших так называемых дополнительных занятиях.

Я рассказала ему о том, как тосковала по нему Страттон, тосковала настолько, что даже снизошла до разговора со мной. О моих приключениях в Версале (умолчав о некоторых деталях), о том, как я пыталась спасти королеву.

— Да, кстати, Версаль! — вспомнила я. — Только одно слово: мадам де Полиньяк.

— Это три слова, Фей.

— И еще одна поклонница. По ее версии, ты отлично целуешься. И ты рассказал ей о нашей помолвке. Хорошо, что меня Эмон заранее предупредил. Иначе эта новость свалилась бы на меня как гром среди ясного неба.

— Ну, ты умеешь держать удар, Фей.

Ли взял пальцами прядь моих волос.

— Ты пережила разрыв с Ричардом. Для болтовни Иоланды ты и вовсе неуязвима. Вряд ли она могла тебя смутить. А что у вас произошло с Ричардом? Мне казалось, ты ему действительно нравишься.

— Мне тоже так казалось, — вздохнула я, поудобнее устраиваясь на подушках софы, — он ревновал меня к тебе. И к Кайрану. По дурацкому стечению обстоятельств еще и Карл возник и устроил мне сцену. Ричарду все это просто надоело.

— Карл? — изумился мой пациент. — Как он попал в этот век?

— Да нет, не тот Карл! Не Карл Великий, а шурин моей сестры. Этот придурок. Тот, кто испортил нам Рождество. После того как ты исчез, он собирался идти со мной на бал.

— Прости, Фей, — виновато произнес Ли, — я совсем забыл о бале. Я тогда был в Корнуолле.

— В Корнуолле? Почему в Корнуолле? Зачем? — насторожилась я.

— Мой информатор заявил, что в Корнуолле обнаружены следы регалий Пана. Я пошел по следу. А след привел в Шотландию. Туда, где ты меня нашла.

— Что же это за след? О чем речь? — поинтересовалась я.

— Один агент, Колин Кайбри, который обычно работал в Версале, — двоюродный брат убитого Коннора. Коннор говорил с ним незадолго до своей смерти. Гвардеец узнал, что некоторые из регалий Пана якобы обнаружены где-то в Корнуолле. Но там ничего нет.

Я вспомнила Тень и его просьбу найти символы королевской власти.

— Почему ты так уверен?

— Регалии обладают определенной энергетикой, мы, эльфы, ее ощущаем.

— Так же как карбункул реагирует на другие магические драгоценные камни? — спросила я.

— Да, — согласился Ли, — или полудрагоценные. Как ты знаешь, есть и люди, которые чувствуют эти камни. Флюиды, которые исходят от регалий Пана, для эльфов очень ощутимы.

Я бы приняла все это за эзотерическую ерунду, но моя подруга Руби и даже директриса нашего колледжа миссис Хейли-Вуд, исключительно прочно стоящая на земле и не витающая в облаках, неоднократно уверяли

меня и других, что некоторые камни обладают магической силой.

— А как ты попал из Корнуолла в Шотландию, Ли?

— Я еще заглянул в Сомерсет. Но давай все по порядку, — отвечал Ли, — в Бодмин Муре, метрах в двух от тела Коннора, я нашел входной билет в Инис Витрин. Пришлось отправиться в Сомерсет. И действительно в Гластонбери [32] я нашел камень с рунами. Камень испускал четко ощутимые флюиды и колебания, руны ясно сообщали о пещере «Грот Фингала», по-другому именуемой Стаффа.

Я представила себе, как камень лежит на земле и вибрирует, будто мобильный телефон. Ли увидел скептическое выражение моего лица и продолжал:

— Я знаю, Инис Витрин, или Стеклянный Остров, — это старое название легендарного Гластонбери Тор [33] и что там ходят толпы туристов. Но не могу себе представить, чтобы этот вибрирующий камень с рунами просто так валялся там на земле. Хотя там же ведутся раскопки. Археологи наткнулись на подземный коридор. Никто не знал, что в Сомерсете есть целая сеть подземных коридоров и катакомб. Камень с рунами лежал в одном из этих коридоров, замурованный в скалу.

Почему Тень намекал на Корнуолл? И неужели регалии Пана испускают вибрации? Тогда почему эльфы до сих пор не нашли «Око Фафнира»?

— Фей, прости, что пропустил бал, — повторил Ли, — но мне так хотелось найти хотя бы одну из регалий Пана. Если бы я не забыл про бал, я бы заскочил между Корнуоллом и Сомерсетом.

— Да ладно, — отмахнулась я, — ничего хорошего из этого бала не вышло бы.

— Я исправлюсь, — обещал Ли, — пойдем вместе на выпускной.

— Не надо ничего исправлять, Ли, это уже не важно.

Я выдержала паузу и объявила (была не была!):

— «Око Фафнира» у меня.

Я посмотрела Ли в глаза и подумала о фибуле Карла Великого с ее необыкновенным янтарем.

Ли выпрямился и замер, уставившись на меня.

— Фей, — тихо и сосредоточенно проговорил Ли, — Фей, ты уверена?

— Уверена. Мне Кайран рассказывал. Он показал нам на уроке истории фото Янтарной комнаты. Я узнала янтарь, вставленный в фибулу.

— Фей, — заговорил снова Ли, — мы ищем «Око Фафнира» с тех пор, как нацисты вывезли неизвестно куда Янтарную комнату. Мы думаем, она хранится в Риме. Катакомбы Ватикана колоссальны и до сих пор еще не все исследованы. Кауэн, наш агент в Риме, якобы почувствовал там вибрации. «Око Фафнира» — самая могучая из регалий Пана. Как получилось, что ты прячешь эту вещь у себя и никто из нас до сих пор этого не ощутил?