Чтение онлайн

– Он уже приехал, - прервала его Эбби.

– Ох!
– Натан не смог удержать вздоха. Он долго смотрел на Эбби, и наконец спросил:

– Эбби, правильно ли мы поступаем?

– Это решение большинства. Почему ты опять сомневаешься?
– попыталась она успокоить его.
– Это было самое разумное из возможных решений.

– Но поймет ли Пол? Это похоже на пощечину. Мне не нравится такое положение дел, и я еще не чувствую себя готовым к новым обязанностям - но остальные этого не видят. Они видят только то, что прошло уже семь лет, в течение которых мы подавали прошения. Семь лет и семь прошений -

и никакого результата. Но Пол старался.

– Здесь действительно прозвучало мое имя?
– послышался голос с порога.

Натан поднялся на ноги и протянул руку, чтобы пожать руку Пола Хаузмена. Двое мужчин оглядели друг друга, замечая перемены и отличия, с радостью узнавая знакомые черты.

– На этот раз тебя не было слишком долго, - упрекнул Пола Натан.

– Поверь, я давно хотел приехать, - сказал Пол.
– Но новые городские законы служат источником неприятностей. Мне пришлось разбираться с этим вопросом. Я побывал в Лондоне, Париже, Вашингтоне и Москве. И я смертельно устал.

Хаузмен заметно постарел с тех пор, как Натан видел его в последний раз. Морщины, которые прорезались на его лице после вторжения кобов на Землю, так никогда и не стерлись. А теперь они стали гораздо глубже.

– Тогда вам пойдет на пользу несколько дней с нами.
– Эбби подвела его к стулу.
– И нас порадует ваше присутствие.

– Опять женская дипломатия, Эбби?
– улыбнулся Пол.
– Но к чему дипломатические меры? Что произошло?

Натан помедлил в нерешительности.

– Скоро собрание делегатов.

– Конечно. Поэтому я и приехал. Что еще?

– Послушай, Пол, если ты не возражаешь, я сейчас не стану говорить. Это касается всех.

Натан чувствовал себя очень неловко, но он просто не в силах был сообщить Полу все наедине. Это было решение отряда, и Натан должен был чувствовать поддержку отряда, когда объявит Полу новость.

– Хорошо, Натан. Не переживай так. Я подожду. И - кто знает?
– может быть, это добавит немного остроты собранию. Для разнообразия.

К тому времени, когда все собрались, уже настал вечер. Люди собрались вокруг костра - ради света, а не ради тепла, поскольку погода позднего мая была скорее уже июньской. Натан Кори сидел впереди рядом с Карлом Гаррисом.

После обычного сообщения новостей Пол Хаузмен повернулся вокруг - как он делал каждый год на майском собрании вот уже в течение семи лет - чтобы объявить начало собрания делегатов.

– Снова настало наше время, - сказал Хаузмен.
– Единственный шанс в году, который дается нам, чтобы выразить наши жалобы по отношению к завоевателям и послать в Федеральный совет прошение о свободе. Ничего не изменилось. Кобы снова предоставили мне свободу действий. Люди в городах доверили мне право решать, и другие группы повстанцев тоже дали свое согласие, чтобы я говорил от их имени. Хотя по-настоящему необходимо только разрешение кобов.

Натану было неуютно. Он чувствовал на себе встревоженные и ожидающие взгляды людей. Все ждали его слов. Натан сказал первое, что пришло на язык:

– Но, Пол, кобы ждут, что делегатом снова будешь ты. Согласятся ли они, если ты выберешь вместо себя кого-нибудь другого?

Пол Хаузмен посмотрел на него. По выражению его лица ничего нельзя было прочесть.

– Я не знаю ответа на этот вопрос. Согласно

формулировке разрешения, я могу выбрать кого пожелаю. Но кобы действительно ожидают, что я выберу себя - поскольку я в той или иной степени представляю оба лагеря людей.

Натану пришлось сделать над собой усилие, чтобы голос его прозвучал достаточно громко.

– У нас тут произошли некоторые события, Пол. Ты о них еще не знаешь. Было несколько чрезвычайных ситуаций, и... ну, в общем, я надеюсь, что ты не станешь судить поспешно, а сначала выслушаешь наши причины и доводы. Мы провели специальное собрание, согласованное с собраниями других повстанческих отрядов. На нем было решено, что в этом году мы пошлем другого делегата в совет. Более молодого человека - и, если хочешь, более жестокого, Пол. Они выбрали меня. Я этого не хотел, но выбрали меня.

Натан обвел взглядом собравшихся, но никто не смотрел на него. Он сел на место. Эбби дотронулась до его руки, но прикосновение не утешило Натана.

– Прости, Пол, - сказал он.

– Да нет же... Нет!
– Пол Хаузмен внезапно улыбнулся и расправил плечи.
– Я всегда знал, что этот день настанет. Но не думал, что он уже пришел.
– Он повернулся к остальным.
– Я полагаю, некоторые из вас знают, что Натан Кори получал специальное обучение в области искусства политики, и что я передал ему всю информацию о функциях и особенностях Федерального совета, какую только мог.

Я был политиком всю свою жизнь. Я старался приложить все силы и умение, чтобы улучшить нашу ситуацию. Вы знаете это, как знают люди в городах, и даже кобы. Но, возможно, кобы заметили кое-что еще, и поэтому дали мне право выбирать делегата - предположив, что я выберу себя.

Пол Хаузмен сделал паузу и понизил голос.

– Возможно, они заметили то, что и я сам уже начал подозревать. Что мои методы вряд ли приведут к успеху. Законы Федерации дают нам очень незначительный шанс на помощь со стороны других планет в возвращении свободы Земле. Но я думаю, что кобы постарались обезопасить себя полностью, выбрав делегата от людей, который не сможет обнаружить даже этот крохотный шанс.

– Может быть, ты просто слишком осторожен, Пол, - раздался чей-то голос.
– Слишком придерживаешься традиций.

Хаузмен кивнул.

– Да, наверное. Итак, сегодня мы представим кобам и совету переменную с неизвестным значением. Молодого делегата, который, возможно, обладает как раз нужной степенью опрометчивости.
– Он снова улыбнулся Натану.
– Я рад, что это наконец произошло, Натан. Может быть, это нужно было сделать даже раньше.

Натан Кори вздохнул с облегчением.

– Ну, у нас были особые причины, Пол. Мы получили ультиматум от лаборатории. Теперь мы непременно должны добиться успеха в совете - или рискнуть тотальным уничтожением.

Вмешался Карл Гаррис.

– Наши исследования дошли до такой стадии, что мы можем предпринять решительные действия. И предпримем!

Натан сказал:

– Если разобраться, их можно понять. Ученые, работающие в лаборатории, пятнадцать лет жили под землей. Они вели долгую сидячую битву. У нас, по крайней мере, были рейды в качестве отдушины. У них такой разрядки не было. Они потратили столько лет ради одного дня успеха, и теперь они боятся, что потеряют эту возможность.