Чтение онлайн

Обладатели малых куполов не могут участвовать в политической гонке, поскольку на их защищенных территориях просто невозможно будет возвести новую столицу. Даже очень небольшую.

Да и прямо сейчас не в каждом поместье есть города. И чаще всего это не от подкупольной тесноты, а от лени господ заниматься урбанизацией своих владений. Или, скорее всего, от жадности.

Кстати, род почившего императора занял престол когда-то давным-давно в первую очередь, из-за того, что купол их Родового Очага был самым просторным и обширным из всех, а не из-за каких-то там особых заслуг.

— А царя и его семью метеоритом накрыло? — спросил я, хотя уже узнал об этом в Зрелищной Палате. —

А как же магия? Они не могли защититься?

— Небесный камень был огромен, от такого с одними фамильными драгоценностями уберечься невозможно. Купол Родового Очага выстоял бы, но они были от него далеко… Покинули столицу по надобности…

— А Аделаида… в смысле княжна… то есть семья ее тоже претендует на престол? — уточнил я.

— А чем они хуже других? — похоже, хранитель оскорбился таким вопросом. — По многим качествам они превосходят другие семьи. Почему бы им не стать новой императорской династией? Отец Адели, князь Эдуард — уважаемый и добропорядочный аристократ.

Тут возле трона появилась какая-то необычная дамочка и приковала к себе внимание всех присутствующих. Если раньше они, позевывая и переговариваясь между собой, изредка поглядывали на восторженных ораторов, то теперь напряглись и затихли, уставившись на нее.

Выглядела она весьма странно среди этого скопления париков и дорогих нарядов. Ее лицо показалось мне кукольным, каким-то неестественным. Но приглядевшись, я понял, что на него нанесен густой слой косметики.

На ней была легкая короткая туника цвета ясного неба, а открытые участки тела сплошь покрывали татуировки. Со своего места мне не удавалось их рассмотреть, кажется, это были силуэты обнаженных женских фигур, объятых причудливыми орнаментами.

Или это мое неугомонное либидо видело то, что хотело увидеть…

— А это еще кто? — тихо спросил я у Балистара.

— Светлая Дева. Одна из верховных жриц из главного храма Селены. Не мешай слушать, — отмахнулся он и уставился на нее во все глаза.

Сексапильная кукла в очаровательной тунике заявила о том, что вскрылись ужасные обстоятельства. Работников обсерватории, которые выдали императору ложный прогноз о падениях метеоритов, убили всех до единого. И это уже говорит, о том, что гибель царя и его семьи — не случайность. Магией кровопийцы не воспользовались, чтобы не оставить фамильного следа. Наблюдателей за космосом вырезали как скот. Так что предположение о нападении клюегорбов исключается. Очевидно, что кто-то желал замести следы, оборвать ниточки, которые могли бы вывести на причастных к смертоубийству царя.

Пусть покушение на императора и было косвенным, но учитывая улики, оно все же имело место быть. И пока виновные не будут найдены и наказаны, верховные жрицы не могут подтвердить право какого-либо рода на имперский престол. А символы власти — скипетр и держава — пока останутся на хранении в главном храме в Зубчатых горах до окончательного решения вопроса о престолонаследовании.

— Выходит, они самые главные в империи? — присвистнул я.

— Получается, так, — отозвался хранитель с задумчивым видом. — Но они вне политики. Служат Селене, у них с ней прямой контакт. Конечно, если такое возможно. Жесткие, неподкупные и обитают в глухих горах… Ну я так и думал, что сегодня всё этим обернется.

Среди аристократов прокатился недовольный ропот: как же империя без царя-то? Но быстро стих. Видимо, вердикт Светлых Дев Селены был неукоснительным законом для всех, и никто не решался официально его оспорить.

С кислыми физиономиями, отбросив манерность, аристократы стали покидать тронный зал.

Я

напрягся, сейчас увижу Аделаиду.

И вот она…

В окружении своего семейства. Да сколько же их в роду Даарр?! Но они быстро выпали из поля моего зрения. Для меня было невероятным открытием увидеть Адель в пышном светло-зеленом платье.

Конечно, я залюбовался…

Однако поскольку я увидел ее чуть ли не сразу наполовину голой, мне трудно было ее воспринимать в одежде. Тем более в такой — чересчур нарядной. Она сейчас стала для меня абсолютно неузнаваемой. Еще и эта мушка на щеке. У нее ничего подобного не было. Родинка под левой грудью — да. Ее я отлично зафиксировал в памяти.

Ну как сопутствующее…

Хотя мне как-то друг Вовка утверждал, что если привык видеть девицу в одежде, даже если она каждый день меняет наряды, у тебя отпечатывается в мозгу ее определенный образ. А потом случайно (ну уж конечно, случайно) заглянешь в женскую раздевалку и увидишь эту девицу… без ничего. То для тебя она превращается в незнакомку — укоренившийся образ непросто изменить. Эти два образа — привычный и новый — совершенно несопоставимы. Ну, первое время уж точно. И ты не узнаешь эту девицу. Понятное дело, глаз оторвать не в состоянии, но и признать в ней ту, к которой привык, — не выходит.

Я ему не поверил, но теперь убедился сам.

И вот она, Аделаида.

Совершенно другая.

Правда, всё то же симпатичное личико, но чертов парик скрывает ее чудесные волосы. Даже такая… в этом странном платье она — красавица. Этого у нее не отнять, да и невозможно испортить ее красоту любым нарядом.

Да еще и фасон платья такой, что… Грудь наполовину напоказ… Прекрасная мода, конечно.

Хорошо, что у умных и красивых девушек тоже бывают восхитительные сиськи…

Чаще всего ведь как. Мордашка смазливая, таблицу умножения знает — от и до, и даже задом наперед, никуда не подглядывая. А грудь у нее — впалая…

А Аделаида вон какая! Всё при ней!

Да уж. Мне с такой точно не светит…

Княжна наткнулась на меня взглядом и изменилась в лице. Я растерялся. Может, мне не стоило сюда приходить? Рано еще для встречи с ней?

Адель, повернувшись к своему семейству, что-то сказала им тихо и устремилась ко мне. Не останавливаясь, княжна кивком указала мне следовать за ней. В коридоре она, не оборачиваясь, проплыла до самого его конца и вышла на балкон.

Я, слегка нервничая, поспешил следом.

— Аделаида… Э-э-э… Эдуардовна… То бишь ваше сиятельство! Я помню, что велели не появляться вам на глаза, но так уж вышло… — промямлил я, решив, что она рассердилась, и ожидал ее гневных нападок.

— Со мной иногда происходит странное, — неожиданно сказала девушка, обратив ко мне взволнованное лицо. — Меня одолевают какие-то видения. Они приходят как сны и даже как воспоминания. Но все они не из моей жизни. И ты в них появляешься постоянно. Что это означает?

— Может, у тебя… вас… неблагоприятный период… по гороскопу? Не переживайте, скоро пройдет, — ляпнул я.

Дурак я, что ли, рассказывать ей про Алиску, про мой мир и как я сюда попал?

Возможно, и есть между всем этим какая-то связь, а может, и нет.

А если выложу ей всё на чистоту, то точно одним позорным столбом не отделаюсь. Пусть в ней сейчас и появилось что-то такое… неуловимо нежное и милое, но насколько она может быть суровой, вполне могу представить.

Видимо, княжна полностью погрузилась в себя и отошла к краю балкона, неосознанно стремясь к уединению, или также неосознанно старалась держаться от меня подальше, поскольку я имел прямое отношение к ее беспокойным видениям…