Чтение онлайн

— Вот научилась таким способом подзаряжать своих бойцов родовой магией, — улыбнулась она мне, реагируя на мой удивленный взгляд. — Когда есть нужда, стараешься найти даже самые немыслимые выходы. Возможно, из-за того, что я единственная осталась из своего знатного семейства, Родовой Очаг бережет меня и помогает, невзирая на большое расстояние.

Неожиданно мой амулет, болтающийся на шее под одеждой, пришел в некое беспокойство. Его странное поведение озадачило меня и напрягло, и я поторопился выскочить из шатра.

— Ты мне понадобишься утром, — бросила мне вслед графиня. — Не потеряйся.

Прилично

удалившись, я почувствовал, что камешек затих.

Взгромоздившись на одну из обозных подвод, я решил тут и заночевать. Сено есть, и как стемнеет, устрою себе привычное лежбище под телегой.

Никто ко мне не лез, и я, расслабившись, задремал, развалившись на подводе.

Проснулся от возникшего шума. Шумели, конечно, и раньше, но теперь агатцы пришли в какое-то суматошное движение.

Я поднял голову и присмотрелся. Сумерки уже сгустились, но еще легко можно было разглядеть, как гвардейцы небольшими группами направляются к входу в Селенокров.

В какой-то момент в той стороне запылали подготовленные костры. Они были огромными и освещали значительное пространство вокруг.

Через несколько минут там появилась Агата — красивая, нарядная, величественная.

— Империя изнывает без сильной и заботливой руки! — громогласно воскликнула благородная дама, так чтобы ее услышали и в Селенокрове. — Сколько же еще стране мучиться и прозябать? Очевидно, что в государстве уже не найдется подходящего мужа, достойного занять престол. А посему я, графиня Агата Заарр, заявляю: поскольку и Селеноградия, и богиня, которую мы почитаем, — женского рода, то и во главе государства должна стоять именно женщина. Империи нужна ИМПЕРАТРИЦА! Так чей престол по праву и по справедливости? Кто должен взойти на него неотвратимо?

— Агата Зааррррррррр! — протяжно завопили гвардейцы, окружавшие ее.

— Ага-а-та-а! За-а-а-рррррррр! Импера-а-а-три-и-и-и-ца-а-а! — разнеслось над позициями агатцев и хлесткой волной обрушилось на главный храм и заполнило до краев всю долину.

И еще долго протяжные возгласы раскатывались по окрестностям, превращаясь в неугомонное эхо…

Мне, естественно, не спалось: вдруг отряды благородных семейств объединятся и отважатся атаковать агатцев? Ведь и сама графиня допускала такую возможность.

Но зря я волновался, они так и не решились. И под утро я провалился в глубокий сон…

А когда проснулся и выполз из-под телеги, собрался поискать Пахома. Раньше не удалось его повстречать, но я почему-то особо и не стремился к этому.

У меня ведь опять появился важный статус, а он по-прежнему — простой гвардеец.

Вполне вероятно, что Пахом снова станет испытывать ко мне определенную неприязнь сродни с завистью.

Но моим планам помешала Берта, и я даже почувствовал некое облегчение. Ну не судьба мне пока свидеться со старым приятелем.

Молчаливая помощница Агаты внезапно возникла перед моим носом и, нервно похлопывая себя по ноге кожаной плеткой, хмуро кивнула в сторону шатра графини.

Я сразу же направился туда. Злить жуткую прислужницу мне совсем не хотелось. Она, конечно, не позволила

бы себе ничего такого в отношении меня, но это пока нет соответствующего приказа госпожи. А как только он поступит, я ничуть не сомневался, что тогда меня спасет лишь амулет.

Конечно, у меня силы-то на десятерых, но я ведь с женщинами не дерусь. А если вдруг придется, то, подозреваю, что помощницу Агаты могу и не одолеть.

Вроде, на мой взгляд, Берта с виду и не такая уж пугающая, но ведь недаром ее побаиваются даже боевые холопы.

— Готов? — встретила меня вопросом знатная особа. — Прыгать не разучился?

— Всё в порядке, пойду, как только прикажете, — бодро ответил я.

Благородная дама придирчиво осмотрела меня с головы до ног, фыркнула недовольно, будто, и правда, только сейчас разглядела мой неказистый наряд и велела Берте переодеть меня.

В соседнем шатре нашлась подходящая одежда, и вскоре я возвратился к Агате уже в обновке.

— Хорошо, — милым голосом сказала графиня. — Обещай жрицам всё что угодно от моего имени, лишь бы они поскорее торжественно вручили мне скипетр и державу. Предупреди, что моя коронация пройдет прямо здесь, а не когда-нибудь и где-нибудь. Вон с долины наберем свидетелей-аристократов. — И добавила также мило: — Если вздумаешь в сговор с ними вступить против меня, то ваши с Пахомкой головы на кольях окажутся. Тут, у входа в Селенокров, и будут торчать.

Я прищурился, испытывая смешанные чувства.

— Да ладно, шучу, — безумно расхохоталась Агата. — Ты ведь мой тайный безупречный рыцарь и не посмеешь меня предать. Выполнишь задание — пожалую тебе титул. Настоящий.

«Если я и стал рыцарем, то для другой знатной особы, — усмехнулся я мысленно. — Хоть Аделаида пока и не очень-то тянет на даму сердца, но совершать подвиги я собираюсь лишь для нее».

Впрочем, я лукавил даже с собой. Прекрасно же знаю, что в поисках дороги в свой мир пожертвую даже княжной.

Конечно, с тяжелым сердцем, но все-таки…

— Пожалуй, ступай уже, — сказала наконец-то графиня. — И поясни этим дурам, раз они сами не понимают очевидного: Селена на меня не гневается, значит, она на моей стороне. И если жрицы будут долго упираться, то я прикажу вбить больше кольев у входа в храм.

— Вы и вправду можете пойти на такое? — вырвалось у меня удивленное.

— Как знать, — металлическим голосом ответила Агата. — Теперь я не отступлюсь. И это точно.

Я непроизвольно поежился, изобразил на лице готовность достичь цели любой ценой и выскочил из шатра.

Миновав последнее кольцо осадных войск, я подошел к домишкам — временному прибежищу для простолюдинов, желающих встретиться со Светлыми Девами.

Тут было тихо и пусто.

Может, агатцы уже выдворили отсюда всех паломников, а может, никого здесь и не было, когда началась осада.

Чуть дальше — Селенокров величаво возвышался неприступной крепостью.

Но, полагаю, для Агаты не составило бы большого труда захватить его. Она основательно подготовилась. Да и всего-то надо было только пробиться внутрь. Никакого ожесточенного сопротивления от верховных жриц ждать не стоило.