Чтение онлайн

— Светлые Сущности! Я читал, что такое бывает, и даже видел их пару раз в детстве. А потом повзрослел и стал думать, что мне померещилось, и существуют лишь деморфы… Кстати, когда вы приземлились, их отсюда как ветром сдуло. Ни одного не осталось!

— Объясни, пожалуйста, какие ещё Сущности? — требую я. — Здесь что, ещё кто-то обитает, кроме этих проклятых тварей?

Тео собирается что-то ответить, но не успевает. К нам приближается сам Согласующий.

— Что это было? — спрашивает он.

— Вроде бы деморфы, — отвечаю я.

— Но он с ними справился, — добавляет Тео. — Они теперь от него разбегаются! Мне

даже кажется, что этот арья стал Просветлённым! Очень уж у него аура изменилась.

Дар лишь недоверчиво качает головой.

— Я должен тебе кое-что показать! — говорит Дейн, когда мы возвращаемся в свои комнаты. — Войди в моё сознание, я задам точку!

То, что я вижу — потрясающе невероятно! Мира и Лея в нашем флаере… Они выглядели и говорили, будто живые. Но как такое вообще может быть?

Я ощущаю себя попавшей в древнюю легенду о первых последователях Христа на Эриде. Похожие истории во множестве дошли до нас от выходцев с неё. Тех самых, что попали к нам с единственной экспедицией, побывавшей на этой загадочной недоступной планете, и принесли Благую Весть. Да и в эпоху гонений на христиан на Старом Айрине порой случались очень странные и необъяснимые вещи.

Мне становится не по себе. Я соображаю: в мире, наверное, происходит что-то непонятное. Очень важное или даже страшное. Раз уж Бог допускает нарушение естественных законов мироздания — то, что люди называют чудесами.

Мы долго молчим, а потом Дейн произносит:

— Я знаю, я сам виноват в том, что со мной случилось. Я не трудился, чтобы найти Его! Так, любопытствовал…

Почему мы такие? Ну, почему? Почему не хотим видеть, просто открыть глаза? Почему у Него получается достучаться до нас только через боль и потери?

Смотри, сколько времени и сил мы тратим, чтобы освоить что-то, необходимое нам в земной жизни, чтобы познать законы материального мира! Да если бы мы вложили их в то, чтобы приблизиться к Нему, представь себе, сколько бы мы достигли!

Мы развлекаем себя, занимаем, чем попало, лишь бы не размышлять наедине с собой, не искать ответы на самые важные вопросы. Да и сами эти вопросы… Мы бежим от них, прячемся до тех пор, пока не окажемся загнанными в угол, лицом к лицу с тем, от чего уклонялись всю свою жизнь!

Ну, почему так, скажи, Тэми, почему?

— Не знаю, — отвечаю я и закрываю руками лицо.

Мне хочется плакать.

Той ночью мне снится Нея. Она ничего не говорит, лишь не сводит с меня своего загадочного взгляда. А потом вдруг улыбается. И тогда я вспоминаю слова Марка о том, что Нея молит Бога об утешении для меня. Тихая радость наполняет мою душу. Все страхи и мрачные предчувствия куда-то улетучиваются.

Дейн все же продолжает оставаться каким-то странным. Хорошо хоть, не подавленным и обессиленным. Напротив, теперь он слишком весёлый. И слишком энергичный. А ещё он не хочет ни спать, ни есть. И это меня сильно беспокоит. Но когда я делюсь своими опасениями с Тео, тот лишь улыбается.

— Не бойся, Тэми! Так и должно быть, ведь он соприкоснулся с иномирным и надчеловеческим! Но это долго не продлится: наше тело, наша психика не рассчитаны на такое. Максимум неделя-другая, и он вернётся в обычное состояние. О, ты даже не представляешь, какая у него сейчас энергетика! Нет, не объяснить… Нет таких слов! Какой же он счастливый! А я так и не достиг…

— Но тебе же открыто недоступное людям! — удивляюсь

я.

— Лучше бы я никогда не видел этих деморфов! Они такие гнусные! Кстати, они куда-то пропали в последнее время.

Тео донимает моего брата вопросами о происшедшем с ним:

— Ты мог бы сформулировать самую суть того, что тебе открылось? Одной фразой, не задумываясь. Просто скажи первое, что придёт в голову!

— Мы — это наш выбор! — отвечает Дейн.

Между тем что-то неуловимо изменилось вокруг. Такое чувство, словно и у нас, и у других жителей общины прибавилось сил. Все ощущают себя на удивление бодрыми и активными, настроение у всех приподнятое, на лицах улыбки.

На следующий день я напоминаю Тео о том, что мы так и не закончили наш разговор о мрачных тайнах Тех, Которые Велят.

— Мы остановились на рождении человека, — начинает тану. — Это одна из ключевых точек, которая во многом определяет уровень здоровья тела и психики. Я уже говорил, и опять повторю: важно понимать, что Системе не нужно слишком много людей с хорошим здоровьем и высоким интеллектом! Более того, они для неё опасны, так как способны дестабилизировать общество.

Чтобы этого избежать, используется очень простая, даже примитивная, технология. Достаточно пережать пуповину младенца сразу же после его рождения. В результате он теряет примерно треть объёма своей крови. Это приводит к гипоксии — недостатку кислорода, от чего прежде всего страдает мозг. Анемия, нехватка железа из-за того, что ребёнок лишается большого количества кровяных клеток, также способствует снижению интеллекта.

Сам процесс родов иногда бывает травматичным для мозга. Но человеческая природа имеет защитный механизм — стволовые клетки, что в большом количестве содержатся в крови новорожденного. Они помогают организму восстанавливать повреждённые ткани, способствуют формированию устойчивых иммунной и нервной систем. Но при немедленном пережатии пуповины они просто-напросто воруются у младенца!

А плацента и пуповина, наполненные кровью, становятся ценным сырьём для производства лекарств, биодобавок, кремов и косметики. Ведь Те, Которые Велят, хотят долго жить и молодо выглядеть. Впрочем, кое-что перепадает и Трансляторам…

— Но почему люди согласились, чтобы с их детьми проделывали такое? Они что, не владеют элементарными знаниями анатомии и физиологии? — недоумеваю я.

— Видишь ли, ты уверена, что образование — это познание того, как устроен реальный мир. Возможно, у вас даже так и есть. Но цель образования может быть совсем иной — сформировать у людей картину мира, способствующую управляемости и стабильности общества.

— Понятно…

— Кстати говоря, при быстром пережатии пуповины увеличивается риск послеродового кровотечения у матери! Но об этом мало кто знает даже среди медиков, обслуживающих женщин при родах.

Далее, сразу после рождения младенец должен оказаться у материнской груди. Если этого не происходит, ребенок испытывает сильнейший стресс, что неблагоприятно сказывается на его развитии.

Всего лишь полвека назад состоялся один весьма жестокий эксперимент. Дело в том, что огой экономически невыгодно, когда мать после рождения ребенка надолго выключается из трудовой деятельности и занимается только им. Тогда было предложено помещать детей в интернаты сразу же после рождения.