Чтение онлайн

Я ничего не отвечаю, а тану добавляет:

— Я теперь понял, кто такой друг! Это тот, кто ради тебя готов пойти на неприятности!

Через пару дней, попытавшись перекинуть Тару мыслеобраз, я натыкаюсь на защитный барьер в его сознании. Он стал таким же, как мы!

На мой инт приходит вызов. Это координатор сети службы безопасности. И то, что я от него слышу, меня нисколько не радует.

— Так как даже в наших рядах нашлись поддерживающие его, придётся вынести ваше противостояние на всепланетное обсуждение!

— О, Боже… — ужасаюсь я. — А нельзя как-нибудь…

—

Нельзя, Тэми! Ты ведь сама понимаешь, что в данном случае недопустимо заметать мусор под ковёр, это может очень дорого обойтись!

Мне даже в страшном сне не могло присниться, что я когда-либо буду вовлечена в конфликт такого уровня. Публичность — это то, чего я всегда старалась избегать. А теперь…

Да, подавляющее большинство — на моей стороне. Но имеются и те, кто яростно критикует мою позицию. Мне очень больно читать упрёки, что на моей совести будут многочисленные жертвы, что из-за меня могут погибнуть дети. Да и само осознание того, что я стала невольной причиной раскола в обществе, всех этих жарких споров, сопровождающихся порой весьма эмоциональными выпадами в адрес друг друга, сильно угнетает меня.

Старый Айрин

Нея просыпается на рассвете. Какое-то время она лежит с закрытыми глазами, прислушиваясь к звукам леса — шуму листвы и пению птиц.

Она поворачивается и протягивает руку, чтобы расстегнуть спальный мешок. Движение отзывается болью — один из брошенных в неё камней всё-таки достиг цели.

Это было первое экопоселение, в котором Нея решилась рассказать людям о Боге. Она уже посетила несколько подобных ему, присматриваясь к здешней жизни и размышляя, как лучше делать то, ради чего вернулась на родную планету.

Она знала, что между поселениями путешествуют странствующие мастера и наставники, преподающие различные ремёсла, искусства и эзотерические учения. Никого не удивит, если она будет делать так же.

Поселение Густолесье встретило её вполне благожелательно. Там даже нашлись те, кто стал её слушать. В тени больших деревьев, растущих вдоль одной из сторон центральной площади, стояли дощатые столы и скамейки, где обычно собирались внимающие прохожим наставникам или желающие посетить их мастер-классы. Те, в свою очередь, получали от поселения еду, ночлег, и прочие необходимые ресурсы по договоренности.

Больше десятка человек расселись вокруг Неи. Она рассказала им то, что собиралась, и стала отвечать на вопросы. Кто-то пытался с ней спорить, кто-то и вовсе отошёл.

Но тут к их собранию приблизилась женщина и начала громко возмущаться:

— Вот из-за таких, как она, в поселения прилетает охрана порядка! Гоните её отсюда!

Слушавшие Нею люди начали переглядываться. Привлечённые шумом, подошли ещё двое мужчин.

— В Ключевом, совсем недавно, прилетели на трёх флаерах! Мало кому удалось спастись. Стреляли даже в детей!

— В Ключевом сами виноваты! Нечего было ставить эти генераторы, их предупреждали!

— А в Зеленогорье? У них ничего такого не было и в помине!

— В инфосети писали, у них там накрыли экстремистское сообщество!

— Слышь, ты, убирайся! — кричит Нее один из вновь подошедших.

— Отстань! Дай послушать!

— Тебе жить надоело?

— А ты, никак, собрался жить вечно?

Начавшая перебранку женщина истерически завизжала:

— Они заберут наших детей и сожгут

наши дома! Они всех убьют!

Толпа вокруг продолжала увеличиваться. Ещё одна женщина ткнула пальцем в Нею и заявила:

— Эта красотка-аристократка отделается лёгким испугом, а расхлёбывать нам! И нашим детям!

Гул голосов стал угрожающим. Раздались выкрики:

— Вон отсюда!

— Гнать её в шею!

Кто-то швырнул в Нею обломком деревяшки, а кто-то потянулся и за крупной щебёнкой, которая разделяла элементы орнамента на цветочной клумбе.

Господи, что я сделала не так? — мысленно вопрошала она, убегая из злополучного Густолесья.

Нея вылезает из спального мешка. Утренняя прохлада навевает лёгкий озноб, и она делает несколько энергичных движений, чтобы согреться и взбодриться. Она умывается из наполненной родниковой водой пластиковой бутылки и сворачивает свою постель.

Внезапно её охватывает непередаваемое чувство ликующей радости. Она озадачивается этим, и ей открывается только что произошедшее на Светлом Айрине.

Там, на недоступном большинству людей тонком уровне бытия Нея видит, как задрожала и начала рваться невидимая глазу, но на удивление широко раскинувшаяся паутина тайны беззакония. И как адские твари корчатся в бессильной злобе от крушения своего хитрого плана, и лихорадочно метаются в попытках исправить ситуацию.

Тэми, ты справишься, я знаю! — мысленно произносит она, а потом опускается на колени и начинает молиться.

Нея достаёт небольшую Библию, напечатанную мелким шрифтом на тончайших листах сверхпрочного пластика, и открывает Деяния апостолов.

Кто я такая, чтобы действовать, как они? — напряжённо размышляет она. — С другой стороны, а зачем про них читать тогда? Просто как историческую книгу? Открыл, повосхищался, и живёшь дальше, как и прежде? Зачем вообще всё это было написано, вошло в канон Священного Писания, доведено до каждого христианина? Не для того разве, чтобы они были живым примером для нас?

Да и как я могу отступиться, если мне было дано так много? Как в сказке — совсем отчаявшейся девочке Господь послал доброго ангела…

О, Тэми! Ты спасла меня, а твой мир дал мне знание и сделал меня сильной! Теперь и я должна принести избавление таким же отчаявшимся, гибнущим, запутавшимся.

Возвращение на родную планету далось очень непросто. Нея ужасно страдала, что не могла воспользоваться флаером. А ещё она напрочь отвыкла от того, что на Старом Айрине всё необходимое приходилось покупать за деньги. Спасибо Дейну тен Заро, он дал ей карту, какие использовались в поселениях, с привязанным к ней счётом и некоторой суммой денег на нём.

Да и сама по себе странническая жизнь оказывается тяжёлой. В отличие от Светлого Айрина, где с самого начала проводилась коррекция биосферы, чтобы сделать её более комфортной, плодовитой и даже эстетически привлекательной для человека, здесь никто этим не занимался. Приходится мириться и с обилием кусачих насекомых, и с почти полным отсутствием в лесах употребляемых в пищу растений.

Нея с тоской вспоминает города и посёлки Светлого Айрина, окружённые целыми рощами плодовых или красиво цветущих деревьев и кустарников. Они перемежаются с участками природного нетронутого леса, где гнездятся певчие птицы и прочая живность.