Смерть любит танцы
Шрифт:
— Послезавтра. Их Глава меня достал уже до кровавых белочек, всё мнется, как девица на сватанье, а мне этот договор нужен — кровь из носу. Без него Клан Смерти не прижать. Вот, Глава Лесного решился лично наведаться ко мне, чтоб обсудить какие-то там необходимые ему условия. Слухачи молчат, и я не знаю, что этот престарелый ботаник там надумал…
Мне стало чуть легче, и я рассмеялась: просто смотрела в темноту и хохотала, как полоумная. Эррар развернул меня к себе:
— Тан, ты чего?..
Я хищно улыбнулась в ответ. Да пусть горит оно всё пламенем бездны!! У меня есть два дня на то, чтоб быть с ним рядом — это не мало, ведь любовь — миг! И вообще, я в неё не верю… Её
Моя улыбка сделалась мягкой и нежной. Я потянулась к нему и медленно провела языком по его щеке, от уха к губам.
Завтра, милый. Всё будет завтра…
Той ночью я так и не уснула — дождалась, пока эльф отбудет в мир грёз, и осторожно выскользнула из-под одеяла. Как ни странно, мне снова — до одури — захотелось в проклятую башню. Эррар прав, это уже мазохизм…
Я медленно шла по пустому коридору, наслаждаясь тёмными жгутами старинного заклятья, когда ощутила, что в башне, кроме меня, есть кто-то ещё. Однако…
Стараясь не шуметь, я осторожно подкралась к одной из дверей. Она была приоткрыта, лунный свет пробивался сквозь витражи, позволяя рассмотреть происходящее в комнате…
Тьма бесновалась, кипела, как демонов котёл. В центре её свистопляски застыла фигурка с вполне характерной аурой Жрицы. Она питала силы из проклятия, завладевшего всем вокруг, и направляла их в плетение. Я попыталась рассмотреть творение Жрицы поближе, и она меня почуяла. Проклятая резко крутанулась на месте, капюшон слетел с её головы, и я без малейшего удивления узнала черноволосую служанку.
Она оскалилась в улыбке:
— Какие гости… Давно хотела спросить — ты из какого-то Проклятого Клана, малышка? Небось, Познающие? Хотя нет, они были более принципиальны. Шлюхи вроде тебя у них не рождались. Правящие? Я ведь угадала, правда? Конечно, уважаю: мощные щиты, не пробьешь…
Я только пожала плечами:
— Взаимно.
Она холодно прищурилась, глядя на меня. Я тем временем лихорадочно прощупывала её плетение. Как я поняла, эта больная хотела распространить проклятие по всему замку.
— Тебе что, трупов мало? — уточнила я, кивнув на её творение, — Зачем это?
Глаза девчонки загорелись фанатичным огнём:
— Власть! — воскликнула она, — Представь, что начнётся в Лассате: паника, вопли, страх. Проклятие начнёт расползаться по всему городу, представила? И тут появятся отважные избавители…
Да, доктор, ваша помощь не требуется — пациент безнадёжен! Сколько раз эту красотку в детстве роняли?
Я прищурилась, глядя на узор силы. В принципе, я могла разомкнуть его парой слов, но светиться совсем не хотелось. Ладно, пойдём сложным путём! Я быстро достала из специального кармашка кинжал, и. не глядя, полоснула им по руке. Боль быстро сменилась тяжёлым перестуком капель — на пол падала тёплая кровь, вплетаясь в творимый узор. Жрица рыкнула и сделала пару предположений, касающихся личностей моих предков, одно другого ядрёней. Она попыталась снова перехватить власть над силой, но момент был упущен. Девчонка зашипела так, что любая змея б издохла от зависти, предварительно прикусив собственный хвост. Это стало мне бальзамом на душу, и я ласково ей улыбнулась. Ненавижу Жриц Тирры! Такие стервы…
Глаза черноволосой потемнели, и в них промелькнуло озарение. Не успела я пикнуть, как мне в лицо полетела охапка порошка с характерным наркотическим запахом. Я автоматически вдохнула — и мир перед глазами померк…
Тассера
В этом сне мы перенеслись в уютную гостиную. Я свернулась клубочком у него на руках, глядя в огонь камина, и искренне сожалела о том, что некоторые
физиологические аспекты в мире грёз невозможны — я так по нему соскучилась…— Милая, кстати, вы с Тан скоро вернётесь домой, — сказал он мне, как бы между прочим. Я мгновенно встрепенулась:
— То есть?
— Не хотелось бы тебя обнадёживать раньше времени, но, кажется, братцев мы нашли.
— Так почему…
— Видишь ли, в этом замешана магия Жрецов. Предполагают, что любовница Актарра — жрица Тарры. Понимаешь, что это значит?
— Да, конечно! Какой кошмар!
У Тан проблемы — вот что это значит…
— Конечно, империя потребовала выдачи представительницы Проклятого Клана. Сама знаешь, Жрецы — это действительно чокнутые твари. Во времена человеческих Кланов их все боялись до заикания, больше даже, чем Правящих. Конечно, император аж испариной покрылся — он тут жениться надумал, а объявилась живая представительница мертвого Клана и мутит воду. Потому мы немного подождём и убьем сразу двух вепрей: братцев отдадим Эррару, а Жрицу — императору. Как там Тан, кстати?
— Да так, нормально.
Прости, милый, но тут уж сам с сестричкой беседуй на тему нравственности — я ещё жить хочу, причём желательно в здравом уме.
— Точно?
— Да, а что?
— Да так, сон паршивый мне о ней приснился, а мои сны редко лгут…
Вот, только этого не хватало…
— Постараюсь ускорить процесс поимки братцев, как могу — хочу, чтоб вы были на виду.
— Ну, вообще я не уверена, что Эррар запросто отдаст Тан, — заметила я осторожно. Ласт хмыкнул:
— Шустра сестрица, вся в мамочку…
Меня тут же принялось глодать любопытство:
— А что там с её мамочкой?
Ласт фыркнул:
— Мамаша была — Талантище с большой буквы! Рассказываю: она в своё время ухитрялась параллельно морочить голову нескольким влиятельным лордам, рассказывая им о своей любви и благочестивых обетах, данных солнечному богу, которые запрещают ей плотские утехи, и крутить сумасшедший роман с моим отцом. Ты, может, слышала про открытие Взгляда Смерти, котрое перевернуло некромантию и в несколько раз усилило наш Клан? Так вот, это коллективное творчество мамаши Тан и нашего общего папочки.
Я нахмурилась:
— А твоя мать…
— К тому времени десять лет как была уже мертва, так что у меня никаких претензий. Правда, я мать Тан почти не знал — в тот период учился в империи, но помню, как тосковал отец, когда она исчезла. Вот так сбегать, ещё и с ребёнком — идиотизм. С другой стороны, леди Рин всегда отличалась, судя по папиным рассказам, креативным мышлением… Ладно, милая, я спешу. Если сможешь, найди Тан и проверь, всё ли нормально.
Ласт наклонился и нежно поцеловал меня в губы.
— Я люблю тебя, — быстро протараторила я и поспешила вынырнуть из сна, не дожидаясь ответа. Всё-таки эти три слова сложно сказать, если они не лживы…
После рассказа Ласта о сне тревога поселилась в душе, отравляя существование. Я попыталась связаться с Тан мысленно — но наткнулась на сплошную чёрную стену. Разумеется, радости мне это не прибавило. Я пометалась немного по покоям, но даже пирожные перестали радовать. Тревога разрасталась в груди, как бурьян на огороде, и я решила пойти прогуляться до покоев Главы. Подумаешь, удостоверюсь, что Тан жива-здорова, извинюсь и свалю по-эльфийски. Я решительно встала, набросила накидку и подошла к двери. Разумеется, та была закрыта — Глава так и не снял заклятье нашего «домашнего ареста». Я подёргала ручку, швырнула для чистоты эксперимента в дверь парочку огненных сгустков — дверь к моим стараниям отнеслась с выдающимся похренизмом.