Сказочные ночи
Шрифт:
Должно быть, Камал понимал, что Джала ведет себя сдержанно с Мохабом не из-за того, что стесняется демонстрировать свои чувства в присутствии братьев. Он всегда тепло и внимательно относился к сестре и просто не мог не заметить, что что-то не так. Тем не менее Камал махнул рукой:
— Так и быть, можете идти.
Джала и Мохаб попрощались с гостями и удалились.
Когда они отошли на достаточное расстояние, Мохаб распахнул первую попавшуюся дверь и, подхватив Джалу на руки, внес ее в какое-то темное помещение. Он немедленно поцеловал ее. Почувствовав на ее языке вкус ягодного соуса, Мохаб зарычал и, прижав Джалу к себе, проникал
Она подалась к нему. Мохаб опустил ее на пол, зарыв пальцы в ее прекрасные волосы, силясь рассмотреть лицо, освещавшееся редкими всполохами от фар проезжающих машин.
— Дорогая, позволь мне любить тебя. Не отталкивай меня больше, дай снова приблизиться. Я знаю, что ты желаешь меня не меньше.
Тело Джалы выгнулось ему навстречу, опровергая ее собственные слова.
— Мои желания не имеют никакого значения. Об этом мы не договаривались.
— Тогда согласись сейчас. Дай нашим отношениям второй шанс.
— Нет, я не хочу второго шанса. Я просто хочу достойно играть свою роль, пока мы не убедимся в том, что твой дядя подписал договор. Потом я уеду. Мне это необходимо!
Отчаяние в ее голосе задело Мохаба за живое. Он отшатнулся.
Мохаб желал Джале только счастья и был готов заплатить за это любую цену. Он отказался от попыток соблазнить ее. Их расставание разобьет ему сердце, но он предпочитал страдать сам, но не причинять боль любимой женщине.
Он сгорбился от тяжести известия, которое она обрушила на его голову.
— Мой дядя в скором времени пришлет тебе драгоценности из нашей сокровищницы. Таким образом он даст понять, что его мнение относительно договора не изменилось и он намерен его подписать.
Джала немного помолчала, прежде чем продолжить:
— Это великолепные новости! Нет, не украшения, а его решение…
Мохаб прекрасно помнил, как мало она ценит те привилегии, которыми наделяет ее королевский статус. Она вспоминала о них лишь тогда, когда они могли принести пользу ее профессиональной деятельности.
— У меня готовы черновые варианты договора. Как только Камал их одобрит, я представлю их дяде. Условия для Серайи более чем благоприятные, однако он будет чувствовать себя спокойнее, когда между нами будет заключен официальный брак. И теперь благодаря тебе он верит в то, что это произойдет. Не думаю, что после нашей свадьбы он попытается развязать войну.
Джала колебалась. Она не ожидала, что Мохаб не станет добиваться своего.
— Это был мой последний шанс быть с тобой. — Он судорожно вздохнул. — Но я все разрушил. Возможно, нам просто не суждено быть вместе — ни тогда, ни сейчас. Безусловно, чтобы ни у кого не возникло сомнений, я приму участие в подготовке к свадебной церемонии. Я буду настаивать на том, чтобы все документы были подписаны как можно раньше, и только после их ратификации открою всем правду и сам справлюсь с последствиями. А пока я придумаю какие-нибудь убедительные причины, по которым мне нужно покинуть дворец. Ты больше не увидишь меня. Я уеду на рассвете.
Глава 9
Мохаб проснулся среди ночи. Его сердце учащенно билось — так оно начинало вести себя, когда рядом была Джала.
Джала? Неужели с ней что-то случилось?
Мохаб подскочил на кровати.
— Прости, что напугала тебя.
Мохаба пронзила вспышка, подобная удару молнии. Джала сидела на краешке его кровати. Затем она подалась вперед, ее
волосы упали на лицо, шелк ночной сорочки, облитой лунным светом, колыхался. Джала была похожа на ночную фею. Мохаб почувствовал, как сексуальное напряжение охватило его тело. Вероятно, она ему снится. Джала пришла по собственной воле? Конечно, такое не может происходить наяву!Но он не спит, да и она, несомненно, настоящая.
Что же он натворил? В который раз с момента первой встречи с Джалой Мохаб задался этим вопросом… Может, все-таки у него начались галлюцинации?
— Я больше не могу держаться от тебя на расстоянии. Не могу позволить тебе уйти навсегда и не признаться, что, как никогда, страстно желаю тебя.
Это были не те слова, которые Мохаб жаждал услышать от нее, но все же и это было немало.
«Как никогда страстно…»
Словно в бреду, он потянулся к Джале и обхватил ладонями ее лицо, боясь, что все это происходит лишь в его воображении, что она растает в предрассветной дымке.
Его пальцы коснулись горячего бархата ее щек. Не удовлетворившись этим подтверждением, Мохаб включил лампу. Ему было необходимо рассмотреть Джалу. Когда золотистый свет залил комнату, он заметил, что ее ночная сорочка не была белоснежной, как ему показалось в полумраке. Ткань была кремовой и подчеркивала цвет ее загорелой кожи. Затем он увидел глаза Джалы. Они были широко раскрыты, позволяя увидеть самую ее суть, увидеть желание. Все еще опасаясь, что это просто сладкий бред, Мохаб потянулся к ней, но Джала остановила его. Она сделала то, что сделала в ту ночь, когда он впервые привез ее к себе домой.
Джала опустилась на кровать подле него, закинула руки за голову и, выгнувшись ему навстречу, прошептала:
— Мохаб, я хочу тебя.
Он обнял Джалу и склонился к ее лицу:
— Пожалуйста, желай меня, я здесь для этого.
— Поцелуй меня, дай мне свои губы…
Приподнявшись, она ухватила его за волосы. Как-то Джала сказала, что было бы неплохо, если бы они были длиннее. Именно поэтому он дал им отрасти.
Мохаб позволил Джале целовать себя, показать всю мощь страсти, что скопилась в ней. Потом настала его очередь. Он прильнул к ее губам, его язык изучал ее рот. Джала постанывала, ее пальцы впивались в его волосы. Когда он на мгновение утратил контроль, она обвила ногой его бедро, готовая ко всему, что он собирался ей предложить.
— Прикоснись ко мне, — простонала Джала. — Сделай со мной все и не будь нежным. Мне невыносимо, когда ты нежен. Мохаб, я хочу почувствовать тебя внутри, сейчас же…
По его спине пробежали мурашки. Еще никогда Джала не вела себя так раскрепощенно в постели, никогда не говорила так смело о своих желаниях.
— Чего именно ты хочешь?..
Его голос дрожал, а руки меж тем освобождали ее тело из плена ночной сорочки. На Джале остались только крошечные кружевные трусики. Мохаб посмотрел на нее:
— Ты прекраснее, чем все мои воспоминания о тебе.
Она начала покрывать поцелуями все, до чего могла дотянуться: его грудь, плечи, руки. Затем Джала весьма чувствительно укусила Мохаба за руку:
— Прикоснись к моей груди.
— Повелевай мной…
Он ласкал ее созревшие груди, гладил подушечками пальцев ореолы роскошных сосков, которые прежде так часто пробовал на вкус. Сейчас они показались ему чуть больше, темнее и еще аппетитнее. Джала застонала и попыталась снять с него пижаму. Мохаб разрешил ей сделать это, негромко зарычал и прижал ее к матрасу.